Байопик о Майкле Джексоне рассказал также о еврее, боровшемся с расизмом
Глава CBS Records Уолтер Йетникофф (его играет сильно загримированный Майк Майерс) поздравляет Джексона с его прорывом
Лариса Узвалкнезависимый журналист
В фильме «Майкл», свежем биографическом блокбастере о Майкле Джексоне, есть сцена, в которой Джексон (которого играет его племянник Джафар) и его адвокат Джон Бранка (Майлз Теллер) беседуют с президентом своего звукозаписывающего лейбла, сообщает JP.
Действие происходит в начале промо-кампании альбома Джексона «Thriller»: сингл «Billie Jean» уже выпущен, а клип на песню «Thriller» снят, что позволяет предположить, что события разворачиваются где-то в 1983 году.
Глава CBS Records Уолтер Йетникофф (его играет сильно загримированный Майк Майерс) поздравляет Джексона с его прорывом и спрашивает, чем он может ему помочь. Джексон и Бранка говорят Йетникоффу, что хотят только одного: чтобы Джексона показали на MTV, тогда еще совершенно новом канале, транслирующем музыкальные клипы.
Йетникофф отвечает им, что это «невозможно», потому что MTV редко показывает чернокожих артистов. Джексон парирует, что он «гордый чернокожий артист», который создает свою музыку для всех, и что он «не позволит MTV или кому-либо еще посадить себя на задние места в автобусе, предназначенные для черных».
Йетникофф говорит, что он уже пытался, а Джексон отвечает ему: «Пожалуйста, постарайтесь еще». Тогда Йетникофф просит свою секретаршу связаться по телефону с основателем и руководителем MTV Бобом Питтманом.
Затем Йетникофф по телефону угрожает, используя яркие нецензурные выражения, снять всех артистов CBS с эфира, если Питтман не согласится показать «Billie Jean» в течение следующих 10 минут и впоследствии включить клип в интенсивную ротацию.
Дальше становится ясно, что угроза подействовала. Джексон оставался постоянным гостем эфира MTV еще много лет.
Так кто же такой Уолтер Йетникофф? И действительно ли все произошло так, как рассказывает «Майкл»?
История Уолтера Йетникоффа
Йетникофф был одной из самых ярких фигур в музыкальной индустрии. Родившись в еврейской семье в Нью-Йорке в 1933 году, Йетникофф стал президентом и генеральным директором CBS Records в 1975 году.
Руководя CBS в переломный для музыкального бизнеса период, он курировал таких артистов, как Билли Джоэл, Брюс Спрингстин и Глория Эстефан, а также Джексона, с которым он начал работать в начале его сольной карьеры в конце 1970-х годов. Йетникофф не отличался музыкальным слухом, что не мешало ему успешно делать бизнес в музыкальной индустрии и защищать интересы своих артистов.
Йетникофф стал героем книги: «Hit Men: Power Brokers and Fast Money Inside the Music» Фредерика Даннена, опубликованной в 1990 году. Популярностью также пользовались его мемуары «Howling at the Moon: The True Story of the Mad Genius of the Music World» (2004), написанные в соавторстве с Дэвидом Ритцем. Кроме того, в фильме «One Trick Pony» (1980) с Полом Саймоном в главной роли актер Рип Торн сыграл прототипа Йетникоффа, которого в картине зовут Уолтер Фокс.
В «Майкле» Йетникофф называет руководителя MTV «этим шмоком», из чего понятно, что он не забывал о своих еврейских корнях.
«Особенности личности Йетникоффа во моногом оьбъясняются его рождением в еврейской семье в Бруклине. Очень многие боссы лейблов были евреями из Бруклина, но Уолтер носил свою национальность как габардиновый костюм», — пишет Даннен в «Hit Men».
«Чтобы выглядеть уместно в громком и грязном мире рок-музыки, застенчивый бруклинский еврей создал себе незабываемый образ — дисконтный торговец с Орчард-стрит в роли супермена музыкального бизнеса, немного Мела Брукса, смешанного с большим количеством Джеки Мейсона и щепоткой Меира Кахане и капитана Лу Альбано», — говорилось в статье, опубликованной в журнале «New York» в 1990 году.
Так действительно ли Йетникофф проявил эту знаменитую ярость, чтобы сломать расовый барьер на MTV? И произошло ли это так, как показано в фильме «Майкл»?
По собственному признанию Йетникоффа, ответ — да.
