• Пожертвовать
  • Оставить отзыв
  • Прислать материал
  • Магазин
  • STMEGI Junior
  • Игра Гофлоо
  • 8 Декабря 2016 | 8 Кислева 5777
    • 63.91
    • 68.50
    • 16.63
  • Конвертер дат

    Григорианская дата

    Еврейская дата

    Курсы валют
    Сегодня
    USD ЦБ 63.9114
    EUR ЦБ 68.5002
    ILS ЕЦБ 16.6324
  • Еврейские сказки Андерсена

    4 сентября 1819 года в Дании – всегда относительно спокойной для проживавших в ней евреев – начались антисемитские погромы.

    Копенгаген был наполнен хаосом, грабежами и пожарами. Именно таким и увидел его впервые Ганс Христиан Андерсен, прибывший покорять столицу Датского королевства в свои 14 лет. Он не только не поддался стадному чувству толпы, но и, напротив, резко осудил происходившее, потому что, будучи христианином, уже нес в себе частичку еврейства.

    Тесные и добрые отношения с евреями он пронесет по всей жизни: даже последние минуты он проведет в окружении близкой ему еврейской семьи.

    Родившись в бедной семье и не имея многого из того, что было у его сверстников, он с детства мечтал о славе. Проявлял склонность к сочинительству, устраивал домашние спектакли, собирался стать то актером, то драматургом, то поэтом и романистом. Стоит сказать, впоследствии он попробует себя во всех этих сферах, но мировую известность ему всё же принесут его сказки, хотя сам он предпочитал называть их рассказами.

    Мама отдала его в еврейскую школу, где физические наказания были запрещены

    «Огниво», «Русалочка», «Стойкий оловянный солдатик», «Снежная королева» – всё это знакомые миллионам детей и выросшим из них взрослым сказки, которых Андерсен написал более двух сотен. Однако помимо них, у него были и пьесы, и путевые очерки, и дневники, публикация которых заняла 12 томов. Вот их-то изучение и показывает его особое отношение к еврейскому народу, его традициям и культуре.

    Он рос очень эмоциональным и восприимчивым ребенком. Мысли о школе, где были приняты физические наказания детей, вызывали в нем панику, поэтому мама отдала его в еврейскую школу, где физические наказания были запрещены.

    Так Андерсен стал приобщаться к еврейской культуре и словно попал в другой мир, в котором не было места ставшим привычными для него издевательствам со стороны сверстников и учителей. Правда, поначалу и в еврейской школе у него практически не было друзей. Детей отпугивало его «умение общаться с предметами и животными», о котором он заявлял всем направо и налево.

    Заметив это, директор школы, еврей Карстенс, стал часто заниматься с ним отдельно. Он дарил ему пирожные, во время игр часто держал его за руку, чтобы его не обидели старшие мальчишки, а по выходным подолгу беседовал с ним и брал на прогулки вместе со своими сыновьями.

    Он был первым человеком в жизни Андерсена, кто протянул ему руку помощи и вытащил из мира уныния, сплошь окрашенного в серые тона. И так уж получится, что и впоследствии по жизни руку помощи Андерсену будут протягивать именно евреи, дружбой с которыми он всегда очень дорожил.

    Андерсен с большим уважением показал свое отношение к иудейской религии

    Именно там, в школе, как это обычно и бывает, к нему пришла первая любовь. Любовь к еврейской девушке по имени Сарра Хейман.

    Впоследствии выйдет его рассказ «Еврейская девушка», в котором будет изложена история, похожая на жизненный путь Сарры – конечно же, не полностью достоверный, с элементами выдумки, ведь он всё же сказочник.

    Но основное в этом произведении то, что Андерсен, верующий христианин, проникновенно и с большим уважением показал свое отношение к иудейской религии, выразил восхищение приверженностью евреев к своим традициям.

    В рассказе есть сцена, где Сарре предложено принять христианство, чтобы продолжить обучение в школе. И вот что в рассказе ответил ее отец: «Признаюсь, я сам не слишком благочестив и даже мало сведущ в иудейской религии. Но моя жена соблюдала все законы наших предков и перед смертью взяла с меня обещание, что наша девочка никогда не перейдет в другую веру. Я обещал ей, и Бог тому свидетель».

    О самой Сарре Андерсен пишет: «Ее волосы были черны, как эбеновое дерево, а глаза сверкали особенным блеском, присущим дочерям Востока. Читала она только Ветхий Завет – наследие ее народа и сокровищницу знаний о нем. Она присутствовала при разговоре учителя с ее отцом, вследствие которого была исключена из школы. То обстоятельство, что мать перед смертью просила, чтобы их дочь не предавала веры предков, произвело на нее очень сильное впечатление».

