Как песня из американской оперетты добралась до Варшавского гетто
До самого страшного конца мужественные люди в гетто жили, работали, ставили пьесы, писали романы, пели
Мария Якубовичмузыковед и культуролог
Возможно, это самая публикуемая песня на идиш.
А прозвучала она впервые — в знакомом нам варианте — в оперетте на Второй авеню, средоточии американского еврейского театра.
Ее автор (или талантливый аранжировщик), дирижер и композитор Яков Коппель Сандлер, родился в Белой Церкви Киевской губернии Российской империи. В детстве вместе с известным кантором Пинхасом Минковским пел в хоре местной синагоги; стал солистом и регентом; но женился и пришлось заняться торговлей. Разорившись, в 1888 году он эмигрировал в США.
В первое время он был регентом хоров у известных канторов и одновременно работал в еврейских театрах: дирижером, композитором и даже режиссером. В 1896 году Сандлер написал музыку к нескольким спектаклям нью-йоркского театра «Виндзор».
Плита на Аллее звезд еврейского театра в честь его основателя Абрахама Гольдфадена. Нью-Йорк
История американского еврейского театра и его репертуар — это отдельная тема. Насладитесь названиями этих спектаклей: «Благодарение божье, или Еврейский министр», «Геройская армия», «Благословение, или Еврейский король Польши на одну ночь»; последний спектакль был поставлен по пьесе Мойше Гуровица, антрепренера и драматурга из Львовского еврейского театра, описанного Шолом-Алейхемом в романе «Блуждающие звезды».
В основе пьесы – легенда. Когда в IX веке в Польше угас княжеский род, поляки не сошлись на кандидате и решили, что князем будет тот, кто первым войдет в город. Первым явился Абрам Проховник (пороховых дел мастер). На следующий день он передал корону Пясту. Легенда – позднейшего происхождения: порох тогда еще не был изобретен.
В пьесе героиня была распята (!) за веру и на кресте пела патетическую молитву. Гуровиц предложил Сандлеру вдохновиться псалмами Давида. Второй стих из 22-го псалма – «Эли, эли, ломо азафтони» («Б-же, Б-же, зачем ты меня оставил») показался тому подходящим. Текст и музыка были написаны за ночь. Благодаря этой арии, прозвучавшей в исполнении Софьи Карп, спектакль не сходил со сцены многие недели.
Б-же, Б-же, зачем ты меня оставил?
В огне и пламени они жгли нас.
Они обвиняли нас и издевались над нами.
Но никто не может отвратить нас от тебя,
От твоей Святой Торы,
От твоего пути.
Шма, Исроэль!
Г-сподь, Б-г наш,
Г-сподь единственный.
Впрочем, есть версия, что песня существовала в различных частях Европы как народная и канторская. На издании ее нот в 1921 году написано Hebrew Folk Song & Yacob Koppel Sandler. Авторство текста на какой-то срок присвоил и крупнейший антрепренер, актер, режиссер и драматург Борис Томашевский. В течение некоторого периода имя Сандлера даже не упоминалось в нотах и на пластинках с этой песней. Но потом Сандлер, лишенный роялти и славы, судился и победил.
В этом издании и слова, и музыка приписываются Джейкобу Сандлеру. Изд-во Maurice Richmond Music Co., New York, NY, 1919
Здесь песня уже названа народной. Изд-во McKinley Music Co., Chicago, IL, 1921
«Эли, Эли» стала первым еврейским театральным шлягером. Песню пели великий кантор Иоселе Розенблат, великий певец Ян Пирс, Белла Бейкер, Шлоймелэ Ротштейн, Джозеф Виноградов и сотни других еврейских и нееврейских певцов.
Песня в исполнении Иоселе Розенблатта. Изд-во S. Schenker, New York, NY, 1921
Интересно, что во многих канторских исполнениях Eyli поется как Keyli – так как имя Б-га произносить нельзя.
Сандлер не дожил до исполнения своей песни в военной Варшаве.
Варшавское гетто было основано 16 октября 1940 года. Численность его населения составила 400 000 человек, или около 30% населения Варшавы. В ноябре гетто было окончательно закрыто стеной от внешнего мира. Гетто пополнялось и немецкими евреями, что подтверждает видео.
Свыше 56 тысяч человек были убиты там, на месте или погибли от голода и болезней. Остальные депортированы в концлагеря и лагеря смерти, большей частью в Треблинку.
