Живущая в Великобритании женщина-ученый Хеба Набил Искандарани, родившаяся в Дубае дочь палестинца и ливанки, потенциально могла выбирать одну из нескольких национальных идентичностей. Однако паспорт хоть какой-то страны — это то, чего ей действительно недоставало.

26-летняя преподавательница архитектуры в Бирмингемском университете, Искандарани всю жизнь была апатридом (лицом без гражданства), имея только ливанский проездной документ, который определяет ее как палестинскую беженку.

Обнаружив, что ее отец-палестинец имеет еврейские корни, восходящие к Испании, Искандарани смогла претендовать на испанское гражданство на основании закона 2015 года, который предоставляет подданство королевства любому лицу, имеющему предков-евреев, бежавших с Пиренейского полуострова после изгнания оттуда приверженцев иудаизма в 1492 году.

Искандарани объяснила, что ее стремление получить гражданство какой-либо страны обусловлено как эмоциональным стремлением обрести национальную идентичность, так и в качестве практического средства решения бюрократических сложностей, возникающих из-за отсутствия у нее паспорта. Эти обстоятельства и заставили молодую женщину заняться изучением своей родословной, сообщает Jerusalem Post.

Всего на основании испанского закона гражданство уже получили более 150 тысяч человек (в том числе 43 тысячи неевреев), имеющих в числе своих предков сефардских выходцев с Пиренейского полуострова.

Искандарани сделала тест ДНК, который показал, что она имеет как североафриканское, так и иберийское происхождение, а специалисты по генеалогии сообщили, что ее фамилия восходит к испанским евреям. Но ей по-прежнему нужен был документ, подтверждающий еврейскую идентичность ее прабабушки по отцовской линии, Латифы Джерби, чья фамилия происходит от названия острова у побережья Туниса, где когда-то жило много сефардских евреев.

Искандарани удалось найти одно из старых удостоверений личности прабабушки в Бейруте. Оно хранилось в семейном архиве, который ее семья тщательно оберегала в течение десятилетий.

Ее сестра также недавно получила испанское гражданство, два брата находятся на этапе проверки. Ее отец подает заявление на получение гражданства Португалии. Искандарани и некоторые из ее родственников также подали заявление на получение португальского гражданства в соответствии с законом о возвращении, который Португалия приняла в 2013 году. Ее заявление пока еще рассматривается в Лиссабоне.

Обнаружение еврейских корней ее отца стало шоком для некоторых родственников, но у других были свои подозрения на сей счет. Ежегодно весной ее прабабушка чистила крутые яйца и окунала их в соленую воду во время трапезы. По ее словам, эта привычка была «просто тунисской традицией», но, как теперь считает Искандарани, это воспоминание о пасхальном седере. А ее мать заметила, что ни у одного из предков ее мужа не было мусульманских имен.

«Его двоюродных дядей звали Иаков, Рубен, Моисей, Захария. И моя мама теперь вспоминает, что ей в свое время это казалось странным», — сказала Искандарани, отметившая, что после своего открытия стала больше интересоваться иудаизмом.

После получения испанского паспорта Искандарани теперь может свободно посещать Яффо, пригород Тель-Авива, где родился ее дедушка. По словам Искандарани, ее семья была «изгнана» из Яффо во время Войны за независимость Израиля в 1948 году, и в своем посте в Facebook она сравнила преследование евреев во время инквизиции с бегством ее предков из Израиля: «Абсурдно наше обращение в ислам снова привело к изгнанию из Яффо за то, что мы исповедуем другую религию и принадлежим к другой этнической группе, — написала она. — Какая ирония — осознавать, что вас дважды изгнали по одной и той же причине».

В своем интервью JTA Искандарани пересмотрела это сравнение, признав, что есть разница между кампанией религиозных преследований и утратой домов во время войны. Но, несмотря на некоторые прошлые публикации в социальных сетях, критикующие Израиль, Искандарани сказала, что она не заинтересована в том, чтобы принимать чью-либо сторону, когда дело касается Израиля, и, прежде всего, стремится к взаимопониманию.

«Я не заинтересован в оскорблении или обвинении какой-либо одной стороны, — сказала она. — — Напротив, я хочу понять палестинскую сторону. Но я также пониманию позицию еврея из Европы или Туниса, который приехал в Палестину, чтобы построить там еврейскую родину. Я за мир и сосуществование».