Йетникофф и Леонард Бернстайн, 1985
В книге «Howling at the Moon» он пишет: «Я поднял чертовски громкий крик, когда MTV отказалось показывать клипы [Майкла Джексона]. Они утверждали, что их формат — белый рок — исключает музыку Майкла. Я ответил, что они — расистские придурки, и что я разнесу это по всему миру, если они не уступят».
Далее он пишет, что «под дополнительным давлением со стороны Куинси Джонса они сдались, и тем самым расовые барьеры на MTV рухнули».
«Не знаю, хвастался ли Уолтер или говорил правду, — сказал JTA Дэвид Ритц, соавтор книги «Howling at the Moon». — У меня есть ощущение, что он не лгал, но я не могу этого доказать».
Очевидно, что семья и наследники Джексона отдают Йетникоффу должное за то, что музыка Майкла попала на MTV.
«Сегодня трудно представить себе, какой уровень культурной сегрегации практиковался на музыкальных каналах в 1983 году, когда MTV отказалось показывать клип Майкла Джексона Billie Jean. Но Йетникофф яростно защищал интересы Майкла и не колебался вступить в конфликт с влиятельным музыкальным каналом, — заявили наследники Джексона после смерти Йетникоффа в 2021 году в возрасте 87 лет. — Вскоре Billie Jean попал в интенсивную ротацию на MTV, что открыло дорогу к необычайному успеху не только для Майкла, но и для целого поколения чернокожих артистов. Уолтер заставил это произойти, и благодаря этому решению стена рухнула».
Известно множество исторических примеров того, как евреи, занимавшие руководящие должности в шоу-бизнесе поддерживали и продвигали чернокожих. Джордж Гершвин, например, настаивал на том, чтобы в «Порги и Бесс» играли чернокожие, а не белые в черном гриме. Продюсер Норман Лир, еврей, выпустил одно из первых шоу, посвященных черной семье, — «Джефферсоны».
Джексон работал и с другими продюсерами-евреями. Во время тура «Dangerous» в 1993 году он выступил в Израиле и даже надел форму ЦАХАЛа.
Gentle Giant: самый еврейский рок
Pink Floyd и Emerson, Lake and Palmer также предлагали достойные песни, относящиеся к этому жанру, но тот, кто в то время углублялся в этот жанр, рано или поздно попадал на Gentle Giant
Имануэль Маркусредактор онлайн-версии Jüdische Allgemeine
Обладая невероятным творческим потенциалом, трое шотландских евреев — Фил, Дерек и Рэй Шульманы — создали группу, которая выделялась среди других.
Тот, кто в середине 1970-х годов хоть немного интересовался музыкой и к тому же имел счастье познакомиться с самыми популярными группами прогрессивного рока, наверняка сталкивался с ранним творчеством Yes. До того как Genesis частично ушла в сторону поп-музыки, эти англичане также считались мастерами прог-рока. Альбомы «A Trick of the Tail», «Nursery Crime» и другие стали по-настоящему культовыми.
Pink Floyd и Emerson, Lake and Palmer также предлагали достойные песни, относящиеся к этому жанру, но тот, кто в то время углублялся в этот жанр, рано или поздно попадал на Gentle Giant.
Эта группа предлагала — даже по сравнению с другими упомянутыми коллективами — невероятно сложную музыку. Она была основана в 1970 году братьями Филом, Дереком и Рэем Шульманами, шотландскими евреями.
Чтобы продемонстрировать всю сложность звучания Gentle Giant, мы выберем одну из жемчужин — заглавную композицию пятого альбома «In a Glass House» (1973).
Уже 36-секундное вступление заслуживает внимания. Двое из трех братьев Шульман (Фил уже не участвовал в записи этого альбома) и их товарищи по группе демонстрируют здесь поразительную виртуозность игры на гитаре и скрипке. Даже тот, кто услышит лишь начало песни, поймет: здесь работают профессионалы, которые ценят каждый звук.
Барабанщик Джон Уэзерс внес в композицию увлекательную партию, которая в 1973 году в таком виде ещё не была широко известна — тем более в рок-сфере. Здесь были нестандартные ритмы, эмоции и красивые детали. Кроме того, вступление предвещало шедевр, в том числе с точки зрения композиции и общего аранжирования.
К тому же: в песне «In a Glass House» присутствуют элементы, напоминающие средневековую и барочную музыку. Это касается как мелодий, так и манеры исполнения на струнных инструментах. Только с 51-й секунды постепенно становится ясно, что это рок-песня — причём с изрядной долей оригинальности и качества.
