Евгений Валевич: человек и шоумен
О себе, о семье, об еврейских корнях, музыке, культуре и творчестве
Беседа с артистом Евгением Валевичем, всегда заряжает позитивностью, настроем на создание чего-то по-настоящему интересного.
Еврейский юмор, интеллигентность и остроумие — все это очень гармонично сочетается в одном человеке. Да, он по-настоящему творческий человек, вне всяких сомнений талантлив, и очень патриотичен, ведь сейчас исполнителей именно еврейских песен и назвать сразу сложно.
Евгений Валевич родился в черноземном районе России в городе Курске, куда в свое время из Белоруссии и Украины переселилось очень много еврейских семей. Он не только известный актер и исполнитель еврейских песен, но и режиссёр-постановщик мероприятий и фестивалей еврейского искусства в России и за рубежом. Как сказал музыкант Хацерон Алхазов (певец и руководитель гр. «Мазаль»): «Участие Жени Валевича – это уже 50% успеха мероприятия».
-Евгений с чего началась твоя творческая деятельность?
- С самого детства я уже знал, что хочу стать актером. И мои родители это видели! Когда мой папа услышал, что набирается группа в детский театр, он сразу привел меня туда. Тогда мне было 12 лет. Потом учился в Москве в специальной и единственной театральной школе, совмещая общеобразовательные предметы с профессиональными театральными. После этого поступил в Институт Современного Искусства, и после окончания, сдав экзамены, был зачислен в труппу театра «Шалом» где проработал без малого 13 лет .
-Ты не только актер, режиссёр – постановщик, ведущий, но и исполнитель еврейских песен. В 2001 г. – создал группу «Фрейлехс», выпустил первую сольную шоу-программу «Еврейское застолье». В 2005 г. – выпустил вторую — «Москва-Иерусалим Транзит». А в 2010г. — шоу «Фрейлехс навсегда». А какая музыка, по твоему мнению, сформировала тебя?
- Не могу сказать, что я меломан или приверженец какого-то определённого направления в музыке. Также не скажу, что какой-либо композитор или исполнитель сформировал мое музыкальное мировоззрение, нет. Но могу сказать определенно — я люблю еврейскую музыку. И много времени уделил ей. Собрал большую коллекцию из изданного еще на старых пластинках. Это были и музыка и песни идишного направления. Это такой кладезь культуры, который сейчас, к сожалению, уходит. И я постарался сохранить ее, перенеся все это на современный цифровой носитель. Эта музыкальная культура меня очень увлекала, сначала я занимался этим лично для себя, и лишь потом вынес на большую сцену.
- Какие качества ты ценишь в людях в первую очередь?
- Искренность. Если это касается каких-то жизненных, бытовых ситуаций. Что касается работы – то профессионализм и даже не просто профессионализм, а глубокое профессиональное отношение к работе. Это разные вещи.
- У каждого человека, не зависимо от рода его деятельности, иногда возникает необходимость просто отдохнуть. Особенно у творческих людей, работающих с большой аудиторией — перелеты, репетиции и.т.д. Как ты предпочитаешь отдыхать? Знакомо ли тебе понятие «полениться»?
- Конечно, я живой человек. И бывает, что хочется просто отдохнуть. Но это не валяние на берегу моря (смеется). Отдых для меня, это путешествия по красивым местам, ведь на нашей земле есть столько удивительных и уникальных мест.
Что значит для меня немного «полениться»? Ну это желание (хотя у меня ни разу не получалось), выключить телефон и уехать в Подмосковье, в наш дом, туда где живут мои родители. Взять всех наших собак и с ними валяться на траве. Это вот значит – «полениться».
- Вот как раз вопрос о любимом питомце...
- Да, у нас в семье две собаки. Одна, породы бигль, зовут — Купер, живет у нас в Подмосковье, другая — французский бульдог Оскар, он живет у нас с женой в Москве. И он для нас не просто домашнее животное. Мы создали вокруг него целый мир. Оскар у нас dog-bloger. Ведет, так сказать, свой личный блог.
И между прочим, одна из наших идей, которую подсказал нам наш Оскар, это создание в Москве пространства, которое бы объединяло людей и собак! Своеобразное клуб - кафе! Моя супруга Анна, талантливый инициативный человек, сумела объединить огромное количество людей, которые очень любят собак. И через такое общение, они с инициативной группой помогают тем животным, которые оказались в сложной ситуации.
