Глава семьи рассказывает ей о том, что творится в гетто, и о той участи, которая ждала его семью, если бы они не сбежали, и просит ее скрыть их в убежище уже в сарае. Юля просит дать время подумать, и после соглашается, несмотря на то, что ее старший сын Юзек работает полицаем. Отец просит отыскать жену и детей. В городе в это время проводится акция по задержке скрывающихся евреев, но, несмотря на это, Юля находит остальных членов семьи и приводит их в убежище. Помимо членов семьи, мать приводит с собой ее родную сестру с сыном, теперь их семеро. Все семеро прячутся в сарае. Для того чтобы сохранить жизнь Вайсам и себе, Юля просит вести себя тихо, не шуметь, так как евреев продолжают искать. Дважды полицаи наведываются в дом Юли, но никого не находят. Она скрывает от своего сына полицая то, что прячет у себя бывших соседей. Каждый вечер после работы Юля заносит в убежище ведро с водой и хлеб, который она приносит из магазина, в котором работает. Мама делит хлеб на семерых, ведро с отходами Юля выносит в конце каждого дня. Вспоминая это, Аарон Вайс говорит, что даже трудно себе представить то, в каких тяжелых и антисанитарных условиях они находились в этом убежище. Семь человек прятались в маленьком пространстве между двумя стенами старого сарая.

Проходят месяцы, а Вайсы все еще в убежище. Были дни, когда Юля не приходила с едой и ведром, это означало, что ее сын в доме - приехал погостить к матери. В то время Юлин сын служил полицаем не в Бориславе, а в другом небольшом городе. Из дома доносились запахи вкусных блюд, которые она готовила сыну. Эти запахи готовы были свести с ума любого из них.

Юля часто рассказывает семье о последних новостях с фронта, и однажды с горечью сообщает о большом, по ее словам, несчастье: о поражении немцев под Сталинградом. Удивительный парадокс - украинка Юля, чей сын служит полицаем у немцев, скрывает у себя дома еврейскую семью, и сопереживает немецкой армии. Новость о поражении немцев под Сталинградом дала новую надежду Вайсам, теперь появилась надежда на то, что и Борислав когда-нибудь будет освобожден.

В апреле 1943 года Юля сообщает Вайсам, что больше не может их прятать, так как немцы ведут поиски беглых евреев, а соседи распространяют слухи, что среди расстрелянных и депортированных евреев не видели семьи Вайсов. Толпа высказывает предположение, что они скрываются в Бориславе, и их надо немедленно найти. Нужно было немедленно что-либо решать. Вайсы вспомнили, что недалеко от их дома находится небольшой детский сад, который под надзором одной пожилой украинки. Так вот, они попросили Юлю поговорить с этой украинкой и помочь перебраться в подвал этого детского сада.

Но возникла одна проблема: чтобы пробраться на участок с детским садом, надо было пересечь участок другой соседки Вайсов - вдовы польки. Полька не догадывалась, что Юля скрывает у себя целую еврейскую семью, и Вайсы не знали, как она может на это отреагировать. Юля решает переговорить с ней, и направляется к польке, чтобы объяснить ей ситуацию, попросить о помощи, и, что удивительно, она сразу же согласилась в обмен на уже ее просьбу. Оказалось, что и соседка полька прячет в своем доме еврея, соответственно, она попросила Юлю спрятать его с Вайсами.

Под покровом ночи все прятавшиеся у Юли и еврей, скрывающийся у польки, перебираются в подвал детского сада. Условия в подвале еще хуже, чем в убежище в сарае. Вдобавок ко всем жутким условиям, днем нужно было соблюдать полную тишину, так как над ними детский сад, в котором постоянно находятся дети.

Быт в подвале был организован также жутко: все прятались по углам подвала, разговаривать между собой возможно было только тогда, когда наверху начинали шуметь дети. В остальное время приходилось оставаться наедине со своими мыслями и страхами, которыми не хотелось делиться ни с кем. Лишь раз в десять дней в подвал приходил сын вдовы польки и приносил буханки хлеба, которые на тот момент казались самым вкусным, что есть. Воды не хватало, и достать было невозможно. Но однажды было решено в одном из углов подвала прорыть яму, в надежде наткнуться на источник воды, так как был страх нарваться на нефть (Борислав в прошлом очень славился своей нефтью на каждом метре). В данном случае повезло - дорыли до воды. Так и жили… на хлебе, да воде.