    В рассказе автор передаст внутренний конфликт девушки, живущей в мире христиан, испытывающей наслаждение от церковного песнопения и трепет от услышанных повествований Нового Завета, но всегда помнящей предсмертные слова матери: «Нельзя, чтобы моя девочка крестилась». Многое могло измениться в ее жизни с принятием христианства, исчезли бы бедность, насмешки со стороны людей, выкрики вслед: «Еврейка!»

    Но она не поступилась своими принципами. Она умрет в бедности, будет похоронена за пределами кладбища, почти сразу за забором, но проведет всю жизнь в почитании отца и матери. «Нет, я никогда не крещусь!.. С той поры, когда я училась в школе, и до сих пор меня волнуют и церковное пение, и молитвы. В них – сила солнца… Но я не предам тебя, мама, не обману. Я буду жить по законам Бога моего отца».

    Исследователи отмечают, что Андерсен отлично разбирался в еврейских обычаях, знал законы иудейской религии, «видя на столе Танах, открывал книгу и читал на иврите»

    Тема приверженности вере и иудейским традициям прослеживается и в романе «Быть или не быть?». В нем, помимо основных событий, изложен конфликт еврейки Эстер, принявшей христианство, с ее дедушкой, который «не может понять ее чувств и не способен говорить с ней на эту тему». 

    «Он полагал, что своим молчанием сумеет притушить, извести чуждое влияние, надеялся излечить ее от идей, внесших дисгармонию в их семью. Он был горд за народ Израиля, который, несмотря на вековечные преследования, оставался народом особенным, избранным Всевышним – великим и в милости, и в гневе».

    О неизменной преданности религии повествуется и в романе «Счастливый Пэр», герой которого проходит через многие испытания и унижения, прежде чем стать знаменитым оперным певцом. Сюжет романа не лишен автобиографичности. Как когда-то в жизни Андерсена появится друг в лице Карстенса, так и в жизни Пэра появляется человек, который поддерживает его и морально, и материально.

    В один из дней этот учитель признается юноше, что он еврей. Повествуя свою историю, учитель приводит случаи, когда он мог бы подняться по общественной и карьерной лестнице, если бы согласился креститься. Однако, даже не всегда выполняя религиозные предписания, он убежден, что религию предков не меняют.

    Исследователи биографии Андерсена отмечают, что он отлично разбирался в еврейских обычаях, знал законы иудейской религии, «видя на столе Танах, открывал книгу и читал на иврите». А будучи уже знаменитым и много путешествуя, вот что он напишет в своем очерке, побывав на симфоническом концерте в Амстердаме:

    «Там была элегантная публика, но я с грустью отметил, что не вижу тут сыновей народа, давшего нам Мендельсона, Галеви и Мейербера, чьи блестящие музыкальные сочинения мы слушаем сегодня. Я не встретил в зале ни одного еврея. Когда же я высказал свое недоумение по этому поводу, то, к своему стыду – о, если бы мои уши обманули меня! – услыхал в ответ, что для евреев вход сюда воспрещен. У меня осталось тяжелое впечатление об унижении человека человеком, об ужасающей несправедливости, царящей в обществе, религии и искусстве».


    Ему действительно было дико наблюдать за тогдашним отношением к евреям, ведь в его жизни это были самые близкие люди и друзья. Школьный директор, первая любовь в лице Сарры, затем Эдвард и Ионас Коллин.

    Эта семья помогла юному драматургу получить образование в Копенгагене, добилась для него королевской стипендии для учебы в Латинской школе, да и вообще, брала на себя многие хлопоты и расходы по его устройству и становлению как писателя. Многие жизненные решения принимались Андерсеном только после совета Эдварда Коллина.

    У самого Андерсена вплоть до конца жизни никогда не было ни семьи, ни детей. Однако в какой-то момент его как родного примут в двух еврейских семьях – Хендрикс и Мелхиор. В доме последних, помимо всеобъемлющей любви и теплоты, он нашел и вечный покой. Будучи больным, он писал свой дневник, пока мог держать перо, но последняя запись в нем сделана еврейской рукой, хозяйкой дома Доротеей Мелхиор:

    «Среда. 4 августа. Андерсен спит с десяти вечера. А сейчас уже 10 часов утра. Он всё еще дремлет, и мне кажется, что у него температура. Ночью он кашлял… У него не было сил поставить чашку с остатками каши на место, и каша вылилась на одеяло. Вчера, после ухода доктора Мейера, Ханс Кристиан сказал мне: “Доктор собирается вернуться вечером – это дурная примета”. Я ему напомнила, что доктор приходит к нему уже две недели подряд два раза в день, утром и вечером. Мои слова успокоили его. И вот свет погас. Смерть – как нежный поцелуй! В 11 часов 5 минут наш дорогой друг вздохнул в последний раз…»

    comments powered by HyperComments