- Используешь ли ты в своей работе какую-либо систему тайм-менеджмента?
-Думаю, что нет. Просто потому, что я, будучи человеком и так достаточно упорядоченным, управляю своим временем эффективно и вполне для себя комфортно.
- Евгений, ты, безусловно, человек-праздник. Любое мероприятие, которое ведешь и организовываешь уже по определению успешно и наполнено огромным позитивом. Но ведь творческая работа несет с собой не только позитивное состояние и чувство самореализации, но еще и огромное количество нагрузки как физической, так и моральной. Работа с людьми разных категорий и статусов всегда не простая. Как ты справляешься с непредвиденными ситуациями и как после окончания мероприятия снимаешь нагрузку?
-Я научился в силу своей специализации многие непредвиденные ситуации предугадывать и обходить. Да, может потребоваться импровизация в процессе мероприятия, но проще предупредить возможные осложнения. Я считаю себя неплохим физиономистом, не говорю психологом, а именно физиономистом. Быстро «прочитываю» человека и это неплохо работает. Нахожу в каждом человеке интересные для себя качества, и мне это помогает обойти стрессовые ситуации.
- К примеру, тебе предложили совсем не интересный на твой взгляд проект. Ты откажешься от него, или будешь вносить свои предложения, коррективы? Будешь убеждать человека в своей точке зрения или предпочтешь оставить все как есть?
- Да, бывает и такое. При этом для меня существуют три этапа. Первый – я трачу время на то, чтобы переубедить человека. Второй этап, если я понимаю что переубедить невозможно, пытаюсь найти в предложенном проекте что-то для себя интересное, что меня бы цепляло и будоражило сознание. И третий этап, когда я осознаю, что «ну никак», я отказываюсь. И, кстати, это ответ на предыдущий вопрос, относительно стресса на работе. К счастью, я могу себе позволить не заниматься теми проектами, которые могут стоить мне здоровья и нервов, и которые не принесут мне удовольствия в профессиональном смысле.
- Может так говорить не принято, но наша с тобой национальная принадлежность все равно как-то сказывается на характере, вносит какую-то свою особенность... Твои корни, как-то сказались на твоем воспитании? Сформировали твой характер, стиль общения?
- У нас, евреев, есть своя особенная генетика. Причем говоря об евреях я не разделяю на классы, происхождение – ашкенази, или горские евреи, или сефарды. Мне нравится, что я Еврей. Мне это просто нравится. При этом, те шаблонные ярлыки, которые часто привязывают еврейскому народу как с положительной, так и с негативной стороны, они, наверно, есть и во мне. Но повторяю, мне очень нравятся наши традиции, культура. Мне нравится, что у нашего народа есть и сохранились почти в первозданном виде, несмотря на всю суету современной жизни, свои традиции. Я имею ввиду именно глубокие, идущие от самого корня еврейства наши традиции.
- Раз мы заговорили о корнях, расскажи о старших представителях твоей семьи. Какое влияние они оказали на становление твоей личности?
-У меня был дед, Илья Арановский, отец моей мамы, жил он в Курске, был журналистом. Война догнала его уже в мирное время, он остался без обеих ног. Был высококлассным журналистом, его знал весь город Курск и Курская область, к нему приходили на интервью домой.
Я много времени проводил рядом с ним, видел, как он общается с людьми, как берет интервью. Я был еще тогда совсем ребенком, мы очень часто беседовали, он всегда рассказывал и приводил примеры из жизни разных людей, рассказывал об их судьбах.
Дедушка был особый человек и сильно повлиял на меня. Позже, когда его не стало, я разбирал библиотеку, она была у него огромная, и нашел рукопись, которую он написал о своей жизни. Я перепечатал ее лично и в память о нём издал как книгу. Она называется «Белый кораблик уплыл». Эпиграфом этой книги была фраза из песни — «Белый кораблик, неужто навеки мы расстаёмся сегодня с тобой, как тяжело в этот миг человеку, белый кораблик постой же, постой….» Это книга о человеческом формировании.
Что касается еврейского воспитания, то этим больше занимались мои бабушка и дедушка со стороны отца, и их родители, а точнее сказать, моя прабабушка .Такая еврейская московская семья со своими традициями. Я всегда буду помнить, как отмечались все еврейские праздники, накрывался гигантский стол с приглашенными многочисленными друзьями и родственниками.
