Ее дядя погиб на службе в Ливане, спустя 38 лет она продолжает его дело
«Мои родные были счастливы, когда я рассказала, чем хочу заняться»

Для Ноам Цубары День памяти всегда был наполнен особым смыслом. Старший брат ее отца, Ядид, погиб в 1982 году во время службы в составе бригады «Нахал» — подорвался на мине. О том, чтобы связать свою жизнь с армейской службой, Ноам задумалась в средней школе. Так что, когда ей предложили подать заявление, она тут же сделала это. Через год она закончила первую часть обучения. Ее вдохновение — это пример дяди и те меры поддержки ее семьи, которые предпринимала израильская армия.
«Мой дед очень тяжело переживал потерю сына, — рассказала она в интервью газете The Jerusalem Post. — Тем не менее он сумел это преодолеть. Семья жила в Рош-а-Аине и привела в порядок местное солдатское кладбище. А еще дед уже 25 лет возглавляет здесь отделение организации, помогающей людям, лишившимся близких в результате теракта или в армии».
«Можно было бы подумать, что дед испытывает негатив по отношению к армии, которая забрала у него сына. Но на деле оказалось, что он любит ее. Во многом благодаря тому, что система многое делает для семей погибших», — добавила Ноам.
Военные поддерживали связь с бабушкой и дедушкой девушки и каждый праздник звонили с добрыми пожеланиями. Они вдохновили 19-летнюю внучку на службу. «Я человек народа, я чувствовала, что это подходит мне. Я ощущаю какое-то благословение свыше. Мои родные были счастливы, когда я рассказала, чем хочу заняться. Я надеюсь, к июлю вся эта история с коронавирусом закончится, мои близкие смогут приехать на выпускной и будут гордиться мной».
Кладбища посещать сейчас нельзя — из-за пандемии, конечно. «Мы стараемся поддерживать семьи ветеранов, держать с ними связь, особенно с теми, кто находится в группе риска, с пожилыми родственниками погибших – теми, кто не может пока принимать гостей. Мы все ждем перемен».
Когда Ноам повзрослела, семья всегда брала ее с собой на могилу Ядида в День памяти. «Помню, как приехала вся семья, было много людей, даже тех, кого я не знала. Командование тоже приехало. У меня было такое чувство, будто я скучаю по кому-то, кого даже не знаю. Это так несправедливо – тосковать по человеку, которого не знал и желать, чтобы он сидел рядом с тобой».
За время своей учебы Ноам приняла участие во многих акциях, направленных на увековечивание памяти павших героев.
«В прошлом году я впервые пришла на кладбище в Рош-а-Аине в форме. Все глаза были устремлены на меня — это был очень волнующий момент».
Читайте также
Все материалы рубрики
ИзраильМинобороны Израиля признало пассажиров рейса flydubai FZ1073 «жертвами враждебного инцидента»18:00, 9 ноября
ИзраильВ 200 метрах от позиций миротворцев ООН в Ливане обнаружены склады оружия «Хезболлы»17:00, 9 ноября
ИзраильБригады «Нахаль» и «Голани» укомплектуют разведбатальонами БПЛА и робототехники16:30, 9 ноябряМэрия Бней-Брака развесила красные метки на домах инфицированных
Так мэрия борется с «отказниками», не желающими переселяться в гостиничные изоляторы

Мэрия Бней-Брака развесила красные таблички с надписью «Опасное место» на домах, где живут больные COVID-19. Так мэрия борется с «отказниками», не желающими переселяться в гостиничные изоляторы, и пытается положить конец распространению инфекции в городе.
Соседям больных настоятельно рекомендуют непременно надевать перчатки и маску перед тем, как выносить мусор на помойку, дезинфицировать поверхности на лестничных клетках и принимать другие усиленные меры предосторожности.
Темпы распространения коронавируса в Бней-Браке заметно снизились, и значительная часть больных согласилась выселиться в здание санатория «Кинар», расположенного на восточном берегу Кинерета. Режим «зоны ограниченного доступа» в городе отменен. Однако Бней-Брак все еще входит в число «красных зон», где число заболевших продолжает расти с каждым днем.
Источник: news.israelinfo.co.il

