Как неонацист из «Американской истории Икс» евреем стал
Миинк вырос в ирландско-католическом анклаве на юго-западе Филадельфии с матерью и жестоким отчимом в окружении черных семей
Илья Амигудкандидат физико-математических наук, блогер
Неонацист, послуживший прототипом героя, сыгранного Эдвардом Нортоном в фильме «Американская история Икс», стал соблюдающим иудеем. Его жизнь перевернул анализ ДНК.
48-летний Фрэнк Миинк в начале 90-х годов стал лидером жестокой ультраправой группировки.
Убежденный антисемит, на шее которого была вытатуирована горящая свастика, он выступал против «сионистского оккупационного правительства», и считал евреев «корнем всех зол».
В фильме 1998 года «Американская история Икс» герой Нортона Дерек Виньярд частично был списан с Миинка: завязав в тюрьме дружбу с чернокожими, постепенно он начал отказываться от своих расистских взглядов.
Сейчас же Миинк рассказал New York Post о еще более поразительной метаморфозе: он стал евреем.
Уже после отказа от неонацизма он прошел тест ДНК на сервисе 23andMe и обнаружил, что у него есть еврейские корни, — и теперь он принимает свое происхождение. К прохождению теста его подтолкнуло случайное замечание о том, что он похож на еврея. «Я просто хотел проверить, правда ли это, хотел убедиться, что это реально», — говорит Миинк.
«Я узнал, что являюсь евреем, благодаря прекрасному подарку от Бога — ДНК».
Тест показал, что с точки зрения генетики он на 2,4% является евреем-ашкенази. Доля небольшая, но важная: его прапрабабушка по прямой материнской линии Элизабет Зеллман Рементер была еврейкой, а значит, согласно традиции матрилинейного происхождения, он тоже еврей.
Хотя не все еврейские духовные авторитеты поддерживают такое определение, многие согласны — и Миинк с энтузиазмом стал евреем.
Он молится три раза в день в талесе и тфилин, посещает синагогу, ходит на три занятия по изучению Торы в неделю и соблюдает кошер.
Миинк вырос в ирландско-католическом анклаве на юго-западе Филадельфии с матерью и жестоким отчимом в окружении черных семей. Летом 1988 года 13-летний подросток сбежал из расколотой семьи на ферму тети и дяди под Ланкастером, штат Пенсильвания, где его встретил двоюродный брат-неонацист, в спальне которого на стене был нарисован портрет Гитлера.
Миинк, по его собственным словам, боялся подсесть на наркотики и испытывал фобию к черным, а группировка кузена-неонациста «оправдала все страхи».
После возвращения домой он путешествовал по США, встречаясь с видными неонацистами, включая Дэвида Дюка. «Я ухватился за информацию, которая поступала ко мне», — сказал он. — Я хотел сделать движение более масштабным».
В 15 лет он успел вступить в Ку-клукс-клан и вылететь из него, после чего вместе со своим двоюродным братом решил создать собственную группиировку под названием Strikeforce.
Миинк использовал Библию для проповеди ненависти, «точно так же, как ХАМАС использует Коран», и начал вести в Спрингфилде, штат Иллинойс, свое собственное шоу на кабельном телевидении под названием The Reich, полное расистских сценок и шуток.
Strikeforce особенно презирал антифашистскую организацию Skinheads Against Racial Prejudice (Sharp).
Миинк, у которого на нижней губе была вытатуирована надпись «Sharp Killer», пригласил одного из членов группы на вечеринку в канун Рождества 1992 года, а затем пленил его и пытал. «Мы похитили его, использовали огнестрельное оружие — у нас были пистолеты и все такое. Мы заставили его остаться в квартире и пытали его несколько часов, не испытывая ни угрызений совести, ни сочувствия, ничего», — вспоминает он.
Фрэнк с младшим братом
В возрасте 17 лет Миинк был приговорен к трем годам за кражу при отягчающих обстоятельствах. В тюрьме Департамента исправительных учреждений штата Иллинойс он быстро стал частью команды «арийских фермерских парней и байкеров». Но неожиданно для себя он сблизился с двумя чернокожими заключенными по прозвищу Джелло и Джи за игрой в футбол и карты в тюремном дворе и начал медленный отход от неонацизма, чему был посвящен фильм с Эдвардом Нортоном.
