Найденная археологами в Израиле гробница может принадлежать Саломее, сестре Ирода Великого

Согласно новаторским археологическим исследованиям, недавно пересмотренная погребальная пещера периода Второго Храма на юге Израиля, которая долгое время почиталась как место упокоения христианской святой, на самом деле могла быть последним пристанищем принцессы Саломеи, сестры царя Ирода Великого.
Расположенное в предгорьях Иудеи недалеко от деревни Элиав, место, известное как пещера Саломеи, претерпело многовековые религиозные преобразования, превратившись из царской гробницы времен Ирода в место христианского паломничества, а затем и в исламское священное пространство, отмечает Arkeonews. Новые раскопки, проведенные Управлением древностей Израиля (IAA), показали, что великолепие этого места указывает на элитное происхождение, проливая свет как на еврейские погребальные обычаи, так и на изменение священной идентичности Святой земли с течением времени.
Недавние раскопки, проведенные в период с 2022 по 2023 год Управлением древностей Израиля (IAA), выявили сложный погребальный комплекс, не похожий ни на один из ранее обнаруженных в регионе.
В статье, опубликованной в журнале “Атикот” в 2025 году, исследователи Нир-Шимшон Паран и Владик Лифшиц утверждают, что христианская ассоциация с "Саломеей" – именем, связанным с женщинами— последовательницами Иисуса, – возможно, была переосмыслением более глубокой памяти: Саломея, влиятельная сестра царя Ирода Великого.
Погребальный комплекс включает в себя внутренний двор площадью 225 квадратных метров, многочисленные погребальные ниши, ритуальные сооружения и впечатляющую каменную кладку из тесаного камня – архитектурные особенности, которые намного превосходят масштаб обычных семейных гробниц того же периода.
“Это одно из крупнейших и наиболее изысканных захоронений эпохи Ирода, когда-либо найденных в Израиле, – отмечает Паран. – Его структура, масштаб и убранство явно указывают на элитных покровителей – вероятно, членов королевской семьи”.
Построенная между I веком до н.э. и I веком н.э., гробница, по-видимому, вышла из употребления, прежде чем претерпела религиозную трансформацию в византийский период, когда ранние христиане переосмыслили это место как могилу святой Саломеи.
Начиная с VI века н.э. пещера Саломеи стала главным местом христианского паломничества, привлекая тысячи верующих. В ходе раскопок были обнаружены многочисленные надписи на греческом, сирийском и арабском языках, во многих из которых упоминается “Святая Саломея”. В пещере также были найдены масляные лампы с замысловатыми украшениями, иконы и крестообразные граффити – свидетельства длительного религиозного использования.
“В византийский период верующие активно идентифицировали и освящали места, связанные с библейскими персонажами, – поясняет Паран. – Вполне вероятно, что имя Саломея, распространенное как в иудейской, так и в христианской традициях, стало связующим звеном между памятью и мифом”.
Со временем пещера также приобрела значение в исламской традиции, поскольку паломники оставляли в ней надписи на арабском языке и предметы обета. Арабские надписи и постоянное посещение пещеры позволяют предположить, что это место было частью исламской традиции, возможно, как святилище праведной женщины или святого.
В то время как христианская традиция долгое время связывала это место с последовательницей Иисуса, Паран и Лифшиц предполагают, что истинной фигурой, стоящей за этим названием, могла быть Саломея, сестра Ирода, политически влиятельная женщина, которая правила несколькими городами, завещанными ей самим Иродом.
“Она жила в Ашкелоне и владела землями, простирающимися до Иерихона, – отмечает Паран. – Эта пещера находится точно на пути между этими регионами, и масштаб погребального комплекса позволяет предположить, что она принадлежала кому-то выдающегося ранга”.
Обнаружение двух римских вилл – одна всего в километре от гробницы, а другая примерно в пяти километрах от нее – подтверждает теорию о том, что в этом районе располагалась сеть богатых поместий Ирода.
Хотя оригинальный оссуарий или надпись, идентифицирующие Саломею, не были найдены – вероятно, из-за древних разграблений, – археологи полагают, что это название, возможно, когда-то появилось внутри пещеры, что помогло сохранить христианское переосмысление этого места.
Сегодня современные паломники-христиане время от времени посещают это место, оставляя после себя свечи и религиозные реликвии в нишах. Пещера Саломеи была ненадолго открыта для посещения в 2022 году, но с тех пор остается закрытой, поскольку продолжаются работы по ее сохранению, подчеркивает Arkeonews.
Несмотря на неопределенность, это место дает редкое представление о том, как традиции погребения царских особ эпохи Ирода перешли в византийскую христианскую святость и исламское почитание – и все это в одной пещере.
“Это больше чем просто гробница, – констатирует Паран. – Это живой пример того, как священная память может изменяться в разных культурах, религиях и веках”.
Управление древностей Израиля планирует продолжить работы по сохранению памятников и сделать некоторые их части доступными для общественности. В будущем образовательные инициативы могут включать в себя создание интерактивных вывесок, 3D-моделирование и экскурсии с гидом.
Ученые надеются, что пещера Саломеи не только прольет свет на элитную еврейскую погребальную культуру эпохи Ирода, но и станет примером того, как священные пространства эволюционируют, преодолевая религиозные и культурные границы.
Источник: Московский комсомолец
Джером Карле: разгадать структуру кристалла
Это тот редкий случай, когда из подающего надежды пианиста вырос нобелевский лауреат в области химии

