О загрязнении лексиконов и словарей малых языков заимствованиями

Нельзя считать нормой, когда большая часть словников в существующих словарях национальных языков являются механически вставленными в словарь словами из других языков. Заимствованное слово, по определению являющееся чуждым для языка, может быть включено в словарь, если оно подверглось грамматической и фонетической ассимиляции, адаптировалось в языке. 

Принимая фонетически и грамматически чуждое ему слово в присущей тому форме, язык невольно допускает нарушение своей органичной целостности. Это происходит, когда язык-реципиент оказывается не в состоянии своими средствами идентифицировать новое понятие, явление или предмет, когда попытка подвергнуть новое слово приводит к утрате адекватности слова или делает его непригодным для применения в разнородной языковой среде. Защищаясь от вторжения в свою плоть элементов внешней языковой среды, язык сам сужает диапазон своего естественного функционирования. При этом, оставляя один за другим уровни активной жизнедеятельности, язык становится неполноценным средством общения, теряет свою универсальность и многофункциональность. С нарастанием массы неадаптированных заимствованных слов, язык вырождается и утрачивает свою объединяющую этнос функцию.

Бессмысленно закрывать глаза на то, что малый язык не в состоянии противостоять напору огромной массы новых чуждых слов, атакующих его вместе с входящими в оборот новыми понятиями, явлениями и предметами. Поэтому будущее многих малых языков выглядит безрадостно и неутешительно. Даже мощные, хорошо развитые языки не всегда успевают создать свою национальную интерпретацию (версию) активно формирующегося интернационального языка – международного наднационального языка научно-технического прогресса и глобализации.

Из этих соображений вытекают вполне практические выводы об оценке целесообразности включения в словарь заимствований из других языков.

Нет нужды доказывать, что одной из главных задач лексикографа является борьба за чистоту документируемого материала. Бесполезной или даже вредной может оказаться затея навязывать языку какие-то искусственные правила существования и развития, в том числе, некачественный алфавит и орфографию, оторванную от орфоэпии. Абсолютно вредным для языка является пополнение его лексикона за счёт неадаптированных заимствований. Язык сам выбирает путь своего развития и старается сохранить себя от посягательств на нарушение своих законов. Включение заимствованных слов в словник активного лексикона не встречает возражений при одновременном соблюдении следующих двух, как минимум, условий:

·        слово обозначает предмет (явление или понятие), для которого язык не выработал своего собственного эквивалента и не в состоянии сделать этого на собственной основе. В этом случае нейтрализовать разлагающее влияние чуждого заимствования поможет указание на происхождение слова и его толкование на языке словаря;

·        слово видоизменилось (адаптировалось, прижилось) под воздействием грамматических и фонетических законов языка и не нарушает строя языка.

Для соблюдения этих условий лексикограф должен принимать взвешенное решение исходя из целей словаря, степени адаптации слова в языке, анализа причин заимствования, в том числе: наличия (или отсутствия) в языке собственного эквивалента заимствованного слова, новизны обозначаемого этим словом понятия или предмета, степени и характера общего внешнего языкового влияния и др. Насильно внедряя в язык чужие слова и выражения, инициаторы такого внедрения, зачастую, даже не стараются придать им свойственную языку форму. Языку не оставляют права самому решить эту задачу. Таким образом, не берется во внимание, что язык должен сам сформировать форму нового слова, через форму установить его смысловое содержание (формализуя, таким образом, общий процесс словоизменения и словообразования). Поэтому лексикографу следует идти вслед за языком, объективно прогнозировать его будущее развитие, а не навязывать ему свои надуманные правила. Здесь речь идет не только о младописьменных малых языках, но и о развитых языках, хорошо исследованных, имеющих богатую письменную традицию.

Хотя язык джуьгьури изучен недостаточно, уже можно назвать некоторые формальные и аналитические признаки, позволяющие выявить заимствованные слова в текстах на джуьгьури. На заимствованный характер слова указывает присутствие в слове букв (графем) обозначающих отсутствующие в языке звуки (фонемы). Этот же признак присущ и национальным словам, видоизменившимся в последние десятилетия в связи с внедрением несовершенных алфавитов (в 1929 и в 1938 г. г.) и под влиянием чуждой языковой среды. Иногда под влиянием других языков и заимствованной у них письменности, первоначально верно зафиксированное слово преображается или заменяется на заимствованное.       

В каждом языке существуют классические (традиционные) формы построения слова. Например, в диссертации Л.Х. Давыдовой приводятся схемы построения слов в еврейско-татском языке. Используя для обозначения гласных и согласных в слове соответственно буквы Г и С, схему слов можно условно изобразить следующим образом: Г+С+Г+С для слова `овом – невежда; С+Г+С+Г+С для слова назук – тонкий и т.д. Количество подобных схем в языках - ограничено. После сравнения записи слов по подобной схеме, разделение слов на исконные и заимствованные, а также выявление ошибок в написании становится несложной задачей. Эта работа до конца не доведена. Важность этих исследований, требующих продолжения, в том, что слова, не укладывающиеся в определённые схемы, с большой долей вероятности относятся к заимствованным.

Часто заимствованиями являются слова, обозначающие еще недостаточно усвоенные языком явления, понятия и предметы. Те слова, в которых произошли или ещё лишь происходят характерные для языка процессы (выпадение звуков и слогов, добавление звуков, уподобление звуков, замена звуков и т.д.) могут быть расценены как свидетельства разных этапов адаптации заимствованного слова.

Для создания качественной словарной литературы на каждом языке необходимо изучать и систематизировать признаки заимствованных слов.

Приведенные примеры иллюстрируют не только возможность, но и сложность составления словаря заимствований. Такие словари нужно создавать на профессиональном уровне и на научной основе. Особенностью добротного словаря заимствований является, в частности, указание языка-донора, последовательность произошедших реформаций и др. Такой словарь в дальнейшем может дополнить содержание этимологического словаря языка джуьгьури.

В моральном аспекте неоправданное (а порой умышленное) засорение языка чуждыми ему заимствованиями является выражением языкового бескультурья и неграмотности, неуважения к своим корням и народу, желания отделить себя от «низших каст» и создать показушный ореол учености. Очевидно, что судьба каждого языка будет зависеть от того, кто победит в борьбе за право на жизнь: язык чиновничьей, околонаучной и правящей элиты, который размывает основы национального языка, или живой язык народа со своим главным оружием – литературным языком. Каждый народ понимает, что как единая культурно-этническая общность он существует до тех пор, пока жив его язык. Будущее языка, его способность противостоять внешним языковым воздействиям (иммунитет) напрямую зависит от самого народа, от его безусловного желания сохранить свою национальную самобытность, от инстинкта самосохранения народа. Этот фактор определяет, в конечном итоге, живучесть (жизнеспособность) языка.

                                                         Давид Бахшиев

Похожие статьи