В Союз горско-еврейских художников входит свыше ста человек. Многие из них проживают вдали от Израиля, но тесно общаются со своими соотечественниками, несмотря на расстояния. С героиней моей статьи Светланой Хаймович, проживающей в Германии, я познакомилась благодаря сети Интернет.

На странице художницы Svet Lana на сайте Одноклассники можно познакомиться с ее работами. Автор не только талантлива, она – человек с нежной, ранимой душой, умеющая запечатлеть красоту мира. Её творчество настолько яркое, переливающееся всеми цветами радуги – она наносит свои рисунки на затейливые фигурки, бутылочки, куклы, и они, точно живые, улыбаются людям.

В один из визитов Светланы в Израиль нам удалось встретиться и побеседовать. Мы знакомы не так много времени, но мне показалось, что я знаю героиню статьи много лет.

— Света, обычно интервью начинается со знакомства, мне известно, что ты родилась в Баку, а корни – «кубинские». Скажи, пожалуйста, что ты чувствуешь, когда слышишь такие слова, как «бакинцы», «Баку», «Еврейская или Красная Слобода»?

— Я родились в Баку в многодетной семье. Наши дедушки и бабушки жили в Красной Слободе, а на старости лет переехали жить в столицу Азербайджана. Мой отец ушел из жизни молодым – в 1966 году, мне тогда было 13 лет. Когда слышу перечисленные вами слова, конечно же, чувствую ностальгию: по детским годам, по бакинским родным местам. По правде сказать, я мало знаю о своей родословной. Мне известно лишь, что с отцовской стороны наш род был известен как потомки Уста Хаима из Кубы (Красная Слобода). Помню, в детстве, когда у матери спрашивали, откуда мы, чьи потомки, она сразу же отвечала: «Мы кубинские». И тут начиналось перечисление всех знакомых и родственников…

Бакинцы всегда вызывали и вызывают у меня чувство гордости, для меня Баку был и остается интернациональным городом. И мы, горские евреи, были частью населения Азербайджана и никогда не чувствовали себя чужими. Хорошо жили или плохо, но это был наш дом. Когда наступили смутные времена, после развала Советского союза, у нас полностью разрушилось восприятие защищенности. Началась Карабахская война, случился страшный день – 20 января 1990 года, когда танковые колонны вошли в Баку. Я рада тому, что в настоящее время Азербайджан независим как государство. И живет моя семья там или нет, но это наша малая Родина, где оставлены могилы наших дорогих предков.

— Все мы родом из детства. Скажи, пожалуйста, увлечение живописью – это у тебя со школьных лет? Как мне известно, у вас творческая семья – многие из твоих братьев с «золотыми руками», есть художники, дизайнеры, краснодеревщик. А творчество у них в основном – как хобби.

— Для меня примером был старший брат Иосиф. Всегда восхищалась его картинами, он до сих пор прекрасно рисует и создает на компьютере эскизы мебели, мезузот и часов. Брат Рафаель – мастер-краснодеревщик, делает прекрасно мебель. Мне очень нравится его последняя работа – подставка для свитка Торы . Она выполнена из дерева с инкрустацией и с ящиком для хранения книг для молитв. Еще один брат Илья рисует картины для медитаций. Брат Руслан и его красавицы-дочери создают прекрасные и необычные работы из папье-маше.

Могу сказать однозначно, что любимыми предметами в школе были рисование и черчение. Учителя и одноклассники всегда восхищались моими работами. А я всегда активно участвовала в создании художественных работ и стендов, а также в оформлении стенгазеты. Думаю, что каждому из нас дается свыше дар к чему-либо, но задача состоит лишь в том, чтобы разглядеть и развить этот потенциал.

— А как у тебя проходил этот процесс развития творческого потенциала?

— Я считаю, что можно раскрыть свой талант к рисованию и живописи, но только вот заняться развитием в себе этого дара иногда не находится возможности. Для меня отчасти переезд в Германию поспособствовал реализации способностей к рисованию на холсте. Когда меня спрашивают о моих работах и о моём творчестве, то отвечаю: «Для меня все, что я рисую, это прикосновение к творчеству, это просто моё хобби».

Мои знакомые уверяют, что ұ меня талант! Возможно, это и правда, потому что, если человек рисовал в детские годы, навыки не уходят никогда. Так получилось и со мной. Я выросла в большой семье, где было 10 детей, и мы все знали, что можем рисовать, но не пользовались этим, возможно, были в детстве другие интересы. Я не училась ни в каком художественном вузе. Окончила техникум лёгкой промышленности по специальности художника - модельера обуви. И вот там я уже стала учиться мастерству рисования.