Такие песни, как «In a Glass House», были настолько прогрессивными, что коммерческий успех — по крайней мере, в том масштабе, который достигали Pink Floyd или Genesis — фактически исключался. Многие рок-фанаты, возможно, вообще не понимали Gentle Giant.
Итак, «In a Glass House». Тот, кто слушает эту композицию впервые, через четыре минуты и 16 секунд скорее ожидает ее окончания. Однако в этот момент прошла лишь половина. В этом месте песня вводит дополнительный ритм — в неофициальной второй части. Также впечатляет скрытое аутро, в ходе которого разбивается стеклянный дом. Кто не хочет его пропустить, должен подождать несколько секунд до финала.
Здесь стоит упомянуть ещё одну жемчужину: «Interview». Эту композицию легче всего определить как прог-рок. Уже вступление вызывает восхищение: сначала мы слышим разговоры участников группы в студии, что в то время было довольно оригинальным ходом. Затем вступает блестящая и ритмически отточенная игра Керри Минниара на клавишных.
Мастерство, которое демонстрировали Шульманы и их коллеги из Gentle Giant с 1970 по 1980 год, нетипично для рок-групп. Инструментальные пьесы, аранжировки и композиции такого уровня были скорее прерогативой соул- и фанк-групп, а также сообщества фьюжн, джаз-рока и джаз-фанка, где царили Джон Маклафлин, Return to Forever, Джордж Дюк, Билл Кобхэм и Жан-Люк Понти.
На первом альбоме Gentle Giant 1970 года, название которого совпадает с названием группы, Шульманы еще только пробовали свои силы. Но уже самая первая песня, «Giant», содержала интересные изюминки, в том числе четкие партии духовых. Хотя они еще не были убедительно интегрированы в композицию, но, по крайней мере, присутствовали. Ударные еще не были столь впечатляющими, поскольку Джон Уэзерс еще не присоединился к группе. Первый из его предшественников поссорился с Шульманами после второго альбома, а второй не смог больше играть после аварии на мотоцикле.
Фил и Дерек Шульманы, родившиеся в 1937 и 1947 годах соответственно, росли в трущобном районе Глазго. Рэй, младший брат, родившийся в 1949 году, имел счастье провести детство с семьей в более благополучном районе английского Портсмута.
Отец семьи, Льюис Шульман, был джазовым трубачом. Говорят, он поощрял своих трех сыновей учиться играть на нескольких инструментах, что, очевидно, многое объясняет. О их матери, Ребекке Лауфер, известно немного.
Льюис Шульман, который, по словам Дерека, «пил бормотуху» и выкуривал три пачки в день, умер от сердечного приступа. Справиться с этой травмой было явно непросто. Его мать следила за тем, чтобы он делал домашнее задание, пока семья соблюдала траур, пишет Дерек Шульман в своей автобиографии Giant Steps («Гигантские шаги»), опубликованной в прошлом году. Это название явно отсылает к Gentle Giant, а также к джазовой классике Giant Steps Джона Колтрейна.
Дерек Шульман недавно заявил, что считает себя евреем скорее в культурном, чем в религиозном плане. Он также рассказал о скрытом антисемитизме в школе, где он был одним из трех учеников-евреев.
Дерек Шульман сейчас живёт в Нью-Йорке. В интервью он объяснил, что его пригласили принять участие в публичных дебатах с Роджером Уотерсом, одним из основателей Pink Floyd. «Я отказался, потому что этот парень не только антиизраильски настроен, но вообще абсолютный антисемит. Практически невозможно переубедить человека из этой секты».
Первая группа братьев Шульман называлась The Howling Wolves. Затем она стала называться The Road Runners, а позже — Simon Dupree and the Big Sound. Саймон Дюпри — такой сценический псевдоним был у Дерека Шульмана, который выступал в качестве ведущего вокалиста. Реджинальд Кеннет Дуайт, который позже добился определённой известности как Элтон Джон, некоторое время участвовал в группе в качестве клавишника.
В конце 1967 года группе даже удалось достичь 10-го места в чартах с песней «Kites». Однако это произошло только потому, что участники группы были убеждены звукозаписывающей компанией включить в свои песни психоделические мотивы. Братья ненавидели собственное звучание. Дерек Шульман в то время просто называл подобную музыку «дерьмом».
Рэй Шульман в недавнем интервью затронул ещё одну проблему, актуальную в 1970 году: «Нас не вполне устраивали другие музыканты в группе, потому что они ничего не могли привнести. Нам приходилось всему их учить. В лице Гэри Грина они нашли столь же мотивированного и превосходного гитариста. В группу также влился мультиинструменталист Керри Миннир. Теперь пришло время для нового названия: Gentle Giant.
