Футболисты сборной Хорватии Деян Ловрен и Шиме Врсалько спели песню, в тексте которой упоминается лозунг времен существования на территории страны фашистского государства. Фанаты Хорватии тем временем отметились демонстрацией флагов и баннеров с фашистской символикой, — причем как в России, так и в Вене.

Скандалы с хорватами на этой почве возникали неоднократно. Так, в 2006 году на матче Италия — Хорватия хорватские болельщики образовали на трибунах своими телами свастику.

А в 2013 году отличились сами футболисты — защитник сборной Хорватии Йосип Шимунич во время празднования выхода команды на бразильский чемпионат мира 2014 года использовал текст приветствия усташей. За это он был дисквалифицирован.

Хорватское движение усташей («повстанцев») зародилось на рубеже 1920-1930-х годов на Балканском полуострове при поддержке диктаторов Бенито Муссолини и Адольфа Гитлера. Один из идеологов ранних усташей Миле Бурдак поначалу отвергал отвергал связь хорватского национализма с фашизмом и национал-социализмом. Идеологию усташей он определил как продолжение политического учения о панхорватстве, созданного еще в середине XIX века австро-венгерским политиком и публицистом хорватского происхождения Анте Старчевичем.

Последний долгое время боролся за наделение Хорватии правами широкой автономии внутри Австро-Венгерской империи, за что не один раз подвергался репрессиям со стороны монархии.

Он стоял у истоков формирования первой Хорватской партии права. Другим предшественником своего движения усташи считали основателя Хорватской крестьянской партии Степана Радича, убитого в августе 1928 года во время заседания Скупщины (югославского парламента).

Опираясь на страны «Оси», в первую очередь на Германию и Италию, усташи во многом копировали их внутреннее устройство и идеологию. В их взглядах выделялись сербофобия и антисемитизм, а также ряд теорий, призванных оправдать территориальные претензии.

В 1918 году была воссоздана Хорватская партия права — националистическая партия, видевшая препятствие созданию национального хорватского государства в сербах. Тогда же часть ее лидеров покинула разваливающуюся Австро-Венгрию. Год спустя секретарем партии стал адвокат Анте Павелич.

Также была принята программа, определявшая целью партии «сохранение национальной самобытности и государственной самостоятельности хорватского народа».

Непосредственно перед выборами 1927 года ХПП, Хорватский крестьянский республиканский союз и Хорватская федералистская крестьянская партия объединились в Хорватский блок. Его основным лозунгом был лозунг Старчевича «Бог и хорваты». Но политического влияния блоку добиться не удалось. В 1928 году Павлевич создал террористическую организацию, а в 1929 бежал из страны и посетил Софию, столицу Болгарии, где установил связи с македонскими националистами.

В первой половине 1932 года был создан Главный усташский штаб и начала издаваться газета «Усташа». При этом Павелич и его сторонники пытались изобразить себя не как небольшую террористическую организацию, а как массовое движение хорватского народа.

Усташам удалось создать центр организации на территории Германии. Они нашли поддержку в Венгрии и Италии — странах, заявлявших о территориальных претензиях к Югославии. Муссолини надеялся использовать усташей как средство давления на Белград и как возможного союзника в случае войны с Югославией. С его разрешения в 1931 — 1932 гг. в Италии была создана сеть лагерей, где усташи проходили военно-политическую подготовку.

Усташи были сторонниками этнически чистой Хорватии — прежде всего без сербов.

При этом они не собирались удовлетвориться просто выселением тех сербов, которые жили на землях, доставшихся Хорватскому королевству. Они прекрасно понимали, что изгнанные могут требовать возвращения на родину — либо сами, либо их потомки. Усташи отдавали себе отчет в том, что только полное физическое уничтожение сербского населения могло «обезопасить» хорватов навсегда.

Миле Будак, теоретик этнических чисток и ближайший сотрудник Павелича, резюмировал эти планы в таком высказывании: «Треть сербов необходимо уничтожить, треть изгнать, остальных — окатоличить. Таким образом скоро затеряются их следы, а то, что останется, будет лишь дурным воспоминанием о них. Для сербов, цыган и евреев у нас найдется три миллиона пуль».

