Как сообщает Vesty.co.il, Леонид Эпштейн до 16 лет не знал, как его бабушка выжила в гетто. А услышав ее рассказ, решил связать свою жизнь с ЦАХАЛом.

Старший сержант Леонид Эпштейн может рассказать о своей службе немногое. Основное держится в секрете: Леня - командир радарно-локационных систем в ВМС Израиля. В руках 23-летнего юноши - безопасность Израиля и его морских рубежей. Накануне Международного дня памяти жертв Холокоста Леонид Эпштейн рассказал "Вестям", что привело его в армию.

- Я родился в России, в Астрахани. Мой отец служил механиком на кораблях, любил море. Но когда решил репатриироваться в Израиль, получилось так, что подходящее жилье нашлось только в сухопутном городе - в Беэр-Шеве. Мне тогда был один год, - рассказывает Леонид. - В 13 лет я с родителями переехал в Офаким, и опять мы оказались вдали от моря. Но меня так тянуло к воде, что я с друзьями постоянно ездил на море. Все мои друзья отлично плавали и любили воду. Мы ездили на ближние пляжи - в Ашкелон, в Ашдод, а также на Кинерет.

Когда меня призвали в армию, я попросился в военно-морские силы. На флоте я чувствую, что делаю полезное дело и продолжаю профессию отца, только на более высоком технологическом уровне.

- Ваша бабушка выжила в гетто. Когда вы узнали об этом?

- Разговоры о том, что бабушка потеряла всю семью во время Холокоста на Украине, я слышал с раннего детства. Я знал, что из большой семьи спаслись только трое - моя бабушка, одна ее сестра и мать. Но когда спрашивал бабулю об этом, она уходила от ответа или говорила: "Тебе еще рано знать это, Леня".

Когда мне исполнилось 16, бабушка посадила меня напротив и сказала: все, время пришло. Ее рассказ проник мне прямо в сердце. Было трудно представить, как на глазах четырехлетней девочки жестоко убивали одного за другим близких. Сестер бабушки утопили в колодцах в родном селе. Затем всех согнали в гетто. Бабушка поделилась со мной тем, о чем не пишут в книгах про Холокост: как люди убивали за еду.

- Как вы отмечаете День памяти жертв Холокоста?

- Для меня это не просто еще одна дата в календаре или дань официозу. Это глубоко личный день. В этот день я думаю о своей семье. О родных, которых жестоко убили и не дали оставить потомство. В этот день я особенно остро чувствую себя евреем. А в израильский День Катастрофы во время сирены всегда встаю, где бы ни находился.

- Даже на корабле?

- Конечно. Обязательно.

- А где сейчас ваша бабушка?

- Она живет в Беэр-Шеве вместе с дедушкой. Ей 79 лет. Она, как и все пожилые люди, не очень здорова, но всегда говорит, что счастлива. Она любит Израиль и гордится, когда видит меня в военной форме.

Я ради своей семьи закончил армейский курс "Натив", который позволяет больше узнать о еврейской истории.

- Бывали ли в Украине, на родине бабушки?

- Еще нет. Но я хочу сделать для своей бабушки два подарка. Первый - поехать туда, где прошло ее детство, познакомиться со своими корнями. Второй - подробно описать ее историю для архива "Яд ва-Шем".

- А сами вы о чем мечтаете?

- Я планирую связать свою жизнь с армией, стать офицером ЦАХАЛа. Мне кажется, это лучшее, что можно сделать в память о погибших родных.