Барановичи в эмиграции. Израиль
В Израиле нужно пахать. Но если работаешь, ты зарабатываешь. А не так, что пашешь и не можешь себе лишний кусок мяса позволить купить
Уроженка города Барановичи Маргарита Зильберман, которая девять лет живет в Израиле, рассказала, почему поначалу боялась израильских детей, каких белорусских продуктов ей не хватает и что ее шокировало в Барановичах, когда она приехала в родной город после долгого отсутствия.
О переезде
Я выросла в Барановичах. Но меня всегда интересовала еврейская культура и традиции, ведь я – наполовину еврейка. Я работала в организациях для евреев, 10 лет возглавляла молодежный клуб в Барановичах. Желание уехать в Израиль возникло после того, как я от еврейской общины побывала в США. Там я увидела, что такое цивилизация, и поняла: если хочу жить так же, нужно уезжать.
В Израиле у меня не было даже знакомых, не говоря о родственниках. Языка я тоже не знала. На руках – двухлетний сын. Ехать в чужую страну было страшно. Но я рискнула и ни разу об этом не пожалела.
В Израиле есть закон, согласно которому человек с еврейскими корнями из любой страны мира может при желании вернуться на землю Израиля и получить гражданство. Существуют организации, которые помогают с переездом, есть программы помощи переселенцам и их поддержке.
Первые полгода училась в ульпане (специальная школа, где изучают иврит. – Ред.), попутно искала работу. Работала официанткой, няней в детском саду. Помогло то, что я пою. В ульпане я познакомилась с музыкантом, стали вместе выступать.
О профессии
По образованию я учитель английского языка. И после ульпана я могла бы преподавать, стоило только подтвердить свой диплом. Но такого желания у меня не возникло, потому как израильские дети поначалу мне жутко не нравились. Честно говоря, я их даже побаивалась. Невоспитанные, неуправляемые – таким было мое первое впечатление. А когда я узнала их поближе, поняла, что они – удивительные. Свободные, без комплексов. И я пошла в магистратуру, получила степень и право на преподавание. Третий год работаю в средней и старшей школе преподавателем английского языка и литературы в городе Хайфа.
Об образовании
Школа в Израиле — не одно учебное заведение с младшими и старшими классами, как в Беларуси. Это три разные школы — младшая, средняя и старшая. И для каждой из них учителей готовят по-разному.
Образование в Израиле платное. В младшей школе это чисто символическая плата, вроде той, что у нас платят за пользование учебниками. Учеба в средней и старшей стоит от $1000 в год, в вузе – $3-4 тысячи ежегодно. Это не очень большие деньги даже для человека со средним достатком. К тому же всегда есть возможность получить стипендию. А если студент берет шефство над каким-либо проблемным учеником, государство может наполовину снизить ему стоимость обучения.
Об армии
После школы и мальчики, и девочки идут в армию. Очень редко я слышала от детей, что они не хотят идти в армию. И уж тем более о том, что кто-то пытается «откосить». И дело даже не в том, что израильская армия — пятизвездочный отель с пятиразовым питанием, и не в том, что там не существует такого понятия, как дедовщина. А в обостренном чувстве патриотизма. Каждый израильтянин считает своим долгом служить в армии.
О войне
Я живу в стране, которая постоянно находится в состоянии войны. Но это совсем не ощущается. За девять лет, что я здесь нахожусь, мне лишь однажды пришлось спускаться по тревоге в бомбоубежище. Конечно, когда тебя в три часа ночи будит сирена и ты бежишь с ребенком на улицу, это страшно. Но, если честно, в Беларуси, где запросто могут напасть на улице, я чувствую себя в большей опасности.
О взаимопомощи
В Израиле все друг другу братья и сестры. И это не просто пафосная фраза. Такой взаимопомощи и поддержки я не видела нигде. Если что-то случается, люди друг за друга горой. И не бывает, что человек упал на улице, а к нему никто не подошел.
Когда я переехала, у меня не было никакой мебели. И многое, что у меня есть сейчас в квартире, мне отдали абсолютно посторонние люди. Бесплатно.
Здесь не принято хранить вещи в шкафу годами. Все ненужное люди оставляют возле мусорных контейнеров: вдруг кому-то пригодится. Можно найти мебель, рабочую технику, даже постельное белье, выстиранное, выглаженное и аккуратно сложенное в пакеты.
Об израильских женщинах
У меня не типично еврейская внешность. Но из-за фамилии в Беларуси я всегда была еврейкой. А для евреев я – русская: слишком белая и без большого носа. Смешно.
Израильских женщин сложно назвать красавицами. И женская красота очень ценится, ведь женщин в Израиле гораздо меньше, чем мужчин. А белые еврейки вообще считаются едва ли не моделями с обложки. Но надо отдать должное израильтянкам: они настолько уверены в себе, что даже если у девушки лишний вес, она умеет себя так подать, будто она — звезда.
О работе
В Израиле нужно пахать. Но если работаешь, ты зарабатываешь. А не так, что пашешь и не можешь себе лишний кусок мяса позволить купить. Здесь очень сильные профсоюзы. Если возникает спор между работником и компанией, как правило, выигрывает работник. Когда человека увольняют, полгода ему выплачивают пособие по безработице в размере 75% от его заработка.
Я зарабатываю $1,5–1,7 тысячи в месяц. Этих денег хватает и на жилье, и на продукты, и на путешествия, и отложить немного получается. При том, что налоги в Израиле очень высокие.
О ценах
Жить в Израиле недешево. Но уровень зарплат позволяет не экономить. А такие товары, как шампунь или зубная паста, даже дешевле, чем в Беларуси. Самые дорогие продукты в Израиле – молочные. Зато свежие фрукты и овощи можно купить круглый год и дешево.
