С 1 сентября 2020 года новый закон позволит потомкам евреев, бежавших из Австрии из-за нацистских преследований, подавать заявление на получение австрийского гражданства, а для британских заявителей — паспорта ЕС.

The Guardian сообщает, что еврейская община Австрии когда-то насчитывала 200 тысяч человек; после аншлюса в марте 1938 года страну успело покинуть около 120 тысяч, многие из которых переселились в Великобританию, что сделало ее вторым по популярности «местом назначения» после США. Сейчас еврейское население Австрии – всего около 10 тысяч человек.

К 1945 году в Великобритании было зарегистрировано до 20 тысяч австрийских беженцев, но вернуться они не смогли: их родина тогда не разрешала двойное гражданство. После регистрации в новой стране человек становился в Австрии иностранцем. Однако в начале 90-х годов возникли разговоры об ответственности страны за преступления нацистской эпохи, что привело к созданию пути для бывших беженцев к восстановлению австрийского гражданства. Однако лишь 10% выживших воспользовались этой возможностью.

Но закон, распространяющий возможность двойного гражданства на потомков этих беженцев, его сторонники в австрийском парламенте тогда продвинуть не смогли, что свидетельствует о принципиальном отсутствии интереса к восстановлению когда-то огромной еврейской общины. Один правый депутат возразил: «Для поколения пострадавших уже и так сделано достаточно, тем более 64 года спустя».

Новый закон отличается тем, что позволяет подавать заявление о двойном гражданстве и потомкам беженцев. Как сообщает Guardian, продвинуть закон было непросто, поскольку в последние годы австрийские парламентские круги стали еще больше склоняться к крайне правым воззрениям.

Тем не менее ключевое воздействие на этот успех оказал Себастьян Курц, канцлер Австрии от правой Австрийской народной партия (Österreichische Volkspartei, ÖVP). С момента своего избрания в 2017 году Курц подчеркивал долг Австрии перед жертвами нацистского правления.

Бини Гуттманн, президент австрийского отделения Европейского союза еврейских студентов, видит в новом законе большой потенциал. «К сожалению, в Австрии снова наблюдается усиление влияния крайне правых, которым помогают политики, которые продвигают дискриминационные программы, – сказал он Guardian. – В результате многие представители меньшинств Австрии считают, что им здесь не рады».

Ханна Лессинг, генеральный секретарь Национального фонда Австрийской Республики для жертв национал-социализма, активно лоббировала более широкие возможности закона, например, для тех евреев, кто хотел, но не смог поселиться в Австрии после войны. Но приветствовала закон даже в этом виде, сказав Guardian: «Это – важный шаг; австрийское общество наконец готово принять семьи, которые оно когда-то вынудило уехать. Однако, как и другие подобные жесты, он никогда не сможет полностью искупить Холокост».

Guardian пишет, что новый закон может вызвать рост числа заявлений на получение гражданства от британцев – потомков еврейских австрийских беженцев, которых, по оценкам правительства Австрии, как минимум 200 тысяч. Причина очевидна. Хотя австрийское гражданство дает в этой стране политические права, эксперты считают, что британские заявители в первую очередь будут искать преимущества гражданства ЕС. После продолжающегося длительного развода Великобритании с блоком ЕС многие ее граждане стремятся получить это гражданство. Такое «возвращение» беспрецедентно в еврейской истории и может породить болезненные моменты в Великобритании, вызвав негатив от других британцев, претендующих на гражданство ЕС.

Но Бини Гуттманн считает, что закон улучшит атмосферу в стране: «Потомки беженцев знают, к чему может привести нетерпимость. Я бы посоветовал им сказать свое слово посредством голосования. Закон предлагает больше, чем историческую справедливость, потому что он может помочь восстановить справедливость для новых граждан и их потомков здесь и в будущем».

26-летняя британка Бекка Уэст сказала, что подаст заявление. Ее дед бежал из Австрии в 1939 году. «Бонусы граждан ЕС важны, – сказала она. – Но у моего дедушки была сильная австрийская идентичность, несмотря на его страдания. Для меня это гражданство – в основном способ лучше вспомнить его личность».