Клара Розенгольц: Подмастерье с талантом мастера
Она писала кубистические и супрематические композиции – их сохранилось очень немного в Пушкинском музее и частных коллекциях
Витебское народное художественное училище рубежа 20-х гг. XX в. – это вообще некоторое чудо из чудес. Собраться в одной далеко не центральной географической точке, в крайне малый по историческим меркам отрезок времени такому количеству гениев и больших талантов – это ничтожная вероятность, но она имела место. А в более общем плане столь же загадочна тайна еврейских местечек Беларуси, где начало XX в. породило столько столпов художественного авангарда.
Мы знаем немало имен художников, прошедших через Витебскую школу, но о некоторых из них подробностей почти нет. При том, что судьбы у них поистине удивительны. А порой и уникальны, не имеющие исторических аналогов, как у Цивьи Розенгольц. Мы знаем о ее жизни прежде всего благодаря воспоминаниям внучки, Елены Левиной-Розенгольц, и исследованиям замечательного белорусского искусствоведа Александры Шацких.
Цивья (ставшая Кларой) Розенгольц родилась в 1870 г. в семье богатого (магазин, шахты) ростовского купца второй гильдии Абрама Фрумсона. В тот же год родился Владимир Ленин, чем Цивья, по сведениям ее внучки, всю жизнь гордилась. Мать была очень религиозной, отец религиозным не был. В семье было шестеро детей – пять братьев и Цивья. Четыре брата были глухонемые. Зато пятый, Нохим Фрумсон (с 1924 г. – Николай Ростовский) стал впоследствии известным российским и советским певцом. Его биография тоже довольно примечательная. Окончив медицинский факультет Киевского университета, он занимался стоматологической практикой, после чего стал учиться пению и в 27 лет уже пел на сцене Мариинского театра (дебютировал он, что называется, под стать – в опере Галеви «Жидовка»), был солистом Киевской оперы и Большого театра, пел в Лиссабонском королевском театре и в Ковент-Гарден.
Цивья Фрумсон вышла замуж за торговца оружием, купца Павла Розенгольца, у которого было двое своих сыновей, и переехала к мужу в Витебск. В их браке родились еще четверо сыновей и дочь – итого, в семье было семеро детей.
Около 1910 г. 40-летняя мать большого семейства приходит к выдающемуся витебскому художнику и педагогу Юделю Пэну и записывается к нему в ученики. Потом великовозрастная ученица становится старостой в группе юных учащихся, а еще через 8 лет, когда в ноябре 1918 г. начался набор в Витебское народное художественное училище, записалась туда одной из первых. Величественная и пожилая, по тем временам, дама прилежно училась вместе с молодыми талантливыми художниками, годящимися ей, в лучшем случае, в сыновья. Училась Клара Розенгольц у Мстислава Добужинского, потом у Веры Ермолаевой и Александра Ромма. Все перечисленные имена – настоящие легенды русского авангарда. В конце первого учебного года, по итогам 1-й отчётной выставки художественного училища (1919), она получает премию за рисунок.
Полностью посвятить себя учебе Клара не могла – после революции оружейный арсенал мужа и все состояние семьи были реквизированы, и ей пришлось в поте лица зарабатывать на жизнь. Она получила свидетельство об окончании училища и поступила на службу учительницей рисования в «трудовую школу II ступени». По рассказам родственников, полное разорение она перенесла довольно легко. Мало того, обучая детей рисованию и получая за это паек, она продолжала учиться в Народном училище.
Когда в 1921 г. Казимир Малевич опубликовал манифест УНОВИС, 50-летняя седовласая, представительная Клара Розенгольц стала одним из страстных последователей нового искусства и с энтузиазмом посещала, в качестве свободного слушателя, занятия в Единой аудитории живописи УНОВИСа. Чем был обусловлен страстный интерес почтенной матери большого семейства, в 40 лет начавшей учиться живописи у реалиста Юделя Пэна, к авангарду? Сказать трудно. И тяга к искусству не была подавлена даже трагедиями, в немалой степени порожденными ее ровесником – в огне гражданской войны в Крыму погибли три из четырех ее родных сыновей. Она писала кубистические и супрематические композиции – их сохранилось очень немного в Пушкинском музее и частных коллекциях, и часть их из коллекции Пушкинского была представлена на недавней замечательной выставке в Еврейском музее.
В «Энциклопедии русского авангарда» ее работы сдержанно назвали «весьма удачным ученическим опытом». С этой характеристикой «ученицы» не вполне согласна Татьяна Шатских: «Пять кубистических акварелей (одна с оценкой 5+) говорили о живом чувстве цвета, о незаурядных композиционных способностях пожилой дамы – и о необыкновенной гибкости, свежести ее восприятия, ее художественной натуры». И на мой непрофессиональный взгляд, работы Клары Розенгольц очень интересны.
Она полностью прекратила преподавание и занятия живописью в середине 1920-х также внезапно и по той же не очень понятной причине, что и начала. Ну а семейные трагедии продолжились. Век-волкодав не отпускал ее. Ее приемный сын, нарком внешней торговли СССР Аркадий Розенгольц был расстрелян в 1937 вместе с женой. Старший сын, известный ученый-микробиолог Герман Розенгольц, единственный к тому времени выживший из четырех ее сыновей, провел 20 лет в лагерях и ссылках. Перенявшая с юности любовь матери к искусству и ставшая известной художницей Ева Розенгольц-Левина (хотя ближе ей был не Малевич, а Фальк) провела в лагерях и ссылках 10 лет.
