Впервые я услышал его на бакинском Приморском бульваре весной 1944 г. В нашем дворе в старой Бакинской крепости раздался призыв: «Бегите на бульвар, у Гыз Галасы (Девичья Башня – символ Баку) Илюшка-цыган поёт!»

Все пацаны нашей Мало-Крепостной улицы, кто старше, кто младше, мгновенно образовали табун «меломанов», стремительно несущихся на бульвар. А там уже было довольно много наших, да и любопытствующих горожан тоже.

Илюшка-цыган, вернее цыганенок, сидел на спинке бульварной скамейки с гитарой в руках, перебирая струны, готовя аккорды песни. Он запел не очень громко, но необыкновенно красивым, с низким тембром, голосом. Толпа мгновенно стихла, завороженная песней, которую я запомнил на всю дальнейшую жизнь:

…Когда море горит бирюзой,

Капитан вылезает из рубки.

Он становится с трубкой во рту

Возле девушки в серенькой юбке…

А дальше там шла такая душераздирающая лирика, такие рыдания и страсть, что и теперь, вспоминая эту первую услышанную песню в исполнении Ильи Хачаева, ставшего впоследствии известным бакинским артистом, я понимаю, что пережил тогда первую любовь.

За долгие годы нашей дружбы я слушал Илюшу бессчетное количество раз – на домашних концертах, на посиделках, в большом зале Бакинской филармонии, где он в составе известного квартета «ГАЯ» работал с 1956 года.

Илья Хачаев родился 1 сентября 1930 г. в Красной Слободе – цитадели горско-еврейского народа, в предместье города Куба. В середине 30-х годов прошлого века Илья со всей семьей переехал в столицу Азербайджана г. Баку. Семья поселилась в одной из комнат древнего Караван-сарая в самом центре Старого города «Ичери Шехер», рядом с Гыз Галасы. Жили в нужде, в стеснённых условиях – восемь душ детей и родители. С детства познавший лишения и даже голод, Илюша был внутренне интеллигентен и приобщен к русской классической культуре. Он никогда не исполнял блатных песенок и воровских романсов.

Будучи мальчишкой из Бакинской крепости, а позже - артистом филармонии, он никогда не пользовался блатняцкой «феней» или лабухским сленгом. Он пел на хорошем литературном русском языке, а иногда баловал друзей «мейханой» - замечательным, веселым азербайджанским народным рэпом.

Так случилось, что в тяжёлые 90-е годы его жена армянка Лида и дочь Анна, скрипачка, выпускница Московской консерватории, эмигрировали в США. Илья последовал за ними не сразу: надо было уладить дела в Баку - он не мог бросить на произвол судьбы руководимый им эстрадный оркестр.

Оказавшись в Америке, Илья понял: это не его страна. Преодолев очередные, как он говорил, "водевильные" трудности, совершил "алию", и в один из февральских дней 2004 года оказался в весьма забавной богодельне Мисрад клита в Тель-Авиве.

Бакинские друзья-товарищи (а в Израиле нас немало, можете судить об этом по "засилью" бакинцев в СМИ, на радио и ТВ) обрадовались появлению Ильи Сионовича Хачаева на Святой Земле. К сожалению, мы все, и я в частности, мало что смогли сделать для его становления на израильской эстраде. Однако, спасибо землячке Алоне Бренер, радио РЭКА включало трогательные "бардески" Ильи Хачаева в свои ночные программы.

Хотелось бы напомнить всем друзьям и знакомым, что 19 сентября - день скорби и памяти нашего скромного, доброго, весёлого и вместе с тем очень одинокого товарища и земляка, ушедшего от нас год назад. Помните его чудный, грустный и очень лиричный романс…?

Кони-годы, кони-годы,

Что вы сделали со мной?

Завели меня вы в осень

Рысью, рысью удалой...

Лев Кричевский "ПАМЯТИ ДРУГА"

"КАВКАЗСКАЯ ГАЗЕТА" №90 сентябрь 2010 года

Автор: Материал подготовил Гарик Канаев