Моей бабушке Мане сегодня 94 года, и я бесконечно счастлив, что она рядом с нами.
Наверно благодаря моей генетике, и всему тому, что получил в детстве, после окончания театрального института, я и пошел работать в еврейский театр.
- Организовывая какие-то проекты, ты набираешь команду исключительно из числа тех профессионалов, которых ты знаешь или видел в процессе работы?
- Я не сторонник экспериментов. Конечно, можно взять сотрудника по чьей-то рекомендации и, возможно, он даже крепкий профессионал, но может случиться так, что нужный тандем между нами так и не получится. Он делает свою работу хорошо, но вот тебе где-то не комфортно.
У меня есть определенная команда людей, с которыми мы работаем много и в разных проектах, и они и я, чувствуем друг друга взглядом, понимаем на уровне жестов, даже если что-то пошло не по сценарию и началась импровизация. Бывает, конечно, что в том или ином мероприятия я работаю с теми, кого не знаю, и у нас получается удачный альянс. Это круто.
-Как ты относишься к критике, занимаешься ли самообразованием? У тебя профессиональное театральное образование… Критикуешь ли ты своих коллег?
- Я всегда радуюсь успехам коллег, говорю искренне. Наблюдаю за их работой, и если она вызывает у меня восхищение, тогда, да, я беру что-то для себя, подмечаю какие-то нюансы, моменты. Наверно, это можно назвать самообразованием.
За профессиональным советом я обращаюсь к своим педагогам, окончив институт я до сих пор поддерживаю связь с ними. Мне безусловно повезло, потому что я видел вживую работу в театре таких гигантов как Александр Гаврилович Абдулов, Евгений Павлович Леонов.
Безусловно, мне повезло с педагогами, которые учили меня, это Владимир Николаевич и Луиза Петровна Комратовы .
Я вообще очень большой приверженец школы, именно актерской школы и считаю, что бы ты ни делал, нужно делать это хорошо, или не заниматься этим вообще. Ведь роль к примеру того же ведущего разного рода мероприятий, это не просто говорящая голова передающая слово от одного выступающего к другому или просто объявляющая какие-то номера. Это должен быть человек думающий, человек умеющий держать внимание аудитории много часов подряд. Это человек, который понимает, что будет происходить через час, через 40 минут, умеет импровизировать. Человек, обладающий хорошим русским языком, если мы говорим о русскоязычной аудитории. Как когда-то обо мне сказал мой друг и коллега артист Андрей Анкудинов: «Хочу представить, многим он знаком, еврей - с хорошим русским языком».
- Евгений, скажи, что бы ты хотел пожелать фонду СТМЭГИ в лице Германа Рашбиловича, читателям газеты СТМЭГИ, евреям в целом?
- Я знаю точно, что не только среди читателей, но и в фонде СТМЭГИ в целом, есть люди, с кем мы знакомы лично, это руководители фонда и общины в целом. Мне бесконечно приятно, что с людьми, которые ко мне когда-то обратились с предложением быть режиссёром, сценаристом или ведущим на их мероприятиях, мы стали уже друзьями.
Пожелание у меня одно, я хочу, чтобы все были здоровы, желаю быть искренними по отношению друг к другу и, конечно, желаю мира и взаимопонимания.
Беседу вела Ситара Кукулиева (Шамилова), Пятигорск
Читайте также
Все материалы рубрики
Похитители атомной бомбы. За что казнили супругов Розенберг
Действительно ли они раскрыли «атомный секрет» Америки?
19 июня 1953 года в США по обвинению в передаче СССР секрета атомного оружия были казнены Юлиус и Этель Розенберг.
19 июня 1953 года в камеру федеральной тюрьмы Синг-Синг, где содержалась Этель Розенберг, вошел тюремный раввин.
— Юлиус мертв, — обратился он к женщине, — но ты еще можешь спастись. Просто назови любое имя. Подумай, ведь ты оставляешь сиротами своих сыновей! — У меня нет никаких имен, — ответила женщина, — я невиновна. Я готова умереть.
Когда эту маленькую и хрупкую женщину посадили на электрический стул, даже у видавших виды тюремщиков сжалось сердце. Первый пуск тока не смог убить Этель Розенберг, ее умертвили лишь со второй попытки.
