Как еврей был шпионом Гитлера
Герой Первой мировой войны, кавалер Железного креста первой степени, Пауль Эрнст Факенхайм сказал, что готов послужить своей родине
Пауль Эрнст Факенхайм считал себя немцем, потому что родился в Германии. В Первую мировую войну он сражался в немецкой армии и был награжден Железным крестом первой степени. В те годы среди его приятелей был и Герман Геринг.
По окончании войны Факенхайм работал поваром в гостинице. А после прихода к власти нацистов его арестовало гестапо, и он попал в концлагерь Дахау.
Как-то утром заключенного Факенхайма вызвали к коменданту лагеря, где его ждали двое штатских. Они спросили, готов ли он послужить родине. Не получив ответа, один спросил: «Разве вы не немец?» Факенхайм ответил:
— Немец.
— Значит, ваш долг — помочь Германии. Нашей разведке нужен человек в Палестине.
— Как же я буду шпионить против евреев, если я по происхождению еврей? — спросил Факенхайм.
Тогда второй в штатском уточнил:
— Не против евреев, а против англичан, которые, кстати, обращаются с евреями хуже, чем немцы. Нам нужен свой человек в Палестине, который будет сообщать обо всех перемещениях английской армии.
Герой Первой мировой войны, кавалер Железного креста первой степени, Пауль Эрнст Факенхайм сказал, что готов послужить своей родине, его беспокоит только, что будет с мамой.
— А где живет ваша мать? — спросили его. — Во Франкфурте, — ответил Факенхайм.
— Она знает, где вы?
– Нет.
— О ней не беспокойтесь», – наперебой заверили оба штатских и пообещали, что мать будет получать пенсию, медицинское обслуживание и никто ее пальцем не тронет.
Тем же вечером Факенхайма переодели в цивильное, накормили сытным ужином и отправили в Брюссель. Там ему дали денег, поместили в небольшой пансион и сказали:
— Отдыхайте, приходите в себя, ни в чем себе не отказывайте.
.Он так и сделал.
Его обучали азбуке Морзе, фотографированию, шифровальному делу, тайнописи, уходу от слежки и другим премудростям новой работы. Из Брюсселя он переехал в Париж, оттуда — в Афины. Там его ввели в курс предстоящей операции, выдали поддельные документы на имя Пауля Коха и в ночь с 9-го на 10 октября 1941 года сбросили на парашюте над Палестиной, на самом побережье Средиземного моря.
Шпионская карьера Факенхайма продлилась ровно столько, сколько ушло на приземление: внизу его уже ждала чуть ли не половина английской армии.
По одной версии, операция провалилась из-за давней вражды между абвером и гестапо, которое не могло смириться с тем, что еврей вышел живым из Дахау. По другой версии, глава нацистской разведслужбы в Афинах, разъяренный тем, что еврей принимает участие в победоносной войне Третьего рейха, позаботился об утечке информации — и англичане узнали, что парашютист, генерал СС Пауль Кох, направлен в Палестину для организации антибританского мятежа.
На допросе Факенхайм вначале сказал, что он Пауль Кох, а потом признался, что он еврей Факенхайм. Англичане не поверили и устроили ему имитацию расстрела. Напрасно. Тогда его отдали под суд. Ему дали адвоката, и тот сказал:
— Если вы действительно еврей, в Палестине у вас должны быть родственники. Евреев, у которых нет родственников где бы то ни было, а тем более в Палестине, не бывает. Так что кто-нибудь из них вас обязательно опознает.
— У меня здесь действительно есть родственники, — обрадовался Факенхайм и составил список из семи человек, где первым значился его родной дядя.
На очной ставке родной дядя сказал, что знать его не знает и видеть не видел — друзья посоветовали дяде не впутываться в это грязное дело. Да и сам он решил, что, если его племянник такой мерзавец, что пошел служить Гитлеру, пусть и расплачивается за свою подлость.
Список родственников подходил к концу, уже была назначена дата суда, который не сулил Факенхайму ничего, кроме виселицы, когда адвокат разыскал в Петах-Тикве женщину, которая была прислугой у его матери.
— Боже мой, Пауль, что вы тут делаете? — воскликнула она, увидев сына своей бывшей хозяйки в наручниках и в тюремной робе.
Эта фраза спасла Факенхайма от виселицы, но не от тюрьмы. Он просидел в ней до самого конца войны.
Освободившись, Факенхайм первым делом помчался во Франкфурт к матери. Дверь открыла соседка, долго с удивлением смотрела на него и наконец спросила:
— Разве вы не знаете, что вашу мать арестовали, когда началась война, и отправили в Терезиенштадт?
Эту поразительную историю раскопал израильский автор шпионских книг («Энигма», «Шпионы в Земле обетованной» и др,) и биограф Бен-Гуриона, бывший депутат кнессета от партии «Авода» Михаэль Бар-Зохар. Случайно услышав о еврейском шпионе Гитлера, он задался целью разыскать его и нанял для этого студента-немца. Тот перелопатил все телефонные книги Германии и, наконец, нашел в городке под Гамбургом Пауля Эрнста Факенхайма.
Бар-Зохар написал ему письмо с предложением уплатить половину выручки за книгу, если Факенхайм согласится с ним встретиться и все рассказать.
Пауль Эрнст Факенхайм согласился.
В 1985 году книга «Еврейский шпион Гитлера» вышла на английском языке, а потом на немецком и других языках. Шпион-неудачник оказался и бизнесменом-неудачником: в его договоре с Бар-Зохаром ни слова не было сказано о выручке от переводов.