Впрочем, ссылки и лагеря для XX века привычны, в отличие от удивительных судеб.
Клара Розенгольц умерла в 1961 г. Что с ней было последние 30 с лишним лет жизни, найти не удалось. Как и ее фотографий, за исключением единственной, на сохранившемся удостоверении подмастерья Витебского художественного училища.
Джин Симмонс из Kiss представит фреску с портретом польской Праведницы мира
Музыкант почтит память Ирен Гут Опдайк, которая спасла 12 евреев от верной смерти, спрятав их в подвале дома офицера вермахта.
Музыкант почтит память Ирен Гут Опдайк, которая спасла 12 евреев от верной смерти, спрятав их в подвале дома офицера вермахта.
Некоммерческая организация Artists 4 Israel расширяет свою серию муралов, посвященных Праведникам народов мира. На этот раз она привлекла в качестве специального гостя вокалиста легендарной группы Kiss Джина Симмонса, сообщает JNS.
Арт-коллектив, который с помощью художественных средств борется с антисемитизмом и антиизраильским фанатизмом, представит 26 февраля свою четвертую фреску, отдавая дань уважения праведникам-неевреям, которые рисковали своими жизнями, спасая евреев во время Холокоста.
В рамках этой инициативы художник Эндрю Херн создал фреску размером 18 на 5 метров для городского района искусств. В церемонии открытия примут участие Джинни Опдайк Смит, дочь героини фрески, и Элан Карр, бывший специальный посланник Госдепартамента США по мониторингу и борьбе с антисемитизмом.
Джин Симмонс, родившаяся в Израиле американская рок-звезда из группы Kiss, должен появиться на мероприятии в качестве специального гостя. Урожденный Хаим Вайц вырос в семье, тяжело пострадавшей от Холокоста - выжили только его мать и брат.
Ирен Опдайк, которую майор вермахта Эдуард Рюгемер нанял для работу на кухню во время немецкой оккупации Польши, похищала продукты и еду, которую тайно доставляли в Тарнопольское гетто и тем, кого нелегально уже из него вывезли.
После того, как Рюгемер нанял Ирен домработницей на свою виллу, Опдайк спрятала в ее подвале 12 евреев. Рюгемер обнаружил этот секрет, но согласился оставить все как есть, если Ирен станет его любовницей (что она и сделала).
Незадолго до конца войны Рюгемер бежал из Польши. Ирен и несколько спасенных ей евреев двинулись на Запад, чтобы попасть на американскую сторону демаркационной линии в занятой войсками союзников Германии. В лагере для перемещенных лиц Ирен познакомилась со своим будущим мужем и вместе с ним иммигрировала в США.
Ирен Опдайк до 1975 года не вспоминала публично о своем опыте, однако услышав риторику отрицателей Холокоста, выступила с публичными заявлениями и написала книгу мемуаров «В моих руках: воспоминания спасителя Холокоста». В 1982 году «Яд Вашем» признал ее Праведницей народов мира. Рюгемер, который помог некоторым евреям бежать и облегчить их положение во время войны, получил титул Праведника мира в 2012 году.
Опдайк получила папское благословение и поехала в Израиль, где познакомилась с Романом Галлером, ребенком, родившимся в подвале Рюгемера после того, как Опдайк убедила его родителей выносить беременность до срока. Позднее Галле стал директором немецкого представительства организации Claims Conference, которая представляет мировое еврейство в переговорах о возмещении ущерба жертвам нацистских преследований. Его родители приняли Рюгемера в качестве гостя после войны.
Двумя месяцами ранее Artists 4 Israel представила в Нью-Йорке уличную фреску, посвященную другому Праведнику народов мира - венгру Тибору Барански.
Для основателя Artists 4 Israel Дершовица, живущего в Лос-Анджелесе, одна из целей этой кампании — борьба с антисемитизмом посредством просвещения об Израиле и Холокосте. Делая искусство интуитивно понятным и общедоступным, Дершовиц надеется, что люди любого происхождения извлекут из этого уроки гуманизма и толерантности.
С момента своего создания в 2009 году миссия Artists 4 Israel заключалась в том, чтобы привозить в Израиль различные группы художников-граффити, уличных художников и художников-монументалистов для создания проектов, которые «приносят пользу напрямую, на местах», занимаясь росписью фресок в госпиталях, бомбоубежищах и на военных базах. По данным организации, в ее произраильских проектах поучаствовали не менее 5 тысяч художников из 32 стран мира. В 2020 году, в связи с пандемией COVID-19 и сокращением международных перелетов, организация переключилась на проект «Праведники народов мира», фрески которого изображала прямо на местах^ где они жили, либо совершили свой подвиг.
«У нас есть Элан Карр, обеспечивающий интеллектуальное и общественное доверие; Джин Симмонс дает нам жестокую честность и известность своей персоны; и Джинни Смит, представляющая тех самых людей, которых мы пытаемся почтить», — поясняет идею акции Крейг Дершовиц, генеральный директор Artists 4 Israel. «Разместить это в дайв-баре, построенном в 1913 году году, в арт-районе в центре Лос-Анджелеса — идеальное столкновение всех элементов, которые характеризуют Artists 4 Israel и которые позволяют нам говорить со всеми сообществами».