До самого страшного конца мужественные люди в гетто жили, работали, ставили пьесы, писали романы, пели. Театры и кабаре собирали зрителей. Довид Айзенштадт, в годы между двумя мировыми войнами оказавший сильное влияние на развитие еврейского музыкального мира, в гетто продолжил сочинять музыку, дирижировать, выступать с концертами и обучать молодых музыкантов; стал одним из создателей Еврейского симфонического оркестра, давал концерты в театре «Фемина» и часто аккомпанировал своей дочери, прозванной Соловьем гетто.
Довид Айзенштадт
Соловей гетто, Мириам, или Мария, или Марыся, Айзенштадт была любимицей публики. Она отучилась в Высшей школе имени Фредерика Шопена в Варшаве. Чудесным лирическим сопрано с огромным диапазоном и необычным тембром она исполняла труднейшие партии.
Мария (Мириам) Айзенштадт. Фото: Еврейский исторический институт
Ей аккомпанировал не только отец, но и яркий пианист Владислав Шпильман.
История Владислава Шпильмана легла в основу сюжета фильма Романа Полански «Пианист»: в 1943 году Шпильману удалось выбраться из гетто, и он скрывался в разрушенном доме на польской стороне; там его нашел капитан Вермахта Вильгельм Хозенфельд, который тайком приносил ему еду и тем самым спас.
В начале Второй мировой войны Марыся, как и многие из польских еврейских музыкантов, собиралась переместиться в СССР. Но мать, рыдая, уговорила ее остаться. В гетто они попали всей семьей.
В изданной в Америке огромной антологии еврейской песни под редакцией Элеонор и Джозефа Млотеков есть сведения, что существует фильм, снятый немецкой киногруппой о жизни в гетто. И там красавица Марыся Айзенштадт поет «Эли, эли». Текст, вдохновленный 22-м псалмом Давида, точно передавал состояние жителей гетто, не знающих, сколько еще им отпущено жизни.
Я не смогла найти этот фильм. Но послушайте потрясающую запись в исполнении Нехамы Лифшицайте.
Когда немецкие солдаты на сборном пункте отправки в Треблинку погрузили Довида Айзенштадта с женой в разные вагоны с Марысей, она в панике бросилась к родителям, чтобы не разлучаться с ними в последние часы своей жизни, и была уже у дверей родительского вагона, когда ее застрелил эсэсовский офицер. Довид Айзенштадт и его жена погибли в газовой камере.
Марысе, Соловью гетто, был 21 год.
Директор РАМТ Софья Апфельбаум вышла на работу после 1,5 лет домашнего ареста
Она выразила коллективу благодарность за поддержку, которую «всегда чувствовала»
Директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софья Апфельбаум, которую в понедельник суд освободил из-под домашнего ареста под подписку о невыезде по делу о хищении бюджетных средств, провела первую встречу с коллективом.
«Состояние очень эмоциональное, конечно, потому все очень неожиданно, еще сутки назад ничто не предвещало никаких изменений. Я и на сборе труппы это сказала», - сообщила Апфельбаум ТАСС. По ее словам, коллектив «встретил прекрасно».
Она выразила благодарность за поддержку, которую «всегда чувствовала». «Самое главное - что есть такая поддержка. Вне зависимости от того, чем это все разрешится», - сказала директор РАМТ, отметив, что за время отсутствия директора в театре было поставлено девять спектаклей.
Во вторник коллективу театра был представлен новый заведующий художественно-постановочной частью - Руслан Ситников, ранее работавший в Саратовском ТЮЗе.
«У нас ведь, действительно, здание старое, работать непросто в плане техники, и от постановочной части зависит, просто все. Человек, который возглавляет это важнейшее подразделение, который должен создавать и атмосферу в театре в том числе, это, конечно, ключевая должность. Будем работать», - сказала Апфельбаум. Она также пригласила всех поклонников театра посетить в конце июня мини-фестиваль спектаклей, которые РАМТ снимает с показа.
«Мы снимаем спектакли не потому, что они плохие. Они прекрасные. Наш «Рок-н-ролл» - выдающийся спектакль. Или спектакль Нелли Уваровой «Правила поведения в современном обществе» - это такой спектакль-долгожитель, совершенно уникальный. Поэтому мы всех зовем, ждем, чтобы не упустить возможности посмотреть эти спектакли, они стоят того», - сказала Апфельбаум.
Источник: ТАСС