Второй альбом, Acquiring the Taste, был более утонченным, чем первый. Образ группы, чья музыка содержала бесчисленные грани, укрепился. Открывающий трек, «Pantagruel’s Nativity», начинается со звуков синтезатора, которые могли бы стать заставкой к фантастическому фильму Стэнли Кубрика. Сначала к ним присоединяются сакральные песнопения, их продолжает довольно диссонансная песня с элементами рока. Остальные треки альбома следуют аналогичной схеме.
Three Friends, их третий альбом (1972), тоже звучит по-экспериментальному. Ни одна из песен не стала хитом, но, похоже, в то время это не было целью братьев Шульман. Они сосредоточились на творческом самовыражении. Octopus («Осьминог»), также записанный и выпущенный в 1972 году, местами звучит несколько безумно. Затем идет шедевр In a Glass House.
Пять лет спустя, с выходом альбома The Missing Piece («Недостающий фрагмент»), концепция уже немного изменилась. Такие песни, как «Two Weeks in Spain», «I’m Turning Around» и «Who Do You Think You Are??», были менее эксцентричными и звучали как более прямолинейные, доступные рок-композиции. Возможно, они представляли собой попытки наконец-то выпустить один или несколько рок-хитов.
«Мы любили джаз и соул и никогда не смогли бы выпустить коммерческий хит, — недавно сказал Дерек Шульман. — Однажды мы попытались, но эти попытки провалились. Оглядываясь назад, я радуюсь, что у нас не было хитов, потому что я видел, что случилось с артистами, у которых они были».
С альбомом Civilian проект Gentle Giant завершился в 1980 году. Гэри Грин объяснил причины тогда: «У нас была встреча в Нью-Йорке, когда мы начали наш тур здесь, и мы обсуждали, что будем делать. На этой встрече Керри и Дерек сказали, что больше не хотят гастролировать».
Вероятно, это было вызвано в первую очередь с бытовыми причинами: Керри Миннир только что стал отцом. Дерек Шульман собирался жениться. Семью годами ранее старший брат, Фил Шульман, покинул группу по схожим причинам. Его жена чувствовала себя всё более одинокой. После его ухода братья не разговаривали с ним несколько лет.
Вопрос о причинах распада Gentle Giant ещё много лет обсуждался в интервью. Выяснилось, что в группе были люди, которые считали неправильным «просто выбросить» столько творчества, как выразился Грин. Он даже сказал, что Gentle Giant следовало бы гастролировать не меньше, а больше, чтобы добиться большего успеха. По-видимому, гастроли искусственно ограничивались из-за того, что семьи участников группы жили в Англии.
Тот факт, что их успех был довольно ограниченным по сравнению с другими известными группами этого жанра, также мог стать решающим фактором распада Gentle Giant. Оставлять детей и жен одних на несколько месяцев во время гастролей было бы более оправданным, если бы они имели больший успех. В конце концов, одного лишь творческого самовыражения, возможно, уже было недостаточно.
Дерек Шульман впоследствии стал руководителем таких звукозаписывающих компаний, как PolyGram и Mercury, а Рэй Шульман работал продюсером альбомов, сочиняя музыку для телевидения и рекламы. Рэй, младший из братьев Шульман, умер 30 марта 2023 года после продолжительной болезни.
Всемирное сообщество преданных поклонников, существующее до сих пор, неоднократно пыталось возродить Gentle Giant хотя бы на время. Эти попытки провалились, потому что бывшие участники не смогли совместить это с работой и семейной жизнью.
Gentle Giant, самая «еврейская» из всех прогрессивных рок-групп, остается уникальным творческим проектом. In a Glass House и все их другие альбомы до сих пор ценятся поклонниками. Неизвестно, сколько обложек пластинок в рамках висят на стенах гостиных в Европе или Америке как приятные напоминания о легендарной группе.
Рэй, Фил и Дерек Шульманы играли на семи инструментах каждый. И они пели. Их превзошёл только их коллега по группе Керри Миннир, который не только внёс решающий вклад в композиции, но и играл на одиннадцати инструментах: гитаре, басе, клавишных, ударных, перкуссии, глокеншпиле, ксилофоне, вибрафоне, маримбе, терменвоксе и виолончели.
Jüdische Allgemeine, перевод Ларисы Узвалк