Когда мы собирались готовить эту статью, конечно, не было никаких предпосылок к тому, что все перевернется с ног на голову, мир охватит пандемия, курс доллара опять станет каким-то нереальным, все наши поездки отменятся, и вообще, мы засядем дома в карантине и будем с ужасом читать про пустые полки магазинов, где совсем недавно была гречка. Зачем она, эта гречка, была нам нужна? Как мы без нее жили раньше, ей-Б-гу. До всего этого безумия, серьезность которого, конечно, недооценивать нельзя (просто сейчас мы не об этом), вокруг меня как человека, близкого к еврейской общине страны и столицы, то и дело ходили разговоры о получении израильского гражданства.

Оставим причины всплеска желания получить заветный даркон — их, будем честны, великое множество. От сантиментов в отношении еврейского государства до совершенно прагматичных целей, связанных с налоговым резидентством, инвестиционной деятельностью и даже, возможно, с обилием гречки. Да, ситуация несколько изменилась, но, коль уж мы в ней оказались, давайте не стирать все наши «докарантинные» планы с лица земли, а, напротив, используем это время для подготовки к умной репатриации. Итак, что мы имеем: желание стать гражданином Израиля, частью израильского общества. Для кого-то просто частью «паспортной алии», для кого-то это реальная потребность переехать в Израиль. А кто-то, возможно, о репатриации пока даже не думал — что ж, сейчас для этого самое время. Есть такие везучие люди, которые быстро попали в посольство Израиля, сразу получили визу на ПМЖ и в течение полугода стали полноценными гражданами еврейского государства. Я не веду статистику, но, судя по рассказам окружающих, до беспрецедентного везения российским евреям еще далеко. Кто-то не может найти свидетельство о рождении бабушки или личное дело с ее работы. Кто-то вообще не понимает, к какому поколению евреев он принадлежит, и отчаянно отправляет тесты со своей слюной в 23andme в Америку, находя у себя еврейский ДНК, но не приближаясь к заветному собеседованию в посольстве. А кто-то, простите за каламбур, вообще поставил крест на своем израильском гражданстве, указав в анкете в графе вероисповедание «православие». У кого-то, даже попадающего под закон о возвращении, есть дети, которые, в свою очередь, под него уже не попадают, являясь четвертым поколением.

Подытожим: у российских евреев действительно больше вопросов, чем ответов, несмотря на обилие в Москве различных компаний и посредников, готовых, по их словам, сделать израильское гражданство за один день и привезти домой паспорт без посещения посольства. Может быть, даже с пиццей.

Адвокатский офис «Коваленко и Зернопольский», известный в том числе и тем, что вел семью Наамы Иссахар в Израиле, практикует более 15 лет, специализируясь на сопровождении процессов репатриации. Особой специализацией являются сложные случаи репатриации. Что такое сложные случаи? Это, по словам адвокатов офиса «Коваленко и Зернопольский», в первую очередь отсутствие нужного пакета документов у соискателя израильского гражданства. В таких ситуациях адвокатский офис предлагает своим клиентам юридическую экспертизу имеющихся документов, а также консультацию работающего в штате компании бывшего консула израильского посольства в России. Проблемы случаются и из-за наличия судимости или уголовного прошлого — кстати, часто люди с вышеупомянутыми сложностями считают, что шанса на получение гражданства другой страны у них нет. Это не так. Да, судимость, даже если она погашена, дает израильскому консулу формальный повод для отказа. Тем не менее адвокаты «Коваленко и Зернопольский» знают, как убедить МВД в том, что их клиент не представляет угрозы для израильского общества и, значит, может получить право на репатриацию. То есть доказать свою добропорядочность израильскому правосудию при сотрудничестве с грамотным адвокатом — шансы есть.

Еще одна причина отказа консула — наше советское прошлое и феноменальная честность. Заполняя анкету на приеме в израильском посольстве и находясь в добросовестном заблуждении, мы заявляем: крещен. Но если вы не стали католическим священником, как у Улицкой с ее «Переводчиком Даниэлем Штайном», то не все потеряно. С помощью адвоката можно восстановить свое «реноме» в глазах Государства Израиль, о чем говорит статистика выигранных дел офиса «Коваленко и Зернопольский». Ну а по большому счету, все проблемы — от незнания или из-за неполученной вовремя профессиональной юридической консультации.

Именно в этих случаях свое право на репатриацию отстаивать приходится уже в суде. И, конечно, адвокаты офиса «Коваленко и Зернопольский» готовы с этим помочь. Но все же, откинув русское «авось», за помощью лучше обратиться заранее. Кризисы и эпидемии, как бы ни были они страшны, пройдут. А наша историческая родина, куда мы рано или поздно все вернемся, ждет нас. И при наличии грамотной и профессиональной поддержки адвокатского офиса «Коваленко и Зернопольский» она примет нас быстро, благожелательно и безболезненно.

Эстер Клейнер