Он вышел из тюрьмы чуть больше чем через год и теперь ходил на митинги неонацистов, чтобы высмеивать их расизм, но не антисемитизм. «Я слышал, как они говорили, что все чернокожие такие, и думал: "Это неправда"». Но антисемитские предрассудки он тогда еще не изжил.
В 1994 году, в 19 лет, он, будучи безработным пьяницей, получил предложение работать в антикварном магазине в Черри-Хилл, штат Нью-Джерси, от его владельца Кита Брукштейна, еврея.
— Ты рассказал ему о свастике? — спросил Миинк своего друга, который устроил его на работу.
— Киту плевать на твои убеждения, только не ломай его мебель, — ответил тот.
Доброта Брукштейна, его сострадание и готовность прощать нашли глубокий отклик у Миинка.
Фрэнк с Китом Брукштейном
В конце концов он задумался о своем антисемитизме: «Кто ты такой, чтобы судить мир, ты чертов дегенерат и пьяница. В тот день я сказал: "С меня хватит. Я ухожу"».
На следующее утро, впервые за много лет, Миинк не побрил голову. Позже он удалил татуировку со свастикой и слово «скинхед» с костяшек пальцев.
Джош Миинк, сын Фрэнка
Миинк стал активным борцом с неонацизмом, но именно принятие иудаизма, по его словам, значило для него больше всего. Он считает, что вера помогла ему в самый мрачный период жизни. В 2019 году Миинк прошел в Лос-Анджелесе курс реабилитации от алкоголизма и наркомании после потери 19-летнего сына, Джоша, смерти матери, Томасин, от передозировки фентанила и распада брака — и все это в течение пяти лет.
Там он встретил своего спонсора, еврея, которого он прозвал «раввином-целителем». Именно этот человек помог ему обрести веру и вернуться к трезвости. «Это была большая работа, — вспоминает Миинк. — Мне понравилось в иудаизме то, что в нем говорится: "Возлюби Господа Бога твоего". И что не нужно навязывать своего Бога другим. Я хочу попробовать построить такие отношения с Богом».
Миинк сказал, что его вера дала ему смирение и скромность, которые позволили ему встать на защиту других. «Я делаю это, потому что так Бог остается в центре моего внимания. Это Его мир, а не мой».
Фрэнк с матерью
В 2020 году он дал показания Конгрессу о попытках неонацистов внедриться в полицию. Сейчас он надеется превратить полную историю своей жизни в фильм, который станет своеобразным продолжением «Американской истории Икс», и ведет переговоры с режиссером Сэмом Френчем, который был номинирован на «Оскар» за короткометражный фильм «Игроки бузкаши» в 2013 году.
В основе фильма будет лежать простой посыл: «Любовь сильнее ненависти».
Читайте также
Все материалы рубрики
Гарри Гудини: король освобождения
Эрик Вайс родился 150 лет назад, 24 марта 1874 года, в Будапеште. Классическая, многодетная еврейская семья.
Наступал вечер. Сумерки улиц Нью-Йорка пытался разогнать неверный свет газовых фонарей. Под одним из них мальчик. Это Эрик, сын почтенного раввина Вайса, что с семейством перебрался из Будапешта к Атлантическому океану. Что это делает Эрик? Да он читает! Парнишка просто утонул в купленной на развале за 10 центов книжонке. Яркая, потрёпанная обложка больше похожа на афишку балагана. «Воспоминания Робер-Гудина, посла, писателя и фокусника, написанные им самим». Для мальчика всё решено, путь жизни выбран. Помощник нотариуса и часовщик Жак Эжен Робер, проявив терпение и упорство, стал «отцом современной иллюзии»! Что ж, Эрик Вайс, раскройщик галстуков из Нью-Йорка, сделает то же самое и больше!
Вот только нужно придумать сценическое имя, а то отец расстроится — сын учёного раввина на подмостках балагана! Куда катиться мир!
Так появился в среде циркачей и ярмарочников новый фокусник, звавший себя Гарри Гудини. «Гарри» в честь знаменитого иллюзиониста Гарри Келлара, а «Гудини» — в память о герое бульварного издания, французе Робер-Удене, чью фамилию «Robert-Houdin» мальчик прочитал, как мог, на английский манер.