В Нью-Йорке в еврейской семье Луиса и Сэди Карфункл 18 июня 1918 года родился сын. Мальчика назвали Джеромом. Луис был родом из Польши, Сэди перебралась в Штаты из Венгрии. Все родичи оказались не чужды артистической среде: рисовали, музицировали, выступали на публике. А дедушка с отцовской стороны оформлял на высокохудожественном уровне дома состоятельных горожан.
«Мама прекрасно играла на органе и пианино, — написал в автобиографии Джером, — она надеялась, что из меня выйдет профессиональный пианист. Но я терпеть не мог выступать. Зато с ранних лет меня захватило чудо науки!»
В должное время Джерри, как называли его близкие и друзья, поступил в обычную нью-йоркскую школу. Однако стандарты обучения были иные, чем сейчас. Дисциплина, требовательность, воспитание характера — вот что вспоминал о школе Карле. Кроме того, способные ученики занимались по особой программе. Так в 14 лет Джером оказался в одном классе с ребятами постарше.
«Я ходил на дополнительные занятия по физике и химии, — вспоминал ученый,—преподавал их один и тот же педагог, стремившийся поддерживать мой энтузиазм!»
Но не только знания влекли Джерома. При любой возможности он предавался радостям спорта: летние заплывы в океане, коньки зимой и, конечно же, все популярные американские игры в мяч.
В 1933-м пятнадцатилетним подростком Джерри поступил в Городской колледж Нью-Йорка. Вначале было тяжело: иные требования, большая нагрузка, да еще на дорогу уходило по три часа в день. Зато обучение почти бесплатное — всего лишь доллар в год за библиотечную карточку. Пианино пришлось оставить — в аудиториях колледжа Джерома ждали математика, физика, общественные науки и литература. Среди обязательных предметов — двухгодичный курс риторики и публичных выступлений. При изрядной нагрузке Карфункл взял дополнительные часы по математике, физике, химии и биологии. После окончания колледжа Джерри год изучал биологию в Гарварде, где в 1938 году получил степень магистра. А в Гарвардскую медицинскую школу молодого человека не приняли — в США действовали негласные квоты на поступление евреев в высшие учебные заведения.
Видно, это происшествие и навело на мысль сменить слишком уж говорящую фамилию.
Пару лет начинающий ученый трудился в департаменте здравоохранения Олбани, где внес свой первый вклад в науку: разработал метод определения допустимого количества фтора в водных резервуарах.
В 1940-м Джером поступил на химический факультет Мичиганского университета, где помимо необходимых знаний о методах изучения строения вещества, основанных на рассеянии ускоренных электронов, встретил свою будущую супругу, Изабеллу Лугоски, также страстно влюбленную в физическую химию. Чету молодых ученых пригласили участвовать в Манхэттенском проекте.
В 1944 году Джером получил степень доктора философии. С конца 40-х супруги работали в Исследовательской лаборатории ВМС США. Там Джерри руководил проектом, а в помощь ему направили бывшего однокашника по колледжу Герберта Хауптмана. Они решали задачу применения рассеивания рентгеновских лучей для определения структуры вещества. В работе над проблемой помогло прекрасное знание математики. Ученые нашли способ применять в анализе результатов своих опытов уравнения Сейра и разработали прямые методы расшифровки трехмерных молекулярных структур с помощью рентгеновской кристаллографии.
Когда в конце 50-х появились первые публикации на эту тему, работы Карле подверглись разгромной критике. Однако постепенно, во многом благодаря стараниям Изабеллы, специалиста по кристаллографии, проводившей необходимые опыты и исследования, критика стихла: даже самые яростные противники признали: метод работает!

За свои труды Джером Карле и Герберт Хауптман были удостоены Нобелевской премии по химии 1985 года. Теперь их метод повсеместно используется для изучения биологических, химических и физических характеристик вещества.
Джером был разочарован тем, что звание лауреата не присудили его жене, чьи старания доказали истинность теории, и хотел даже отказаться от Нобеля. А узнал Карле о запоздалом признании своих заслуг, находясь в кресле летящего самолета, — возвращался домой с очередной конференции.
Нобелевская премия — далеко не единственная награда ученого. Он являлся почетным доктором Мэрилендского университета в Колледж-Парке и почетным доктором Ягеллонского университета в Польше.

В 2009 году супруги Карле вместе завершили карьеру. Их торжественно проводили на пенсию, вручив обоим награду ВМС США за выдающуюся гражданскую службу.
Занимаясь наукой, Карле не забывали и о родительских обязанностях — Джером и Изабелла воспитали трех дочерей, и все девочки пошли в науку — по стопам родителей.
Джером Карле закончил свой жизненный путь 6 июня 2013 года в возрасте 94 лет.




