70 лет назад, в такие же жаркие дни конца лета, произошло событие, оставшееся незамеченным для мировой общественности и инженерной науки. Однако оно вызвало сильную ажитацию среди тех граждан Страны Советов, кто был связан с секретнейшими разработками и расчётами в области применения баллистических ракет. Укрепление обороны требовало массива сложных вычислений, с которыми не справлялся целый счётный отдел, укомплектованный опытными техниками с приданными им арифмометрами. Арифмометры стрекотали день и ночь напролёт, женские руки уставали крутить ручки этих агрегатов и записывать данные. Все выбивались из сил, а работе конца-края не видно!

И вдруг к последней декаде августа 1951 года новость! Но — тсс! Потому что — как говорил незабвенный Остап Бендер — «строгий секрет, государственная тайна»!

Вы не курите? Жаль… Ведь только в курилке в те времена можно было узнать всё самое интересное. А некурящий в курилке — это подозрительно. Даже там разговаривали шёпотом, с намекающим взглядом, порою — с подмигиванием:

- Заработала!

- Да что вы! Та самая?

- Да, да, та самая!

- У Брука?

- У него!

Исаак Семенович Брук родился 8 ноября 1902 г. в Минске в бедной семье служащего табачной фабрики. В 1920 году он окончил реальное училище, а в 1925-м — электротехнический факультет МВТУ (впоследствии — имени Баумана).

Говорили, что способности и интерес к технике он унаследовал от отца. Учась в минском реальном училище, Исаак особенно увлекался точными науками — математикой, физикой и всем, что связано с техникой. В учебных лабораториях ему иногда отдавали отработанные приборы. На заводе «Энергия», куда стал приходить юный Брук, мастера, видя исключительную любознательность мальчика, объясняли ему устройство машин и станков, отдавали некоторые старые детали. Исаак много читал. Ему нравились книги о приключениях и путешествиях. Фенимор Купер и Джек Лондон были его любимыми писателями.

Но особенно его очаровывали произведения Жюля Верна. Брук увлекался астрономией. Он хорошо рисовал, собирал репродукции картин. Любил слушать сочинения Бетховена, Чайковского, Грига.

Этот разносторонний человек был инженером от Б-га. Его влекло новое, неизведанное, трудные задачи, требующие неожиданных решений.

В начале 30-х в Харькове на одном из заводов под его руководством были разработаны и построены несколько электрических машин новой конструкции, в том числе взрывобезопасные асинхронные двигатели.

Работать в Энергетический институт при Академии наук его пригласил сам Глеб Кржижановский, один из создателей плана ГОЭЛРО. Крупнейший специалист в области электрических машин, академик Клавдий Шенфер, в характеристике на Иосифа Брука написал: «блестящий экспериментатор и талантливый научный работник». В Москве Брук создаёт лабораторию энергосистем. Здесь в 1935 году на свет появляется его первая «вычислительная машина» — электрический стол переменного тока, аналоговое устройство для моделирования и расчета сетей электроснабжения. Стол дожил до наших дней и, как уникальный экспонат, хранится в Московском политехническом музее. Успешно защитив докторскую диссертацию в 1936 году, Исаак занялся огромным механическим интегратором дифференциальных уравнений до 6-го порядка. Это чудище едва умещалось на 60 квадратных метрах. Чтобы ввести задание на расчеты, требовалась совместная работа нескольких человек в течении трёх дней, а то и недели! Подобные монстры разрабатывались только в Англии и США, но эпоха механических вычислений закончилась. Впрочем, работа Брука была признана удачной, и его избрали в Академию наук.

В грозные годы Великой Отечественной Исаак Семёнович успешно трудился над системами управления зенитным огнем, а ещё изобрел синхронизатор авиационной пушки, позволяющий стрелять через вращающийся пропеллер самолета. В 1947 г. его избрали действительным членом Академии артиллерийских наук.

В первые послевоенные годы под его руководством велись исследования по статической устойчивости энергосистем. Разрабатывалась аппаратура регулирования частоты и активной мощности для крупнейших электростанций страны.

Одновременно академик Брук занимался тем, что один из сотрудников его лаборатории впоследствии окрестил «увлечением»: разработкой электронно-вычислительной машины.

«Работа над ЭВМ M-1 в лаборатории велась "полулегально", сегодня сказали бы, что это было хобби руководителя, и только».