Эрик Вайс родился 150 лет назад, 24 марта 1874 года, в Будапеште. Классическая, многодетная еврейская семья. В Новый Свет Вайсы перебрались в поисках мирной жизни: уж слишком неспокойно было даже в столице Венгрии. Парламентские антисемиты то и дело стремились протащить на голосование резолюции, ущемляющие евреев, и подбивали низы общества к погромам.
Америка предоставляла больше свобод и возможностей для переселенцев. Однако Эрик не стал сидеть за учёными трактатами, как его отец, не захотел делать карьеру в галстучном бизнесе. Он выбрал блеск ярмарочной мишуры и зазывные звуки рожка, уверенный, что превратит их в золото и бравурный марш. Странным образом уверенность в своей гениальности, как артиста и ждущем его успехе никогда не покидала Эрика. А провалы были, да ещё какие! Например, некий злой шутник запер начинающую звезду в кабинке туалета и пришлось взывать к портье.
— Каждый провал — лишь новый шаг к полному триумфу, — говаривал Гудини.
Он выступал перед публикой с 10 лет, начав с карточных трюков. Ежедневные тренировки, походы в спортзал делали своё дело. Росли скорость, сила и ловкость. А общение с коллегами обеспечивало приток идей для выступления. Успех пришёл к иллюзионисту, когда он разменял первую четверть века: ангажемент для мистера Гудини и миссис Бесс, супруги и ассистентки, в знаменитом цирковом театре «Орфей». К тому времени в арсенале фокусника было множество трюков: голуби из цилиндра, платки, карты, исчезновение предметов и людей. Однако фирменным знаком Гудини было и оставалось освобождение от пут и оков. С этой программой неугомонный Гарри путешествовал и по Европе. Он добился признания в Англии, Франции, Германии, Голландии, России...
— Почтеннейшая публика, человек всегда мечтал о свободе, — сообщал Гудини зрителям, — И сейчас я зримо представлю вам эту мечту! Кстати, джентльмены, нет ли у вас случайно наручников?
Если в зале находился обладатель стальных браслетов, то Гудини, наученный горьким опытом, сначала осматривал их. В начале карьеры сержант полиции, отличавшийся злобным нравом, подсунул фокуснику сломанную пару. Гудини заперли в них в шкаф, обвязали шкаф канатом. Гарри чуть не задохнулся в шкафу, стараясь снять полицейский подарок. Одолел он коварное устройство с огромным трудом.
Потомок раввинов и книжников так ловко управлялся с маленькими отмычками и ключиками собственного изготовления, что его ни разу не поймали на «обмане». Аудитория напряжённо следила за схваткой: человек против пут или оков, а потом взрывалась бурей аплодисментов, когда верёвки, железа́ или смирительная рубашка падали к ногам поднимавшего в приветствии руки иллюзиониста — слегка встрёпанного, но победоносного. Помогали не только отмычки: годы тренировок, позволявшие держать тело в нужном тонусе, упражнения на ловкость и гибкость, дававшие шанс скинуть петлю или разорвать звено цепи. А ещё полезным было прекрасное знание принципов работы замков всех систем, что требовало отслеживать непрестанно появлявшиеся новинки. Так, давая в целях рекламы представление для полицейских чинов Скотленд-Ярда, Гудини увидел: наручники, от которых ему предстояло освободиться — особой модели. В них крылся маленький изъян. Если надавить в нужном месте, а затем легонько постучать ими по твёрдой поверхности, пружина щёлкала и браслеты открывались. При этом буйство и напряжение всех сил ни к чему не приведут.
Гарри предложили обнять столб в коридоре и защёлкнули «смирители» на запястьях. Бывшие тут же газетчики глядели сочувственно.
— Вот как мы в Ярде обходимся с прыткими янки, ищущими неприятностей! — сообщил довольный собой комиссар, — А вас, господа, прошу ко мне на стаканчик бренди! Мы освободим нашего «Самсона» через час.
— Вы в кабинет? Я с вами! — раздался задорный голос фокусника, весело помахивавшего снятыми наручниками.