«Они вручили тирану Сталину атомную бомбу»
Казнь Юлиуса и Этель Розенберг стала единственным случаем применения в США подобной меры наказания за шпионаж к гражданским лицам в период «Холодной войны».
О деле супругов Розенберг и сегодня в Соединенных Штатах не любят говорить, ограничиваясь замечаниями вроде «Они вручили тирану Сталинуатомную бомбу».
В начале сентября 1949 года на стол президента США Гарри Трумэна лег доклад разведки. В нем сообщалось, что анализ проб воздуха из района Камчатки показал наличие в них изотопов, указывающих на проведение в СССР испытания атомной бомбы.
Для Америки это был шок. Аналитики убеждали американское руководство, что как минимум в ближайшие 5-6 лет своей «атомной дубинки» у Советов не появится.
Американцы были уверены, что русские смогли значительно сократить срок создания атомного оружия благодаря работе своей разведки.
О том, что советская разведка пытается подобраться к носителям американских атомных секретов, спецслужбы США знали еще до первого испытания советской атомной бомбы. Но американцам не было известно, как далеко смогла продвинуться советская резидентура.
Признания мистера Грингласса
В мае 1950 года был арестован Гарри Голд, много лет работавший на советскую разведку в качестве связного. К моменту ареста Москва к Голдом уже не работала, поскольку он неоднократно грубо нарушал нормы безопасности.
Голд признал свою вину и указал на Дэвида Грингласса как на человека, который тоже является связным советской разведки.
Грингласс на допросах упорно молчал, и тогда следователи изменили тактику. В тюрьму отправили и жену Григласса Рут. Дэвиду дали понять — двое его маленьких детей, вероятнее всего, останутся сиротами, никогда не увидят отца с матерью, и будут воспитываться либо в детдоме, либо в приемной семье.
Такая тактика сработала. Дэвид Грингласс признал вину и рассказал, что в шпионаж его вовлекли родная сестра Этель и ее муж Юлиус Розенберг.
Юлиуса арестовали 17 июля 1950 года. Этель отправили в тюрьму в августе 1950 года, после того, как она отказалась отвечать на вопросы большого жюри, ссылаясь на Пятую поправку к Конституции США.
Убежденные коммунисты
Супруги Розенберг, с точки зрения настроений, царивших в США в начале 1950-х, являлись идеальными кандидатами в шпионы.
Юлиус родился в Нью-Йорке в 1918 году в семье иммигрантов из России. Во время обучения в университете он примкнул к местному кружку коммунистов, где познакомился с Этель Грингласс. Девушка была на три года старше Юлиуса, но это не помешало Розенбергу влюбиться в нее. В 1939 году они поженились.
Общие взгляды и симпатия к Советскому Союзу привели супругов в ряды Коммунистической партии США. В 1942 году, в разгар войны, американские власти несколько смягчили свое отношение к коммунистам, поэтому подобный поступок не был чем-то из ряда вон выходящим.
Но после окончания Второй мировой войны ситуация резко изменилась. Америка стала воспринимать вчерашнего союзника как будущего противника в новой войне, а коммунистов и сочувствующих — как агентов врага.
Несмотря ни на что, супруги Розенберг от своих взглядов не отказывались.
Помощь Москве от чистого сердца
Но коммунистические взгляды и работа на иностранную разведку — это все-таки разные вещи. Супруги Розенберг категорически отрицали все обвинения. Доказательства следствия, в основном, базировались на показаниях Дэвида Грингласса, и этого было явно мало для сурового приговора.
На протяжении нескольких десятилетий Советский Союз настаивал на том, что супруги Розенберг никакого отношения к советской разведке не имели. Лишь в начале 1990-х стало известно, что Юлиус Розенберг работал на Советский Союз с начала 1940-х годов. Работал за идею, опираясь на таких же левых идеалистов, готовых бесплатно помогать первому государству рабочих и крестьян.
Розенберг был на связи с Александром Феклисовым, сотрудником советской внешней разведки, который в 1996 году стал одним из тех, кому было присвоено звание Героя Российской Федерации за работу по «атомному проекту».
Нет никаких сомнений, что Юлиус не только передал большое количество военных секретов Советскому Союзу, но и проявил немалые организаторские способности, создав целую сеть единомышленников.
Но действительно ли он раскрыл «атомный секрет» Америки?