Лаборатория Брука была совершенно особым учреждением: не вполне секретная, не очень любимая партийными бюрократами за строптивость и прямоту Исаака Семёновича. Но результаты, которые выдавал маленький дружный коллектив, были таковы, что «Бруковскую вольницу» приходилось терпеть.

К тому же академик Брук упорно подбирал себе кадры исключительно по таланту и навыкам, не обращая внимания ни на какие звонки и особые рекомендации. Так он не раздумывая взял в штат неприкаянного и отовсюду гонимого изобретателя Башира Рамеева, сына репрессированного горного инженера и внука богатого золотопромышленника.

Кстати, у современных феминисток личность Исаака Брука вызвала бы нервные судороги, поскольку женщин в лабораторию он не принимал принципиально. Может, не хотел, чтобы личные взаимоотношения вносили диссонанс в гармонию творчества, а может быть, полагал, что дамы и точные науки не созданы друг для друга. Тем не менее одна девушка стала его сотрудницей, и академик Брук ни разу об этом не пожалел. Тамара Александриди с детства увлекалась радиотехникой. Во время войны она обеспечивала связь в окружённом фашистами Севастополе, на вспаханном снарядами Мамаевом кургане, а в 1945 приняла в Берлине последнюю радиотелеграмму, в которой сообщалось о безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии. Учёного же «подвела» её фамилия!

В августе 1948 года лаборатория Брука представила первый в СССР проект «Автоматическая цифровая электронная машина» с описанием её принципиальной схемы и арифметических операций в двоичной системе, а 4-го декабря было получено авторское свидетельство за номером 10475. Теперь 4-е декабря отмечается как День российской информатики.

Однако до работающего экземпляра было ещё далеко. Предстояла сборка всех блоков и сложный монтаж их в единое целое.

Первое творение команды Брука получилось по-настоящему малой ЭВМ: она занимала

площадь всего лишь в 4 квадратных метра против 167 у знаменитого впоследствии американского ЭНИАКА. В качестве элементной базы машины, помимо 730 ламп, использовались трофейные немецкие полупроводниковые элементы. Скорость машины, скромно называвшейся М-1, составляла всего лишь 15-20 операций в секунду. ЭНИАК был способен на 357 операций умножения, но как же он при этом грелся и сколько сжирал электричества! К тому же М-1 обладал «медленной» памятью на магнитном барабане в 256 двадцатипятиразрядных слов, тогда как «американец», при всех возможностях штатовской электроники, обзавёлся хранилищем с 20-ю десятиразрядными словами. Кроме того, была использована двухадресная система команд и добавлена «быстрая» память на лучевых трубках списанных осциллографов.

В августе 1951 года первая малая советская машина научилась уверенно производить все основные арифметические действия над массивами чисел, а в полную силу детище Исаака Брука заработало в конце 1951 года. М-1 доверяли свои задачи курчатовский Институт атомной энергии и КБ Королева.

Потом пришёл черёд более мощных М-2 и М-3. Последнюю стали выпускать в родном Бруку Минске серийно.

В 1958 году под руководством Исаака Семёновича была подготовлена проблемная записка «Разработка теории, принципов построения и применения специализированных вычислительных и управляющих машин». Этот документ послужил толчком к организации в стране ряда научно-исследовательских и конструкторских бюро по управляющим машинам и системам.

Практически все молодые сотрудники Брука, участвовавшие в работах над малыми машинами, Рамеев, Карцев, Александриди, Матюхин, продолжая его традиции, создали свои коллективы и научные школы, сыгравшие значительную роль в становлении и развитии отечественной вычислительной техники.

Они всегда тепло вспоминали своего мэтра и говорили, что, несмотря на звания, награды, статус в научном мире и возраст, Исаак Брук сберёг в себе того любознательного и бесстрашного мальчишку, что возился со старыми приборами, стараясь найти ответы на разные «как?», «почему?» и «а что, если бы?»…

Выход на пенсию в 1964 году был, по сути, фикцией: академик Брук продолжал трудиться в качестве бессменного консультанта.

Его научная вахта закончилась лишь с окончанием земного пути 6 октября 1974 года.

Наследие Исаака Брука, оставленное согражданам и потомкам, составляют более 100 научных работ и 50 изобретений, 16 из которых он совершил в последние годы жизни.

Ещё нам остаются его простые слова:

Надо постараться понять, как устроено то, с чем вы имеете дело, как это можно было бы сделать лучше, и не мириться с замеченными недостатками.