Но я иду дальше по Неве-Цедеку. Музей Нахума Гутмана расположен в том доме, где он родился и вырос. Дом, кажется, сохранился в первозданном виде. Здесь Гутман прожил самые лучшие годы своей жизни. В доме было ещё несколько семей молодых писателей и поэтов, так как это было нечто вроде общежития литераторов. С крыши дома в те годы можно было увидеть яффский порт. А пески подступали почти к самому порогу. Самое главное, что формирует человека, особенно художника, Гутман получил в детстве, и это стало основой его творчества, темой, которую он всю жизнь воплощал на своих полотнах. Берег моря, улочки Неве-Цедека и Яффо...

Блуждая по улочкам Неве-Цедека, непременно наткнёшься на маленькое кафе или ресторанчик, их здесь много и все хороши по-своему. Столики, стоящие на улице, могут уместиться только в один ряд. И сидя у дороги, вдыхая аромат крепкого кофе, хорошо наблюдать неспешную жизнь обитателей богемного района.

Неожиданно мой взгляд упал на вывеску магазина, на которой крупными буквами было выведено название: «Гавриэль». Ну и ну! Магазин, оказывается, мой тезка! Надо зайти, непременно! С первых же шагов я попадаю в атмосферу нереального мира: мягкий дневной свет, струящийся откуда-то сверху, струйки воды из многочисленных фонтанчиков, невероятное количество цветов, среди которых стоят там и тут садовые скульптуры, и... старинный рояль. Осмотревшись, понимаю, что это всё же магазин, и вижу двух милых женщин, одна из них, как оказалось, хозяйка. Какие-то неуловимые черты её лица мне показались не то чтобы знакомыми, но всё же... Я пошел рассматривать магазин, не переставая удивляться. Торговые залы его - это анфилады комнат, расходящихся по обе стороны от «зимнего сада». В каждой комнате стоят красивые шкафы, наполненные посудой, старинные игрушки соседствуют с современными столиками, на одном из них стоит патефон с огромной сияющей медной трубой-рупором. Детская лошадка без одной ноги, совсем как в смешной песенке: «Купила мама коника, а коник без ноги...». А в последней комнате стоит совершенно реальный и антикварный автомобиль марки Citroen, как его удалось внести и поставить здесь - абсолютно непонятно. И всё это разнообразие вещей каким-то странным образом гармонично сочеталось, дополняя друг друга, и делало похожим всё это великолепие на музейную экспозицию, но вещи имели ценники. Подсвечники, бокалы и вазы стояли на полках, в шкафах и на шкафах ровными рядами, сверкая и лаская взор.

Я вернулся к хозяйке и заметил, что она поглядывает на меня с интересом. И тут она спросила:

- Вы случайно не с Кавказа?

- Да, - ответил я.

- Я тоже! Вернее, мой дедушка. Он приехал в Израиль в первую алию. А я родилась уже здесь и на Кавказе не была. Но очень люблю кавказскую кухню. Я умею готовить дюшпере, дулма, ош...

Я стоял, онемев от удивления. Поистине, день чудес! Потом мы разговорились, и она попросила меня сыграть что-нибудь на рояле, который привёз еще её дедушка. Рояль многие годы стоял в доме, а потом его решено было перевезти в магазин. Трогать старинные, пожелтевшие клавиши было приятно. Вопреки предупреждениям и извинениям хозяйки, рояль был почти не расстроен, ну разве что самую малость...

Лучи заходящего солнца окрашивают улицы и дома золотистыми оттенками. Мягко ложатся длинные тени. Кое-где зажигаются огни в окнах, медленно сгущаются сумерки. Уходить из Неве-Цедека не хочется. Но надо. Улицы почти пусты, и это непонятно, ведь рядом, в двух кварталах отсюда, бурлит жизнь огромного мегаполиса, а здесь, как столетие назад, тишина и умиротворение. Иду по опустевшим улицам и слышу свои шаги. Тихая-тихая улочка, с закрытыми на ночь ставнями. Где-то еле слышно звучит музыка и приближается с каждым моим шагом, пока не становится понятно, из какого дома она звучит. И вот ещё одно, последнее на сегодня чудо: в комнате с раскрытыми настежь окнами идет репетиция танцевальной группы. Юноши... тонкие, смуглые, подвижные и смешливые девчонки, с рассыпавшимися по плечам волосами, танцуют хоту, отхлопывая такт, по-особому как-то притопывая, вращаясь и подпрыгивая. Меня завораживает это зрелище. Я стою на границе двух миров: поверни голову налево - тихая безлюдная улица, закрытые ставни, сумерки, прошлый век...; загляни в окно - улыбки, свет, смешки и ритмы испанской музыки.

Светлой жизни тебе, Неве-Цедек! Сейчас далёкий, но такой любимый уголок. Я ещё вернусь. Мне хочется в это верить...

Материал подготовил Гарик Канаев