Один из музеев Калифорнии бережно хранит металлический сундук с надписью «Гудини», в котором «король цепей и замков» держал свой инструментарий. Чего там только нет! Прежде всего — наборы ключей и отмычек самого удивительного вида. Ушки одних снабжены накладками, чтобы поворачивать их зубами. У других имеется деревянное колёсико, чтобы бесшумно повернуть их в замке, опираясь на покрытую бархатом поверхность ящика. Есть тисочки и набор напильников, крепившиеся к ноге — быстро подогнать ключ...
Каждый номер по освобождению тщательно готовился, и артист не забывал о безопасности. Постепенно он собрал команду людей, ставшую для него частью семьи, особенно после того, как не стало отца и старенькой, вечно переживающей за своего Эри матушки:
— Зачем тебе эти балаганы, неслух, мешуга, — ворчала она, мешая немецкий и идиш, — ты мог бы стать таким слесарем!
— Мог бы, мамеле! Но слесарь не насыплет тебе полный передник золота!
— А ты будто насыплешь?
— Да, — и ловкие пальцы извлекали из воздуха золотую монету, — вот раз, вот два...
— Хватит, хватит...
— Да больше пока и нету, — смеялся Гарри.
Когда деньги перестали быть проблемой, Гудини, выступая перед американскими солдатами, отправлявшимися воевать на германском фронте в Первой мировой, с помощью того же фокуса роздал им на сувениры золотых монет на 7000 тогдашних долларов!
Он был вспыльчивый и отходчивый добряк. Гнев возгорался, если обижали или хотели унизить близких или его самого. Тут уж не было никакой пощады: не раз глупые шутники или задиры в ужасе спасались бегством от «бешеного коротышки», обладавшего недюжинной силой.
Гарри был щедр — он мог отдать весь заработок нищему и не жалеть о нём.
Он страстно предавался многим увлечениям: коллекционировал живопись, книги, старые афиши, заводил животных, летал на аэропланах, снимал приключенческое кино, исполняя, конечно, главную роль. Ещё одной страстью стало разоблачение «медиумов», паразитировавших на поклонниках спиритизма. Ни одному «говорящему с духами» не удалось одурачить Гудини. Он неизменно находил потайные верёвочки, скрытые щели, рычажки. А потом читал лекции, разоблачая мошенников. Их доходы падали. В этой среде Гарри нажил себе немало смертельных врагов и даже рассорился со старым товарищем, сэром Артуром Конан Дойлем, ярым сторонником спиритизма.
Трюки с освобождением всё усложнялись. Связанного Гудини погружали в наглухо заколоченном ящике под воду, свешивали в смирительной рубашке с крыши небоскрёба. Он стал одним из первых, кто выполнил смелый трюк, перебравшись с крыла одного самолёта на другой. Не раз смерть и Гудини встречались лицом к лицу. Однако кончина его оказалась внезапной для близких и потрясением для множества любителей цирка в мире. Считается, что «человек-тайна» скоропостижно умер от перитонита, ставшего следствием удара при уличном нападении.
Однако существуют свидетельства людей из команды Гудини, не укладывающиеся в эту версию. Согласно им, Гарри отдыхал в лобби отеля после представления — сидел, читал газету. В лобби из бара «Свинья и свисток» был проход. Оттуда появились трое крепких, молодых людей. Самый крупный из них внезапно подошёл к Гудини и прямо сквозь газету нанёс два мощных удара в живот фокусника. Потом вдруг побледнел, отскочил назад. Гудини, превозмогая боль, распрямился и громко произнёс:
— А вот так делать не следовало!
Троица быстро исчезла. Их потом нашли. Студенты теологического факультета. Бил чемпион колледжа по боксу в тяжёлом весе. Прошёл лишь один удар. На втором Гарри напряг пресс, и, не ожидавший этого «спортсмен» чуть не сломал себе кисть. Впрочем, хватило и одного удара.
Через несколько дней Гудини упал на сцене во время представления в Детройте. Он потерял сознание от боли. В больнице диагностировали разрыв аппендикса и прогнозировали скорую смерть. Но «король освобождения» сражался со смертью ещё целую неделю. Гарри Гудини не стало 31 октября 1926 года, его тело доставили в Нью-Йорк и похоронили в бронзовом коробе, который фокусник использовал для своих трюков.
Студент, нанёсший удары, не понёс за это никакой ответственности. Говорят, в родне его были поклонники спиритизма.
