Израиль избран председателем Международного альянса памяти жертв Холокоста (IHRA) на 2025 год
В четверг, 23 июня, Израиль избрали председателем Международного альянса памяти жертв Холокоста (IHRA) на 2025 год, на который приходится 80-я годовщина освобождения концлагеря Освенцим и окончания Второй мировой войны.
В сообщении пресс-службы МИДа Израиля также указано, что в 2025 году будет отмечаться 25-летие создания IHRA.
Решение об избрании Израиля на пост председателя IHRA, куда входят представители 35 стран, было принято единогласно на ежегодном пленарном заседании организации, в настоящее время проходящем в Стокгольме, Швеция. Совместное руководство израильской делегацией в IHRA осуществляют МИД и иерусалимский мемориальный комплекс истории Холокоста «Яд ва-Шем».
«Государство Израиль, Министерство иностранных дел и “Яд-ва-Шем” привержены задаче хранения памяти о Холокосте и борьбе с антисемитизмом. Мы благодарим IHRA за работу по борьбе с антисемитизмом, которую альянс проделал с момента своего основания, и также выражаем признательность за избрание нашей страны на пост председателя IHRA», – заявил глава МИДа Израиля Яир Лапид, отметив, что он, как сын пережившего Холокост, считает «своей личной привилегией и долгом продолжать хранить память о Холокосте и вести непрекращающуюся борьбу с антисемитизмом, где бы он ни поднимал голову».
Источник: jewish.ru
Алексей Шейнин: «Никаких подтяжек!»
Знаменитый лицедей вернулся с берегов Босфора, где представил фильм «Вкус граната»
Каждый новый фильм с участием Алексея Шейнина и всякая новая его роль «на театре» — всегда событие. И не только для российской публики. Картина «Вкус граната» с участием мэтра снималась в Турции, на самой границе с Сирией и с успехом (пришли и турки, и русские, и украинцы, что в больших количествах ныне обживают древние пределы) была представлена как в курортной Аланье, так и в столичном Стамбуле, где…
Вести из Туретчины
... — на улицах отчаянно шумно и многолюдно. Первую русскую эмиграцию уже не встретишь, что понятно, но буквально к столетию Великого Исхода начался, как известно, новый — и на улицах древнего мегаполиса опять повсюду слышна русская речь.
— А о чем фильм?
— Так, собственно, обо всем. В нем буквально все есть. «И страхи, и любовь, и черти, и цветы» — помните у Грибоедова?..
— А при чем тут Грибоедов?
— А потому что мой папа в художественной самодеятельности играл Репетилова, без малого сто лет тому назад. И меня учил — играть бравурно. Правда, он «р» не выговаривал.
— Так у вас и гены, ваш папа был артистом!
— Нет, он был военным. А я стал артистом и сыграл в «Цвете граната», в котором взаправду и любовь есть, и приключения, и даже самый настоящий Ивар Калныньш...
— Тот самый?
— А какой же еще? И даже подтяжку сделал.
— Нынче не он один…
— Да, и Голобородько штук пять сделал, и Меньшиков — а я нет. И не буду. Вот покраситься пришлось в черный цвет, но это — предел.
Алексей Шейнин говорит по-французски
— Да, а еще ведь с нами Регимантас Адомайтис снимался. Мы даже с ним в одном отеле жили... с клопами, правда, но зато общались по-французски, а, как ты знаешь, нет ничего важнее, чем радость человеческого общения. Тоже один известный француз сказал, между прочим… (Антуан де Сент-Экзюпери. — А. Ш.)
С французским актером Жаном Маре. Париж Монмартр (Фото: из архива Алексея Шейнина)
— Хорошо сказано — хотя и давно, но хорошо. А вы больше не играете в Париже?
— Нет, Робер Оссейн умер, а я у него играл в театре «Мариньи» в «Преступлении и наказании» играл роль Порфирия Петровича. А с Жаном Марэ общался у него дома на Монмартре. С Луи де Фюнесом не успел. Но у нас же был свой де Фюнес.
Евреи с брегов Невы, где, может быть…
— Кто же?
— Лев Лемке — гений эксцентрики. Мы служили с ним в Театре комедии. Как и со Львом Милиндером — мужем Нины Ургант, который совершенно блистательно играл Тень у Шварца, а какие капустники делал!.. Вообще, ты знаешь, в ленинградском театральном мире было очень много талантливейших евреев, например Аркадий Райкин, который, между прочим, звал меня к себе, но в его Театре миниатюр надо было Аркадию Исааковичу подыгрывать, там все так делали, а это было не мое.
— Почему Райкину все дозволялось?
— Не все, но многое — его Брежнев любил и даже ему домой звонил, причем в семь утра. Костя — сын Аркадия Исааковича — этот голос хотел даже послать однажды на три буквы, подумав: «Вдруг кто-то пародирует генсека», — однако, не стал просто потому, что в такую рань хулиганы-пародисты еще спят. Кстати, мой учитель — Зиновий Корогодский — тоже был еврей, однажды пострадавший за критику Товстоногова, который был на брегах Невы царь и бог. А вообще, евреев в Ленинграде не любили — ни Романов, ни его предшественник Толстиков, который прилетел в Китай и, выходя из самолета, произнес: «Ну что, жиды, прищурились?»
Не сотвори себе...
— А кумиры у вас были?
— Конечно. У актера должны быть кумиры. У меня был, например, Гафт. А также Гриценко, Владимир Андреев, который звонил мне и читал стихи. Прекрасно читал.
— А кто ваш любимый поэт?
— Очень люблю Коржавина, Пастернака, и еще Пушкина, хотя он и провоцировал смерть своими бесконечными любовными похождениями, а этого делать нельзя. Потому что смерть всегда победит. Высоцкий, кстати, тоже провоцировал, алкоголизмом, например, — и умер молодым.
Гений места
— А город какой любите больше — Москву или Санкт-Петербург?
— Петербург — прекраснейший город на земле. Там каждый дом — дворец. И все архитекторы там потрудились. А в Москве зачем-то двигали дома, строили «вставную челюсть» — Новый Арбат, словом, мало что от старой Москвы осталось. Хотя евреев в столице по-прежнему много... Каждый день кого-нибудь да встретишь — скучно не будет.
СПРАВКА
Алексей Шейнин родился в 1947 году в Ленинграде в еврейской семье.
Советский и российский актер театра и кино, театральный педагог.
Окончил Ленинградский государственный институт театра, музыки и кинематографии. Служит в Театре им. Ермоловой. Народный артист РФ.