На войне свои правила.

Смерть, кровь, деление на своих и врагов меняют привычную действительность. Когда еврейские солдаты германской армии в Первую мировую войну погибали на поле боя или умирали в госпитале, их не хоронили отдельно на еврейском кладбище, как в мирное время. Все убитые упокаивались в смерти вместе, как и воевали в жизни.

Об этом сказано в поэме поэта еврейского происхождения — адвоката и лейтенанта Шраммера «Drei Tote!» («Трое мертвых»):

Случайно взорванные гранатой,

Они не задают вопросов о Евангелии,

Они не спрашивают кто прав — папа или Лютер,

Поскольку третий с ними — еврей.

Еврей и христиане — в вечности.

Они верят в одного Бога,

Встретились здесь с одним дьяволом,

Мы кладем им всем ту же розу,

Они здесь дома, в Царствии Небесном.

Раввин Георг Вильде с 1906 г. служил раввином города Магдебурга. Его любили в общине, а за страстные проповеди, обширные знания и величественный вид называли «пророком».

На фронтах Первой мировой войны он был капелланом, окормлявшим германских солдат-евреев. Однажды в госпитале в один день умерли три солдата — иудей, католик и протестант. Других капелланов рядом не было, и раввин Георг Вильде, прочитав Кадиш над еврейским солдатом, потом произнес священническое благословение над всеми тремя на иврите и немецком. Их похоронили вместе.

9 ноября 1938 г., на следующий день после Хрустальной ночи, он был арестован и выслан в Бухенвальд. Его жена отправила телеграмму о случившемся главному раввину Великобритании. Были задействованы все связи, и Вильде освободили через одиннадцать дней, после чего они с женой смогли уехать в Англию, где раввин стал широко известен. В пятистраничных воспоминаниях «Одиннадцать дней в концентрационном лагере Бухенвальд» раввин описал чудовищные условия, пытки заключенных, историю своего освобождения и попытки помешать сбрить ему бороду перед выходом из лагеря. Что не мешало ему ежедневно заботиться о слабых душой и телом.

Он признался, что поддерживало его дух в лагере: «Три вещи помогли мне: дружба со многими людьми, привязанность ко мне многих учеников и членов общины, и желание исполнить слова одного английского христианского священника: 'Еврей всегда выживет, чтобы стоять у могилы своего гонителя'».

Смерть и война обнажают человеческую суть – порой вершины человеческого духа, хотя и редко.