В музее В.А. Тропинина в Москве аккурат в канун Международного женского дня Нелли Кобзон, главная женщина в жизни великого эстрадного певца, впервые покажет часть своей уникальной коллекции декоративно-прикладного искусства. Незадолго до официального открытия мы поговорили с Нелли Михайловной и узнали, почему она решила приоткрыть сокровищницу прославленной фамилии.

Выставка состоит из 52 экспонатов, среди которых изделия известных европейских фарфоровых мануфактур: вазы, декоративные тарелки, шкатулки, преимущественно первой половины — середины XIX века, а также редкая коллекция старинных биноклей. Раскрыть образ современной собирательницы и показать ее «Женский вкус» вызвался художник Александр Конов. Согласно его замыслу, на стенах зала появятся коллажи из портретов 10 знаменитых женщин-коллекционеров и меценатов разных эпох.

О выставке, увлечении антиквариатом и, конечно, интересах самого Иосифа Кобзона мы и спросили Нелли Михайловну.

— Вас всегда тянуло к коллекционированию?

— Любовь к красивому мне прививали с детства. Мой папа был большим знатоком живописи, да и культурный Ленинград наложил на меня свой отпечаток. Конечно, первые 5–6 лет после свадьбы с Иосифом ни о каком антиквариате и речи не было. Муж постоянно залезал в долги: то квартиру надо купить кооперативную, то дачу, подряд родились двое детей. И он вообще не понимал, зачем все это надо. Иосиф рос в простой еврейской семье. Какой там антиквариат? Но когда у него появилась семья, дети, первая собственная квартира, — что-то изменилось.

— Помните ваше первое серьезное приобретение?

— Это был один из зимних пейзажей Юлия Клевера. Иосиф совершенно не понимал, зачем нужно было покупать такую дорогую картину. Постоянно возмущался, но я его уговорила. Еще до покупки серьезной живописи мы стали коллекционировать гжель. Только обзавелись собственной квартирой — и, как ненормальные, стали скупать вазочки, тарелочки, чашечки. Мы очень азартные люди, поэтому коллекция быстро разрасталась, не без помощи друзей, конечно.

— Среди ваших друзей тоже есть коллекционеры?

— Очень много. Выйдя замуж за Иосифа Кобзона, я сразу попала в общество великих людей нашего времени: Роберта Рождественского и Аллы Киреевой, Леонида Утесова, Марка Фрадкина, Клавдии Шульженко, которую обожал и опекал Иосиф Давыдович. Все они были не просто выдающимися деятелями культуры, но и коллекционерами. Поэтому я просто обязана была соответствовать людям, с которыми мы дружим. Кстати, на выставке будут показаны две парные вышивки бисером конца XVII века. Мне их подарила Раиса Фрадкина, жена композитора. Еще у меня есть колокольчик, подаренный Клавдией Шульженко, тарелка ленинградского фарфорового завода 1956 года с изображением Леонида Утесова, вазочка, которую мне подарила Изабелла Юрьева. Должна заметить, что «Женский вкус» — это лишь крошечная часть того, что мы с Иосифом собирали всю жизнь. Каждый предмет я покупала лично, или мне в подарок его привозил Иосиф. Он был очень внимательным и запомнил, что мне нравятся предметы, сделанные в конце XIX — начале XX века. Шкатулки, например.

— Еще в 2010 году известный киевский антиквар Александр Панасюк рассказал, что Кобзон был большим ценителем мебели в стиле ампир и классицизм, а также знал толк в старинных карманных часах. Значит, Иосиф Давыдович тоже увлекался коллекционированием?

— Еще как! Он был не только очень азартен, но и обожал ампир. Чего уж там, вся мебель в нашем доме, за исключением кухни и сантехники, выполнена из красного дерева и относится к первой четверти XIX века. А в кабинете Иосифа до сих пор стоит старинное бюро конца XIX века в стиле маркетри. Раньше оно принадлежало Леониду Утесову, но после смерти его родственники попросили нас купить это бюро. Им хотелось, чтобы такая вещь оказалась в хороших руках.

— И про часы правда?

— Даже более чем. Причем неважно какие: антикварные, современные, карманные, наручные, настенные… Их порядка 500 штук. Нельзя забывать, что этот человек никогда ничего не делал в полмеры. Если пел, то по 12 часов, если гастролировал, то по 8 месяцев, если он любил, то без меры, если ненавидел, то страшно. У него не было середины: только черное или белое. Поэтому когда он увлекся собирательством часов, то коллекция разрослась до космических масштабов.

— Может, мы вскоре узнаем не только вкус Нелли Кобзон, но и «мужской вкус» Иосифа Давыдовича?

— Если сейчас эта выставка пройдет удачно, то мне хотелось бы и дальше показывать наши коллекции. Даже не потому, что мне очень скучно, а для того, чтобы люди видели. Все же не ограничивается антиквариатом да часами.

— Что бы вы еще хотели показать?

— Ну, у нас дома целый музей из наград Иосифа. Мало кто знает, что он является абсолютным рекордсменом в Книге Гиннесса как самый титулованный артист. Медали, грамоты, благодарности, статуэтки, целый стенд моих наград. Есть даже грамота от Сталина, лично подписанная Иосифом Виссарионовичем, и «донбасские розы», сделанные из расплавленных снарядов. Этот «музей наград» мы собирали три года, я специально заказала его к 80-летию мужа. Конечно, я хочу, чтобы это увидела широкая общественность.

— Ему понравился подарок?

— Понравился, но, к сожалению, он не мог уже показать каких-то бурных чувств, но видно было, что остался доволен. Теперь я хожу по музеям и прошу дать мне место, чтобы сделать выставку. Не дают. Не для себя прошу — пусть люди увидят. Я и Кибовского приглашала, и Володина, и Мединского, но не приходят. Неважно им, наверное. Я, правда, не отчаиваюсь, жду их на открытии «Женского вкуса». Раньше показывать коллекцию не было времени: гастроли, разъезды, встречи. А сейчас у меня, к сожалению, его слишком много. Наверное, поэтому захотелось заполнить эту паузу чем-то полезным.