Татьяна Абрамова возвращает к жизни некогда утилитарные вещи. К примеру, колоду карт художница облагородила и превратила в настоящее произведение искусства.

Таких работ у Татьяны – не один десяток. И все они выполнены в стиле ассамбляж.

– Татьяна, расскажите о себе и о том, как вы пришли к такому необычному и мало кому известному виду творчества.

– Я не профессиональный художник, более 18 лет преподавала на кафедре реконструкции в архитектурном колледже. Занималась реконструкцией реальных объектов в Москве, и, видимо, во мне формировалась потребность сохранения старины. И когда я уже завершила свою трудовую деятельность, эта потребность вылилась в нечто другое – только в данном случае это сохранение не архитектуры, а текстильного декоративного наследия.

Уже 12 лет я занимаюсь этим ремеслом. Первые работы делала для себя, для своего дома, но потом их количество возросло. Люди стали проявлять заинтересованность, а специалисты назвали жанр моих работ «ассамбляж» – от французского слова, означающего «собирать, соединять».

Я работаю с антикварными материалами конца XIX – начала XX века. Использую вышивку, бисер, кружева, различные старинные изображения, перья, перчатки – и из всего этого создаю декоративные композиции, наполняя их неким смыслом, идеей, интригой.

– В чем цель вашего творчества? Много у вас работ?

– Цель очень проста. Я стремлюсь к сохранению исчезающего декоративного наследия рубежа XIX–XX столетий, в моих работах мне удается дать ему вторую жизнь. Я думаю, работ уже больше 100.

– То, что вы делаете, сродни какому-то виду декоративно-прикладного искусства?

– По словам искусствоведов, аналогов этому творчеству нет. Это действительно мой оригинальный замысел, в нем мой оригинальный почерк. На сегодняшний день в этой нише я одна. Изначально у меня было некое семейное текстильное наследие, а дальше это превратилось в коллекционирование.

Очень многое я приобретала – и на блошиных рынках, и в магазинах. Мне очень приятно, что после каждой творческой встречи ко мне подходят люди и предлагают забрать какие-то старинные вещи, потому что у них дома они не востребованы и просто пропадут, исчезнут. Люди порой доверяют мне какие-то мемориальные вещи, чтобы я их сохранила, создала какие-то экспозиции. Это очень трогательно и дорого для меня.

– Какие предметы вы используете для работы?

– Творчество может быть связано с любым предметом. Можно взять флакон и каким-то образом сделать из него арт-объект. В работе с флаконами я не всегда использую стопроцентный антикварный вариант. На некоторых творческих встречах, которые я периодически устраиваю, я рассказываю о своих работах, показываю их и как я с ними работаю – и призываю людей творить.

Это, как говорится, и приятно, и полезно. Кроме того, я еще и коллекционер. В моей коллекции множество старинных вещей, и в основном это связано, конечно, с одеждой. У меня есть коллекция интересной старинной одежды, коллекция аксессуаров – веера, сумочки, есть небольшая коллекция старинных кукол.

Наряды для кукол я сделала сама из старинных материалов. Это немецкие куклы достаточно известных производителей. Но коллекционирование – не основное мое увлечение.

– Вижу, вы используете раритетные вещи и в своей повседневной жизни – к примеру, воротники, манжеты и другие изящные аксессуары прошлых веков…

– Я их надеваю фрагментарно – воротники, какие-то накидки. В них я чувствую себя очень уютно, как будто всегда их носила. Вообще призываю женщин обращать внимание на то, что можно приобрести на различных антикварных выставках. Такие вещи зачастую несут в себе очень приятную ауру. Этот воротник середины XIX века я неслучайно надела на нашу встречу – это ручная работа, здесь очень интересный орнамент.

– Татьяна, много времени уходит на реставрацию?

– Реставрация – основная часть моей работы, потому что антикварные материалы, которые мне достаются, бывают с очень большими утратами. У меня есть две работы – «Фантазия» и «Цветочная композиция», в которых больше половины бисерной вышивки было в россыпи.

Я много месяцев занималась реставрацией, прежде чем смогла использовать эти материалы в композициях, после чего целый год не могла смотреть на бисер. Реставрация старинного бисера – самое сложное занятие. Он бывает очень мелким, и современные иглы в этом случае невозможно использовать. На такой случай у меня есть тончайшая, практически невидимая игла для бисера. Часто я работаю с лупой, то есть это очень кропотливая работа.

– Вы проводили выставки своих работ?

– Еще нет, но с большим удовольствием попробовала бы. Думаю, получилось бы и интересно, и полезно. Можно даже устроить какую-нибудь интерактивную встречу, чтобы таким образом познакомить моих гостей с какими-то старинными материалами.

Причем материалами, поверьте, музейного уровня, которые в музеях можно наблюдать лишь за стеклом, ну а я могу их принести и даже дать потрогать. Можно также провести встречу в форме мастер-класса по созданию композиций.

Я считаю, эти работы имеют большую социальную значимость, поскольку сохраняют материалы декоративно-прикладного искусства конца XIX века.

Беседу вела Инна ИЗЫХЕЕВА