Беда с доказательствами
Не только российские, но и американские исследователи серьезно в этом сомневаются. Юлиус Розенберг был талантливым инженером-электротехником, но в атомной физике не разбирался. Источником информации по «атомному проекту» для Розенберга служил Грингласс, работавший механиком на предприятии, входившем в систему изготовления американских атомных бомб.
Но когда схемы и чертежи, которые Грингласс готовил и передавал Розенбергу, показали американским физикам, работавшим в рамках «атомного проекта», ученые назвали их «карикатурой», пояснив, что в них нет ключевых вещей, без которых раскрыть секрет атомного оружия невозможно.
И совсем уже неважно обстоят дела с доказательствами вины Этель Розенберг. Она была профессиональной машинисткой, и, по мнению следствия, перепечатывала на машинке секретные документы. При этом нет никаких свидетельств того, что жена Юлиуса могла быть посвящена в тайны атомной бомбы. Некоторые историки полагают, что ее участие в работе на советскую разведку ограничивалось лишь моральной поддержкой мужа.
«Всем недовольным нужно было объяснить, что правительство теперь вправе их прикончить»
Но 5 апреля 1951 года судья Ирвинг Кауфман, опираясь на обвинительный вердикт присяжных, вынес смертный приговор обоим супругам.
«Я думаю, что содеянное вами, тот факт, что вы вручили русским атомную бомбу за несколько лет до того, как, согласно предсказаниям лучших наших ученых, они могли бы довести ее до кондиции самостоятельно, повлек за собою, с моей точки зрения, коммунистическую агрессию в Корее», — заявил судья.
«Я не удивлен вынесенным вердиктом — правительству так нужен был кто-то, кто ответит за все его просчеты: и за гибель наших солдат в Корее, и за всеобщую нищету, вызванную избыточными оборонными расходами. Опять же, всем недовольным нужно было объяснить, что правительство теперь вправе их прикончить. Похоже, нам суждено стать первыми жертвами американского фашизма», — так говорил в своем последнем слове Юлиус Розенберг.
Смертный приговор должен был утвердить президент Гарри Трумэн, но он неожиданно уклонился от этого, предоставив право поставить точку в деле следующему хозяину Белого дома.
«Печальна мысль о миллионах погибших»
Поступок Трумэна продлил жизнь Юлиусу и Этель. Но новый президент Дуайт Эйзенхауэр подписал приговор, заметив: «Казнь двух человек — печальное и тяжелое дело, но ещё более ужасна и печальна мысль о миллионах погибших, чья смерть может быть прямо отнесена к тому, что эти шпионы сделали. Я не стану вмешиваться в это дело...».
О каких погибших говорил Эйзенхауэр? Уж не жителях ли Хиросимы и Нагасаки, уничтоженных в результате атомных бомбардировок по приказу Гарри Трумэна? Или о миллионах советских людей, которых должны были уничтожить 300 атомных бомб, сброшенных на 100 советских городов, в рамках утвержденного в 1949 году Комитетом начальников штабов США плана «Дропшот»?
Нет, Эйзенхауэр говорил о несчастных американцах, которых супруги Розенберг якобы обрекли на погибель от сталинских атомных бомб.
Идут десятилетия, но ничего не меняется — бомбардировки, совершаемые американскими военными, считаются «борьбой за демократию», а возможный удар сопротивление американским военным рассматривается как невероятное злодеяние.
Чему помешало упрямство четы Розенберг
Протесты мировой общественности, ходатайства лауреатов Нобелевской премии и даже папы Римского не помогли — приговор был приведен в исполнение.
Остальные арестованные отделались длительными сроками заключения. Дэвид Грингласс вышел на свободу через десять лет, Гарри Голд, осужденный на 30 лет, вышел на свободу, отбыв половину срока.
До последнего момента супругам Розенберг предлагали сделку — они должны были выдать имена своих «подельников». Спецслужбы интересовали люди из числа руководства Компартии США. Юлиусу и Этель не нужно было даже их знать в лицо — следователи просто предлагали ткнуть пальцем в уже приготовленный список. Тогда смертную казнь обещали заметить тюремным заключением.
Возможно, с показаний супругов Розенберг в США должен был начаться грандиозный «трибунал над коммунизмом».
Но Юлиус и Этель, ни в чем не признавшись и никого не выдав, сломали эту игру.
Источник: Аргументы и Факты