Источник: Детали
Читайте также
Все материалы рубрики
Впервые Праведником народов мира признан араб
Прятавшаяся у него еврейка живет под мусульманским именем Надья и носит хиджаб
Уроженец Египта д-р Мохаммад Хельми признан мемориалом “Яд Вашем” первым в истории арабом — Праведником народов мира. Этот сын египетского майора уехал в веймаровскую Германию в 1922-м, изучал медицину в университете Фридриха-Вильгельма (ныне университет Гумбольдта в Берлине), работал в больнице Моабит, где две трети врачей были евреями, а потом в Институте Роберта Коха.
После прихода к власти нацистов Хельми получил статус “хамита” (то есть потомка Хама — сына Ноя), что не позволяло работать в системе общественного здравоохранения, но не лишало частной практики. Как неарийцу ему был также запрещен брак с немкой, поэтому на своей невесте д-р смог жениться лишь после войны.
С началом Второй мировой осенью 1939-го Хельми вместе с другими египетскими соотечественниками был интернирован — немцы хотели использовать египтян (чья страна находилась тогда под британским протекторатом) для обмена военнопленными с Великобританией. Правда, поскольку нацистский режим был заинтересован в хороших отношениях с арабским миром, доктора освободили в мае 1940 года, обязав регулярно отмечаться в гестапо.
В 1941-м он, заменяя немецкого врача, получил собственную практику. Вскоре к нему обращается молодая пациентка — румынская еврейка Анна Борос, которой грозит депортация. Доктор прячет ее в своей квартирке в берлинском районе Бух, выдавая за кузину из Дрездена. Она живет под мусульманским именем Надья, носит хиджаб и даже состоит в фиктивном браке с другим мусульманином.
Мохаммад Хельми помог также матери и отчиму Анны Борос — Юлии и Георгу (они были защищены от депортации арийским происхождением Георга), а также ее бабушке Сесилии Рудник. На протяжении всей войны Хельми лечил их и снабжал лекарствами. Более того, врач нашел для Сесилии убежище в доме немки Фриды Штурман, где пожилая женщина скрывалась более года. Штурман делилась с ней своим продовольственным пайком и, как и д-р Хельми, была признана впоследствии Праведницей народов мира.
Все это было крайне опасно — разыскивая Анну, гестапо арестовало ее мать и обыскало квартиру Хельми. “Хороший друг нашей семьи, доктор Хельми... прятал меня в своей квартире до конца войны, — вспоминала Анна. — С 1942 года у меня не было контактов с внешним миром. Гестапо знало, что доктор был нашим семейным врачом и что он владел квартирой в районе Бух”.
В 1944-м после жестокого допроса Юлия и Георг признались, что египетский врач приютил Анну. Мохаммад ловко лавировал на допросах, переведя ненадолго Анну к Фриде Штурман и демонстрируя гестапо письмо от девушки, из которого следовало, что та осталась с тетей в Дессау. После того как опасность миновала, Анна вернулась в свое убежище.
Вся семья пережила Холокост и после войны эмигрировала в Соединенные Штаты, не забыв о своих спасителях. В 1950-е годы они писали обращения в Сенат Западного Берлина, после чего муниципальные власти признали Мохаммада Хельми героем своего города.
После войны доктор женился на своей невесте-немке Эмми Эрнст и работал врачом. Он поддерживал связь с Анной Борос (в замужестве — Гутман), с которой несколько раз встречался в Западном Берлине.
Д-р Мохаммад Хельми скончался в 1982 году, не оставив потомства — родственники говорят, что пара не хотела иметь детей, дабы те не видели ужасов войны.
Праведником народов мира египетский врач был признан еще в 2013 году, но все эти годы его родственники отказывались от получения награды под предлогом того, что Израиль, созданный в 1948 году, не имеет права представлять всех евреев-жертв Холокоста, и настаивая, что доктор спас Анну не как еврейку, а как человека, которому грозила опасность. Эта позиция усугублялась тем, что один из членов семьи погиб в войне между Израилем и Египтом.
Тем не менее осенью этого года представители “Яд Вашем” нашли человека, согласившегося принять награду. Им стал 81-летний профессор, д-р медицины Нассер Кутби из Каира — сын племянника д-ра Хельми, лично знавший праведника. Кутби активно противостоит антисемитизму в Египте и помнит хорошие отношения между евреями, мусульманами и христианами в середине прошлого века, отмечая огромный вклад евреев в египетскую политику и культуру. Он также признался, что один из его двоюродных братьев был женат на еврейке, владевшей модным магазином одежды в Каире.
На решение родственников Хельми принять израильскую награду, пусть и в Берлине, повлияла также режиссер Талия Финкель, снявшая о праведнике фильм “Анна и египетский врач”.
Однако церемония награждения прошла в германском МИДе, а не в посольстве Израиля в Берлине, поскольку египтянин не хотел получать почетный диплом непосредственно от израильского учреждения.
“Хельми не только доказал, что мусульмане и евреи могут быть в ответе друг за друга, но и рисковал своей жизнью, спасая знакомых евреев, — сказал посол Израиля в Германии Джереми Иссахаров. — Тем самым он указал нам другой путь, в отличие от тех, кто пытается посеять вражду между евреями и мусульманами, — путь сострадания”.
Напомним, что из почти 26 000 Праведников народов мира — около 90 мусульман (в основном, албанцев), но Мохаммад Хельми — первый араб, отмеченный этим званием.
Источник: 9tv.co.il