Как-то так сложилось исторически, что у каждого народа есть свой собственный музыкальный инструмент. Если говоришь «русские» — сразу вспоминаются балалайка и гармонь, украинцы — это, конечно, бандура и трембита. Ну а евреи - это скрипка. Кажется, что еврей рождается со скрипкой в руках, а каждая еврейская мама норовит пораньше отдать свое чадо в музыкальную школу на скрипку, виолончель (в крайнем случае на кларнет). И это становится своеобразным соревнованием между еврейскими семьями — кто талантливее, у кого больше успехов на музыкальном поприще. Наверное поэтому среди евреев так много гениальных скрипачей.

Давид Ойстрах, Хагай Шахам, Соломон Росси, Яша Хейфец, Йозеф Йоахим, Пинхас Цукерман, Джошуа Белла, Фердинанд Давид, Генрих Венявский, Владимир Спиваков, Максим Венгеров и многие, многие другие. Их имена гремели в разные эпохи, и каждая нота, сыгранная гениями, прочно укрепляла в сознании людей мысль: евреи — гениальные скрипачи, это их музыка, их инструмент. Почему так случилось? Есть много версий…

Клезмеры

Несколько веков назад, кто такие клезмеры, знали очень хорошо во многих странах Европы, где компактно селились евреи. Кли-земер на иврите означало «музыкальный инструмент», а на идише — просто музыкант. Так в древности называли уличных еврейских музыкантов, которые играли исключительно на скрипках и кларнетах. У евреев не было своей страны, они были просто разбросаны по многим-многим странам. Музыка помогала им адаптироваться в чужих краях, завоевывать симпатии соседей и главное — переживать трудности. Ведь с песней легче шагать по жизни. Клезмеры играли всегда. Единственный день, когда они делали паузу, была суббота. Ведь игра на скрипке — тоже работа, а по субботам работать нельзя. Но и в такие дни клезмеры не бросали музыку — они пели!

В старину евреи не ходили в музыкальные школы. И консерваторий тогда не было. Но зато клезмеры передавали и свой инструмент, и свой талант детям — учили их музыкальному мастерству сами. Так рождались целые капеллы уличных еврейских скрипачей. Их обожали приглашать на свадьбы и похороны, потому что если евреи играют — эмоции бьют через край. И если звучит грустная мелодия — все рыдают, ну а уж когда звучит веселая — невозможно усидеть на месте.

Капеллы клезмеров были далеко не во всех местечках, потому им приходилось кочевать, перенося из города в город, из страны в страну не только свои скрипки, но и свою музыкальную культуру. Причем, играя в той или иной местности, музыканты впитывали и местные музыкальные традиции. Поэтому нередко в еврейской музыке звучат и музыкальные напевы многих других народов, а сама еврейская музыка воспринимается разными людьми как своя. Вот так клезмеры год за годом, столетье за столетием кочевали и играли. А какой инструмент легче всего носить с собой? Ну конечно же, скрипку. Безусловно, есть и другие компактные инструменты, но далеко не каждый сможет передать настолько сильно эмоции и накал страстей, присущие еврейской душе и еврейской музыке. Сколько боли, сколько страдания пережил еврейский народ. Разве может кто-нибудь, кроме скрипки, так плакать вместе с ним!

Знаменитое «Плачь, скрипка, рыдай!» — это о ней, о скрипке в руках еврея. Наверное именно оттуда, со стародавних времен, и сложилось стойкое представление, что скрипка и еврей — это одно целое. Но есть и другое объяснение, научное.

Научная версия

Точное происхождение скрипки до сих пор не установлено. Есть несколько научных исследований, в которых утверждается, что авторство скрипки принадлежит не итальянцам, а именно евреям. Предвестник скрипки — виола — появилась в Испании. Первое ее упоминание относится к 15 веку. В 16 веке она распространилась по Европе, и к этому же периоду относится и появление скрипки. Чаще всего ее изобретение приписывают итальянским мастерам. Однако есть основания полагать, что эти итальянцы — не кто иной, как сбежавшие из Испании евреи. Эту версию в своей работе доказывает ученый-музыковед из Белфаста Роджер Прайор.