— Как утверждают еврейские мудрецы, все, что с нами происходит, к лучшему и не случайно…

— Да, есть в этих словах смысл. Закончив обучение с красным дипломом, я поступила на работу в Дом моделей обуви в Баку, где дослужилась до старшего художника - модельера обуви. У меня прекрасно получалось рисовать и моделировать мужскую обувь, ведь это тоже творческая специальность. Но чувствовала, что мне всегда чего-то не хватает, так, со временем, я научилась шить гардины и чехлы для мебели. И уже здесь, в Германии, я вновь взяла в руки карандаши и кисти. Через 32 года после окончания техникума я обрела себя и начала пробовать рисовать. Поначалу была сама крайне удивлена, что у меня что-то получается. А дальше – все лучше и больше, мне хотелось дальше творить. Даже начала в нашем городе при синагоге преподавать уроки художественного мастерства русскоязычным женщинам.

— Если обратить внимания на человека во время занятий творчеством, можно отметить на его лице некоторую одухотворенность, будто над ним что-то светится.

— Не могу сказать за других творческих людей. Но у меня по-другому: я получаю вдохновение от самой природы – от вида той красоты, что окружает меня. Неуютно чувствую себя, когда меня беспокоят и отвлекают, если я что-то рисую, вылепливаю или шью. Люблю путешествовать, смотреть на красивых людей, ходить по музеям, находить новых знакомых, шить, играть в шахматы, то есть жить и радоваться жизни.

Желающим познакомится с моим творчеством посоветую заглянуть на мою страничку на сайте «Одноклассники».

Иногда картины художников, которые я вижу в Интернете, мне хочется перерисовать по-своему. И ради «спортивного интереса» я пробую копировать. Мне интересно, смогу ли я. Это как у Пушкина: «И пальцы просятся к перу, перо к бумаге». А у меня кисть тянется туда, куда моя рука ведет. Получается новая работа, новые краски, новое видение картины. В основном я свои работы дарю. Мне нравится больше дарить друзьям, чем продавать. Однажды моя приятельница показала фотографии внука – от дня рождения до 6 лет. Я оформила ей детский альбом – как книжку, дорисовывала персонажей из мультиков к фотографиям ее внука. Когда ее спросили, сколько же это стоило, она ответила, что все бесплатно. Последнюю работу я подарила женщине из Каритаса. И когда через полтора года я ее встретила, она с гордостью сказала: «А твой Кот стоит у меня дома на полке». Я рада, что этот круглый карнавальный кот поднимает ей настроение.

— Света, а как ты расстаешься со своими работами, когда даришь и продаешь? Ведь считается, что во время творчества художник вкладывает в работу частичку своей души…

— Конечно, жаль, когда от меня уходит часть того, к чему я прикасалась. С другой стороны – я рада, что они обрели новую семью и радуют людей. Фотографирую все свои работы, чтобы потом вспоминать о них.

— А как можно определить твое творчество, в каком стиле ты предпочитаешь рисовать?

— Да это просто хобби, и все! Сейчас мне нравятся работы в технике папье-маше, в том же стиле работает мой брат Руслан. И я с удовольствием полетела бы в Израиль и помогла бы ему с покраской его драконов. Мне нравятся рисунки к мультфильмам моей невестки Шошаны (дочери художницы и поэтессы Фриды Юсуфовой). И я им завидую, потому что не могу так работать с бумагой и так рисовать. Я человек, которому нравятся работы людей, у которых «золотые руки». Знаю я их или нет, но я им завидую по-доброму. И пробую сама делать подобное.

— О чем мечтаешь? Может, о создании что-то шедеврального?

— Мечтаю? Разве о мечте говорят? Мечтать нужно в тишине, о таком много не говорят, иначе не сбудется. Если громко, то это фантазия. А так – обо всем хорошем и добром. Мечтаю, чтобы моя внучка тоже рисовала. Ее первая картина «Папа», написанная в 2 года, уже заслужила похвалу у моих друзей на сайте Facebook.

— Расскажи, пожалуйста, о своей семье.

— Семья – это из какого мы рода. Недавно нашла на сайте «Одноклассники» трех родственников из рода Уста Хаима. Я так обрадовалась, что люди помнят человека из прошлого, который оставил после себя такое известное имя. Благодаря Иосифу Ефимову(был потомком Уста Хаима), который рассказал, что в Красной Слободе до сих пор стоит шестикупольная синагога, не забытая и отреставрированная, где на стене под крышей стоит печать великого мастера. Что жители до сих пор помнят и чтут его имя. А моя семья обычная. Я, мой супруг (он европейский еврей) и два прекрасных сына со своими красивыми женами-израильтянками. И внучка Ли-Ной, на которую у нас большие надежды.

Автор: Хана Рафаэль