Новости слушали через маленькие окошки подвала, когда соседи разговаривали между собой. Иногда их спасители - полька и украинка - специально говорили о новостях у окошек этого подвала. Таким образом, подслушав одну из таких бесед, Вайсы узнали, что наступательная операция советских войск по освобождению Киева от фашистских захватчиков развернулась осенью 1943 года, и что Киев освобожден.

Вскоре фронт приблизился к Бориславу, начались бомбардировки и перестрелки на улицах города, но Вайсы только радовались этому. В августе до них дошла информация, что немцы покидают город, сжигают за собой мост. Вскоре опять раздались выстрелы и грохоты, но уже появилась речь русских солдат. Вайсы не решались сразу выходить, так как боялись, что ситуация опять может измениться, и немцы вернутся в город.

Но 7 августа 1943 года терпение Вайсов подошло к концу, у них уже не было сил скрываться, они приняли решение выйти на улицу. Люди, увидевшие их, были в шоке от их вида и были удивлены, что они остались в живых. Вайсы обнимались со своими спасителями, они были счастливы вновь стоять во весь рост, ощущать на себе лучи солнца, дышать свежим, а не вакуумным подвальным воздухом. Вайсы были счастливы вновь почувствовать себя людьми. Все, что им хотелось - это привести себя в порядок, поесть и отдохнуть.

Аарон Вайс до сих пор не может забыть вкус первого супа, которым их накормила украинка Юля. Вкус первого настоящего обеда, за столь длительное время. Ночью того же дня, когда все более или менее пришли в себя, и попытались расслабиться, Юля сообщила другую новость. Теперь она обращалась к Вайсам с просьбой о помощи. Она рассказала, что Юзек - ее сын, который служил у немцев полицаем, прячется в доме, и попросила не выдавать его. Мать Аарона Вайса сразу сказала, что готова помочь ей, она понимает ее как мать. В течение целого месяца молодой Аарон Вайс носил Юзеку еду, а после того как Юзеку подготовили фальшивые документы, бывший полицай пересек границу с Польшей и скрылся.

Советская армия ненадолго задержалась в Бориславе, они продолжили свое победное наступление, и Аарон Вайс хорошо запомнил случай с советским офицером, произошедший с ним в те дни. Офицеры евреи, воевавшие в советской армии, знали о том, как с евреями поступают немцы, и с более сильным рвением воевали с ними, освобождая советские территории, среди гражданского населения они всегда искали выживших евреев и пытались хоть как-то им помочь.

Покидая Борислав, один из советских офицеров, увидев маленького и сильно исхудавшего Аарона, подошел к нему, тепло обнял его, прошептал ему непонятное тогда Аарону слово - амху, накормил его кашей с полевой кухни и продолжил свой путь. Позже Аарон узнал, что амха значит твой народ, этот офицер признал в нем, в еврейском ребенке, частичку самого себя.

В августе 1944 года из 20 000 евреев, населявших эти места, из местных евреев в живых остались лишь 78 человек. В 1945 -1946 годах большинство евреев Борислава, переживших Холокост, навсегда покинули этот город. В их числе была семья Вайсов, решившая покинуть родные места. Они переехали в Польшу, затем по дороге в Палестину оказались на Кипре из-за британцев, а оттуда в 1948 году иммигрировали в Эрец Исраэль.

Семья Вайсов проживает в Израиле с самого момента его основания. Аарон Вайс впоследствии стал профессором истории и значимым общественным деятелем, а его брат, Шилох Вайс, стал известным на весь Израиль политическим деятелем, и в своё время занимал пост спикера Кнессета. Даже сейчас в столь преклонном возрасте Аарон Вайс, переживший столь многое в своей жизни, путешествует по разным странам и делится своими воспоминаниями и знаниями с молодым поколением. Он с оптимизмом смотрит на будущее нашего народа и государства Израиль.

После войны всех спасителей Вайсов признали праведниками народов мира, в их честь были посажены деревья на алее праведников в Иерусалиме.

Аарон Вайс возил свою семью в Борислав, показал им все злополучные места, где он и его семья прятались и боролись за свою жизнь, показал здание детского сада и подвал, в котором ютились восемь человек. Увидев все это, его внучка задала ему вопрос:

- Дедушка, как Вы могли здесь жить?

- Мы так хотели жить! - ответил ей он.

Автор: Материал подготовил Артур Нисимов