Он отлистал историю назад, до Шекспировского периода, заинтересовавшись образом Смуглой дамы, встречающейся в нескольких сонетах Шекспира. Исследователь обратил внимание на схожесть приемов при описании Смуглой дамы и еврея Шейлока из «Венецианского купца». Считается, что прообразом литературной героини стала еврейка Эмилия Бассано. Но ведь именно Бассано служили в королевском оркестре Генриха VIII. Связав эти факты, Прайон предположил, что королевские музыканты-скрипачи были евреями.

Вообще, история этого оркестра очень примечательна.

Чтобы угодить императору Испании Карлу, в Англии бросили в Тауэр восьмерых морранов (так называли евреев, насильно обращенных в христианство). Якобы эти морраны бежали из Португалии, скрываясь от религиозного преследования, и укрывшись в Англии тайно совершали еврейские обряды. Но совершенно неожиданно такая попытка услужить обернулась для Англии боком. За талантливых узников заступила сестра Карла. И их не просто отпустили, а пригласили в королевский оркестр. Правда, двоих узников к тому времени не стало, но сохранились их завещания, подписанные «сокамерниками». В них стоят еврейские фамилии. Исследователь Прайор считает это косвенным доказательством того, что именно испанские и португальские евреи, бежавшие в Европу, и стали распространителями скрипки. Кроме того, он анализирует фамилии известных итальянских скрипичных мастеров и доказывает, что, как минимум, одна из них — Амати — принадлежит еврейскому роду. Однако это только версия. Например, музыковед Александр Кнапп ее опровергает. Но как бы там ни было, неоспоримо одно: евреи считают скрипку своим национальным инструментом. И именно евреи считаются лучшими скрипачами в мире.

Версия прагматическая

Есть и еще одна версия, объясняющая причину пристрастия евреев именно к скрипке. Она прагматическая. Дело в том, что евреям всегда было трудно найти свое место под солнцем из-за предубеждений и частого антисемитизма в обществе. Если ты небогат, то у тебя часто было только два пути: либо пойти в обувщики, либо, если Бог одарил талантом — в музыканты. В любом оркестре скрипачей всегда было больше всего, а значит, найти работу было проще именно по этой музыкальной специальности. Вот еврейские мамы и отдавали детей «в музыку», в надежде, что мальчик вырастет, станет надеждой и опорой семьи и прославится. Так и получалось, что скрипка, а чуть позже еще и шахматы становились чуть ли не единственным способом для бедных евреев выбиться в люди и сделать карьеру.

Страсть и сила еврейской музыки

Очень может быть, что каждая из версий правильная, поскольку все они не исключают, а дополняют друг друга. По большому счету, не так уж это и важно, почему евреи выбрали именно скрипку. Важно, как они используют свой выбор. А они буквально обожествляют как саму скрипку, так и тех, кто одарен талантом заставлять ее звучать. «Не хочу, чтобы меня сочли шовинистом, но ведь это факт: большинство величайших скрипачей были евреями. Я чувствую себя следующим звеном и ощущаю на своих плечах груз поколений», — заявил скрипач с мировым именем Вадим Глузман. Многие спорят, в чем секрет популярности еврейской скрипичной музыки? Почему она так близка для людей, исповедующих абсолютно разную культуру.

Думается, что секрет — в искренности. Вспомните знаменитый «Гамбринус» Куприна? В Одессе до сих пор ходят в восстановленный «Гамбринус», чтобы послушать именно Йосю — «ах, как плачет его скрипка», говорят одесситы. А еще: «Как, вы до сих пор не слышали нашего Йосю? О, так вы не слышали Одессу!» Страсть и сила — вот что делает еврейскую музыку не похожей ни на какую другую и притягивает к себе сердца людей, считает знаменитый израильский скрипач Хагай Шахам. Есть такой очень популярный в Америке мюзикл, «Скрипач на крыше» он называется. Поставлен он был поставлен по повести Шолом-Алейхема. В постановке один из главных героев рассуждает на тему, почему скрипач играет именно на крыше. «Скрипач на крыше – звучит безумно, не так ли? Но здесь, в деревне Анатовка, каждый из нас немного скрипач на крыше, пытающийся извлечь приятную, простую мелодию и не сломать при этом шею», — говорит Тевье-молочник.

Образно говоря, «не сломать себе шею» евреям помогает только одно — их традиции. Скрипка — одна из них!