Как известно из Гегеля, история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй – в виде фарса. Но иногда случается наоборот. Именно такая последовательность событий была зафиксирована в т.н. «деле врачей».

Жарким днем 27 июня 1906 г. на преимущественно еврейском Нижнем Ист-Сайде в Нью-Йорке творилось что-то невообразимое. 50 тысяч разъяренных еврейских мамаш рванули в местные школы и потребовали предъявить им своих детей, как обычно утром отправившихся на учебу. Причиной паники стали мгновенно распространившиеся слухи, что врачи из Нью-Йоркского совета по здравоохранению собираются перерезать горло всем еврейским детям.

Школьный персонал успел запереть двери школ. Мамаши приготовились выбивать окна и выламывать двери. Некоторые полезли по захваченным с собой лестницам на верхние этажи. Запертые внутри дети пребывали в ужасе.

На улицах кругом раздавались крики, проклятия. Всякий, кто внешне походил на врача, немедленно подвергался яростным нападениям – в частности, граждане с очками на носу. Мамаши размахивали кто чем – палками, ручными тележками. По крайней мере, на одного молодого человека, действительно служившего в департаменте здравоохранения, был наставлен револьвер. Возбужденная толпа поймала телефонного мастера на углу 8-й улицы и Си-авеню: у него с ремня свисали клещи. Кто-то в толпе закричал, что это врач, а клещи служат ему, чтобы вырывать языки у маленьких мальчиков и девочек. Мастера довольно сильно побили, и полицейским нарядам сразу двух участков пришлось немало потрудиться, чтобы вырвать его из рук родителей.

После двухчасовой осады школ была одержана победа: живые и невредимые, но насмерть перепуганные еврейские дети покинули здание школ. Некоторым из них показалось, что в школе был взрыв; двенадцать школ Нижнего Ист-Сайда остались закрытыми до конца дня.

Когда волнения утихли, постепенно вскрылись причины паники. Неделей раньше один из директоров, обеспокоенный отсутствием нескольких учащихся на уроках, выдвинул отличную идею: поскольку местные дети иммигрантов не получают адекватную медицинскую помощь, их надо обследовать на предмет удаления миндалин. Идея была доведена до родителей школьников, но те сообщили, что работают по 12 часов шесть дней в неделю и им некогда тащиться в больницу на обследование детей. Да и 50 центов, которые надо было заплатить за процедуру – это слишком много. И тогда директор школы проявил инициативу: по его просьбе врачи из больницы Маунт-Синай сами пришли в школу, чтобы провести операции на месте.

Всего в школе было сделано 83 операции. По сообщениям общегородской газеты «Нью-Йорк трибьюн», все они были выполнены без согласия родителей, но жалоб никаких не было, и большинство детей на следующий день уже явились на уроки. Однако идишская газета «Ди Вархайт» утверждала иное: родителям послали бумаги с просьбой подписать разрешение на операции. Однако недавно оказавшиеся в Америке «бедные и несчастные иммигрантские матери, страдавшие от невыносимой жары, не умели читать по-английски, и даже прочитанное им вслух не могли понять из-за специальной медицинской лексики», и что бумаг они не подписывали: оказалось, что некоторые дети сами подписали бумаги. Зато на следующий день, когда дети явились домой после операций, мамаши увидели у них во рту сгустки крови, а их чада с трудом могли говорить. Пришедшие в ужас родители спросили, что случилось. Дети ответили, что «врачи перерезали им горло».

Как обычно, через короткое время выяснилось, что «двое детей уже умерло», а потом, что «умерли 83 ребенка». На углах улиц местные ораторы начали убеждать толпу, что в школах начались погромы, аналогичные погромам в северо-восточной Польше, сообщениями о которых были переполнены местные идишские газеты, что грядет великий Американский погром, аналогичный белостокскому. 16-летняя Эстер Блауштейн была арестована за подстрекательство толпы; в своей страстной речи она клялась, что собственными глазами видела, как учителя убивали детей в школе. Другой уличный оратор утверждал, что видел, как учителя отрубали детям голову.

Но в основном, к счастью, дело ограничилось бурными устными протестами, если не считать истории с телефонным мастером, нескольких перевернутых овощных ларьков и разбитых стекол. Но в газетах еще долго разбиралось это дело. Городская «Трибьюн» сетовала на предрассудки невежественных обитателей Нижнего Ист-сайда. В газете, как и в «Нью-Йорк Таймс», была оглашена версия, что слухи специально распускали еврейские доктора с Нижнего Ист-Сайда, поскольку, в результате инициативы директора, они лишились дохода в 50 центов с пациента. Кроме того, городские газеты вспоминали, что четырьмя годами ранее еврейские женщины устроили стычку с местными мясниками, а также сопротивлялись врачам, лечившим их детям трахому. Стычки же с владельцами недвижимости, повышавшими каждый раз цены на жилье, были постоянными.

«Ди Вархайт» отметила, что бумаги о грядущих операциях надо было перевести на идиш, и что директора школ, преимущественно ирландцы, не уважают еврейских родителей своих учеников. Вместе с тем, почти все идишские газеты осудили чрезмерную реакцию родителей, хотя и объяснили ее причину. Лишь в консервативном «Моргн журнал» статья о волнениях была озаглавлена: «Глупые женщины».

Впрочем, за судьбы детей беспокоились не только еврейские, но итальянские мамаши, которые пару дней спустя осадили школы в Маленькой Италии. Утром 26 июня 1906 г. юная ученица Мария Болдини, придя в школу, предупредила учителя, что до ее отца дошли слухи: детям собираются перерезать горло. И добавила, что ее папа сумасшедший, что он напивается у Тони Бацигаллупи и ходит с ножом.

Но уже умудренные опытом с еврейскими мамашами, учителя поднесли детей к окнам и убедили итальянок, что их чада не пострадали. Итальянские мамаши, покричав, разошлись.

Волнения утихли довольно быстро, но полиция долго была настороже. В последний день занятий в школах на Эссекс- и Гранд-стрит выпускники поставили сцены из «Венецианского купца» для своих говорящих на идиш родителей. В школах были выставлены, на всякий случай, усиленные полицейские наряды, но все обошлось – разве что небольшое волнение было замечено, когда речь шла о знаменитом «куске плоти» Шейлока.

Завершающий штрих драматических событий запечатлела «Ивнинг Пост», где еврейская мама сформулировала простое объяснение происходящему: «Мы, евреи, очень возбудимый народ».

Эта история красочно описана Эдди Портным в его книжке о жизни еврейского населении Америки начала 20 в. Прошло немногим менее полувека, и дело об «убийцах в белых халатах» в СССР уже совсем не походило на фарс.