В прошлом поэт-диссидент, Игорь Губерман в 1990-х обрел мировую известность благодаря своим четверостишиям-«гарикам».

– Игорь Миронович, недавно вы вернулись из гастролей по Америке. Как они прошли? И еще – видите вы себя гражданином этой страны?

– Выступал в 14 городах США. Читал стихи, байки, отвечал на вопросы зрителей, в общем – катал обычную свою программу. И знаете, всё прошло замечательно! Больше всего запомнился теплый прием в Вашингтоне. В Америке я уже раз десятый, мои выступления всегда проходят там на ура, но жить хочу и могу лишь в Израиле. Мне просто кажется, что еврей «российской выделки», «советского разлива» может жить только в России или Израиле.

– Чем объясните свою неслыханную популярность у американцев? Есть ли у вас обратная связь с читателями?

– Дело в том, что в Америке огромное количество выходцев из России, а научно-техническая интеллигенция – это моя целевая аудитория, она обожает меня и всегда приходит на мои концерты. Причем среди них не только евреи, но и русские. Общение наше с читателями, а вернее, со зрителями, пришедшими на концерты, строится так. В ходе вечеров они пишут записки и передают их мне, я отвечаю и на записки, и на живые вопросы. Наши беседы продолжаются в антракте, когда я курю, болтаю с людьми, подписываю им с любовью свои книги и диски.

– Вы коренной москвич?

– У меня во всех документах написано, что я москвич, но на самом деле родился в Харькове. А поскольку прожил там всего восемь дней, то думаю, что мама втайне от папы ездила туда делать мне обрезание.

– Всем известно о вашей давней дружбе с бардом и ученым Александром Городницким. Часто ли общаетесь сегодня?

– Конечно. С Городницким мы дружим более 50 лет. А его супруга, поэтесса Анна Наль, в свое время познакомила меня с моей нынешней женой Таней (Татой), и мы счастливо живем уже больше полувека. Татьяна – дочь писателей Юрия и Лидии Либединских. Придя к ним домой в первый раз, сумел починить выключатель от торшера, и она в меня поверила. Если бы не встретил Таню, отбывал бы срок за сроком в тюрьме за убийство очередной жены. (Смеется.)

Игорь Губерман с равом Цви Патласом

– Вы автор множества книг, причем создаете их и в одиночку, и в удачных творческих союзах. Например, с художником Александром Окунем вы вместе выпустили «Книгу о вкусной и здоровой жизни». Что собираетесь издать в ближайшее время?

– Вот готовлю к выпуску «Десятый иерусалимский дневник». Там будут, как всегда, стихи и немного прозы – рассказы путешественника. Ездить по городам и странам очень люблю, я заядлый путешественник и знаю, что у каждой страны свои уникальные особенности.

– Какие книги можно увидеть на вашем рабочем столе?

– Очень люблю Виктора Пелевина, Бориса Акунина, Дину Рубину, Людмилу Улицкую. Вообще, проглатываю немало самой разной литературы. Читаю гораздо больше, чем пишу, я больше читатель, чем писатель. Причем со многими авторами хорошо знаком и регулярно общаюсь. С Диной Рубиной и Людмилой Улицкой время от времени вместе выпиваем. Муж Дины Рубиной – Борис Карафелов – изумительный художник, и я горжусь, что у меня в домашней коллекции есть его работы.

– Известно, что отдыхаете вы в основном под рюмочку перед голубым экраном. А можно ли вас вечером, например, увидеть на каком-то хорошем спектакле?

– Рюмочку? Скромно сказано. Вечером пью из стакана любимый виски и смотрю какой-нибудь американский детектив, так расслабляюсь. А вот по театрам не хожу, не театрал.

– Случались курьезы на встречах со зрителями?

– И не раз. Помню, однажды на моем концерте часть зала громко засмеялась. Оказалось, у женщины зазвонил мобильный телефон, и, ответив на звонок, дама громко сообщила в трубку: «Не могу с тобой разговаривать, сижу на Губермане!» Зрители лежали от смеха… А однажды мне пришла на вечере записка: «Игорь Миронович, получаю удовольствие от Ваших стихов. Оно было бы бо́льшим, если бы зал отапливался. Рабинович». Я все эти клочки бумаги с вопросами и заметками храню, а затем издаю – например, можете прочесть мою «Книгу странствий», написанную в жанре мемуаров.

Справка

Игорь Губерман родился в 1936 году в Харькове. Советский и израильский поэт и писатель. В 1958 году окончил Московский институт инженеров железнодорожного транспорта им. Сталина. В конце 1950-х познакомился с группой свободолюбивых философов, деятелей литературы и искусства, начал активно заниматься литературой. В своем «неофициальном» творчестве использовал псевдоним Абрам Хайям. Автор более 50 книг. В 1988-м репатриировался в Израиль, живет в Иерусалиме.

«Гарики» от Губермана

*** За стойкость в безумной судьбе, за смех, за азарт, за движенье еврей вызывает к себе лютое уважение.

*** В отъезды кинувшись поспешно, евреи вдруг соображают, что обрусели так успешно, что их евреи раздражают.

*** За российский утерянный рай пьют евреи, устроив уют, и, забыв про набитый трамвай, о графинях и тройках поют.

*** Еврейский дух слезой просолен, душа хронически болит, еврей, который всем доволен, – покойник или инвалид.

*** Умельцы выходов и входов, настырны, въедливы и прытки, евреи есть у всех народов, а у еврейского – в избытке.

*** Евреям доверяют не вполне и в космос не пускают, слава Б-гу; евреи, оказавшись на Луне, устроят и базар, и синагогу.

*** В мире много идей и затей, но вовек не случится в истории, чтоб мужчины рожали детей, а евреи друг с другом не спорили.

*** Живу я легко и беспечно, хотя уже склонен к мыслишкам, что все мы евреи, конечно, но некоторые – слишком.

*** Земля моих великих праотцов полна умов нешибкого пошиба, а я среди галдящих мудрецов молчу, как фаршированная рыба.