Основная часть расходов — жилье. Аренда квартиры – $700 в месяц. Дорогое электричество – порядка $50 в месяц.
О ностальгии
Этим летом я впервые за девять лет была в Барановичах. Приезжала повидаться с родными, пройтись по местам, где я выросла. Я соскучилась по белорусским лесам, по огурцам, которые в Израиле очень дорогие и совсем невкусные. Мне было приятно все это вновь обрести и вспомнить. Но одновременно я была шокирована хамством, от которого успела отвыкнуть. В Израиле тоже есть разные люди, но каждый уважает друг друга.
Я поняла, что в Беларуси нет ничего, что бы заставило бы меня вернуться. В Израиле я уверена в завтрашнем дне. А это очень важно. Ведь жизнь должна быть жизнью, а не борьбой за нее.
Источник: intex-press.by
Читайте также
Все материалы рубрики
Новый фильм рассказывает о преступления режима Виши против евреев Франции
Во время Второй мировой войны около 75 000 евреев были депортированы из Франции в нацистские лагеря смерти, где почти все они были убиты
Новая книга и документальный фильм показывают, в какой степени французский режим Виши, существовавший во время войны, стремился угодить фашистам.
Новое исследование, проведенное историком Лораном Жоли и кинорежиссером Давидом Корн-Брзозой, использует документы ранее не привлекавшие внимания, чтобы показать, как французская полиция и высшие должностные лица были готовы сотрудничать в деле арестов десятков тысяч евреев. Во время Второй мировой войны около 75 000 евреев были депортированы из Франции в нацистские лагеря смерти, где почти все они были убиты.
В новой книге Жоли «L’Etat contre les Juifs» («Государство против евреев») используется ранее неопубликованный реестр, составленный французской коллаборационистской полицией для выявления «иностранных евреев» во Франции. Десятки тысяч евреев бежали в страну, чтобы избежать роста антисемитизма в Германии и Восточной Европе в годы, предшествующие войне.
Жоли сказал AFP, что у парижской полиции была «одна из самых сложных систем в мире, чтобы классифицировать иностранцев». Около 125 000 евреев были записаны в списках, основанных на переписи, проведенной по требованию нацистов в 1941 году, которая, по словам Жоли, «как ни странно оставалась неизвестной до моих исследований». Именно этот список использовался во время печально известной облавы Вель-д’Ив против 13 000 евреев-иностранцев 16 и 17 июля 1942 года. Мужчины, женщины и дети были вытащены из своих кроватей французской полицией и доставлены на Вель Д’Ив (зимний велодром) возле Эйфелевой башни перед депортацией в концентрационные лагеря.
«Они могли бы сопротивляться»
«Немцы не просили, чтобы им передали евреев, которые жили в контролируемой Виши части Франции», – сказал Жоли. «Режим Виши всегда пытался продемонстрировать свою добрую волю по отношению к немцам», – сказал он. «Были способы, которыми они могли бы сопротивляться их давлению. Но их осознанным выбором была политика коллаборационизма». В фильме Жоли, сделанном Корн-Брзозой, «Полиция Виши», который был показан 19 сентября на французском общественном телевидении, была использована единственная известная фотография велодрома во время облавы. Снятая немцами, она показывает полицейские фургоны, выстроившиеся снаружи, и офицеров, ходящих вокруг.
Фильм также реконструирует бюрократический «механизм», через который министры Виши, ответственные за полицию во время войны, сотрудничали с немцами. Режиссер сказал, что в первый раз кто-то попытался изобразить то, что произошло через призму тех, кто «воплотил окончательное решение в жизнь во Франции». Используя их показания в судах, которые судили главарей Виши после освобождения Франции, Корн-Брзоза освещает роль пожилого лидера Виши, маршала Филиппа Петена, его премьер-министра Пьера Лаваля и министров внутренних дел Рене Буске, Жозефа Дарнана, Пьера Пюше, Марселя Пейрутона и Адриена Марке.
Миф о еврейском государстве
Корн-Брзоза сказал, что через его драматизированную реконструкцию событий мы можем услышать, как Буске — друг будущего президента Франции Франсуа Миттерана — утверждает, что именно он «спас французских евреев и четыре пятых иностранных евреев» во Франции в то время. Лаваль утверждал, что он «убежден, что евреев депортировали в Польшу, чтобы создать еврейское государство». Жоли сказал, что Буске удалось избежать казни, даже несмотря на то, что он был главой полиции «во время худших репрессий … в то время как его предшественника Пюже и преемника Дарнана расстреляли». Он сказал, что драматическая реконструкция событий фильма заключалась в попытке «понять психологию этих полицейских начальников», которые застряли в логике системы. «Ничего не было придумано», – настаивал он; все было взято из стенограмм их допросов и заявлений после войны. Историк сказал, что «фундаментальный и малоизвестный момент», который установил шаблон для желаемого сотрудничества Виши, утвердился тогда, когда его первый министр внутренних дел, Марке, постановил, что офицер гестапо будет присутствовать в Виши» летом 1940 года, хотя это не было частью условий перемирия».
В декабре 1940 г. офицер СС потребовал, совершенно незаконно, чтобы два немецких политических беженца Рудольф Гильфердинг и Рудольф Брейтшайд, были переданы нацистам, «несмотря на то, что у них обоих были визы, которые позволили бы им бежать в Соединенные Штаты, – сказал Жоли. «Оба были принесены на алтарь коллаборационизма Пейрутона, преемника Марке, который хотели быть на хорошем счету у немцев», – добавил он. Это решение, по его мнению, «является началом этого механизма коллаборационизма полиции», которое в конечном итоге привело к тому, что 40 000 евреев в 1942 году были переданы немцам.
Источник: lechaim.ru