Осуществить это усташи попытались в годы Второй мировой войны. С 1941 по 1945 год на территории оккупированной Югославии погибло до 800 тыс. сербов, около 240 тыс. были насильно обращены в католичество, еще 400 тыс. были вынуждены бежать в Сербию.

«Когда главные усташи утверждают, что убили один миллион православных сербов (в том числе новорожденных, детей, женщин и стариков), это на мой взгляд, чепуха.

На основе документов, которые я получил, даю оценку в 750 000 убитых незащищенных людей»,

— писал немецкий посланник в Хорватии Герман Нойбахер.

В 1941 году Павелич, обрадованный активными действиями Германии, заявил о создании Независимого государства Хорватии. НГХ, по сути, было марионеточным государством Германии и частью оккупационной системы, установленной в Югославии.

Павелич сосредоточил всю власть в своих руках и создал вокруг себя культ личности. Движение усташей переросло в единственную партию страны. Параллельно к основанной на призывном принципе армии по примеру немецких СС были созданы специальные военные отряды усташей. Павелич сам принимал все законы, назначал членов высшего руководства и функционеров усташского движения. В НГХ не существовало каких-либо выборных органов ни на государственном, ни на локальном уровнях.

В новообразованном государстве на тот момент проживало около 6 млн жителей, из них 2 млн сербов, а также евреи и цыгане.

Страшнейшие зверства происходили на территории концлагеря «Ясеновац». Заключенных убивали тупыми предметами: кувалдами, молотками, болванками, дубинами, затаптывали солдатскими башмаками.

Ликвидации проводились и острыми предметами: ножами, кинжалами, саблями, топорами, плотничными топорами и специально приспособленными большими ножами и лезвиями. Узников морили голодом и жаждой. Надрезали кожу и посыпали солью. Прижигали им раскаленным железом гениталии.

Сажали крысу на живот, затем накрывали ее крышкой и грели лампой, пока крыса не прогрызала кожу и не проникала в живот узника.

Выдирали ногти металлическими инструментами, выкалывали глаза особыми крюками, ослепляли узников уколом иглы в глаз, отрезали нос, уши и язык, прокалывали шилом сердце, насиловали дочерей на глазах у родителей, под страхом мучений заставляли сыновей насиловать родных матерей, отрезали мужские половые органы и клали их в рот матерям и дочерям.

«По жестокости пыток и способам убийств концлагерь «Ясеновац» превзошел все, что мог выдумать и осуществить самый извращенный ум», — отмечается в докладе «Концентрационный лагерь Ясеновац».

С окончанием войны пришел конец и деятельности усташей. Многие бежали в другие страны, сам Павелич в 1947 прибыл в Аргентину и прожил до конца 1950-х в Буэнос-Айресе, где служил советником по безопасности аргентинского диктатора Хуана Перона. Часть усташей осталась в Югославии, пытаясь при широкой поддержке ряда католических священников организовать повстанческую деятельность. Однако они были арестованы либо уничтожены югославской армией и милицией.

Среди эмигрантов-усташей сформировались террористические подпольные группировки.

Усташи создали свои центры в Германии, США, Канаде, Австралии и Аргентине. Под непосредственным руководством Павелича было создано «Хорватское освободительное движение». К активной террористической деятельности оно приступило только в 1967 году. Его члены планировали и осуществляли покушения на югославских политиков, чиновников и других граждан, а также на своих бывших членов, покинувших движение. Всего с 1967 и до середины 1970-х гг. данная организация провела несколько десятков атак на югославских граждан в Америке и Европе.

Они активизировались в 1990-е годы, во время распада Югославии. В 1991 году президент Хорватии Франьо Туджман позволил вернуться в Хорватию находившимся в эмиграции усташам. Также он начал рассуждать о роли НГХ как хорватского национального государства. В одном из своих выступлений Туджман заявил, что Хорватия времен Второй мировой войны была не только нацистским образованием, но и выражала тысячелетние стремления хорватского народа.

С момента провозглашения независимости Хорватии в начале 1990-х годов некоторые националистические политические группы пытались продолжить традиции усташей. В частности, в 10 населенных пунктах ряд улиц был переименован в честь усташских лидеров. Произошло массовое уничтожение памятников антифашистам, а бывшие усташи и ветераны вооруженных формирований НГХ стали получать пенсии.