Netflix представил коллекцию «Палестинские истории» от сторонников BDS
Артем Добровольскийроссийский журналист
Почти 90 процентов палестинских фильмов в коллекции, выпущенной Netflix на прошлой неделе, сняты сторонниками BDS, сообщила в понедельник израильская неправительственная организация «Им Тирцу».
Коллекция под названием «Палестинские истории» собрана из 32 фильмов, большинство из которых были загружены на потоковую платформу 18 октября.
Исследование «Им Тирцу» показало, что из 28 фильмов о палестинцах, которые пока доступны в израильской версии Netflix, 25 (89%) сняты сторонниками антиизраильского движения BDS («Бойкот, изоляция и санкции»).
Авторы исследования отмечают, что 12 из режиссеров «Палестинских историй» также подписали открытое « Письмо против апартеида» в мае во время «операции «Страж стен» - военного конфликта Израиля с террористическими группировками в секторе Газа.
«Палестинцы безнаказанно подвергаются нападениям и убийствам со стороны израильских солдат и вооруженных израильских гражданских лиц, которые бродят по улицам Иерусалима, Лода, Хайфы, Яффо и других городов, скандируя «Смерть арабам!», - начиналось письмо. В нем авторы обвиняют Израиль и евреев в «линчеваниях» и «этнической чистке» «незащищенных палестинцев».
«Представлять это как войну между двумя равными по силе сторонами неверно и вводит в заблуждение», - говорится в письме. «Израиль - колониальная держава. Палестина колонизирована. Это не конфликт: это апартеид».
Это письмо подписали 12 режиссеров, фильмы которых по всему миру, в том числе и в Израиле, представил на всеобщее обозрение потоковый гигант Netflix:
Амин Найфе («Перекресток»);
Аннемари Жакир («Соль моря»);
Араб Насер и Тарзан Насер (Condom Lead);
Элия Сулейман ( «Божественное вмешательство» и «Хроника исчезновения»);
Фарах Набулси («Настоящее»);
Хани Абу-Асад ( «Омар»);
Лариса Сансур («In Vitro»);
Махди Флейфель ( «Человек вернулся», «Ксенос», «Утопающий», «Не наш мир» и «Логические выходы»);
Май Масри («3000 ночей», «Границы мечты и страха» и «Дети Шатилы»);
Наджва Наджар («Гранаты и мирра» и «Глаза вора»);
Раед Андони («Охота за привидениями»).
«Позор, что Netflix показывает пропагандистские фильмы, снятые сторонниками BDS, единственная цель которых - оклеветать и лишить легитимности единственную демократию на Ближнем Востоке», - сказал генеральный директор «Им Тирцу» Матан Пелег.
«Если Netflix хочет рассказывать реальные палестинские истории, он должен начать с установления контакта с тысячами израильских семей, члены которых стали жертвами палестинского терроризма», - добавил он.
Человек, посмотревший все фильмы о Холокосте, делится впечатлениями
Браунштейн рассказал о своем наблюдении за реконструкцией Холокоста, о том, что в его книге квалифицируется как «фильм о Холокосте» и как общественность и педагоги должны подходить к этому жанру
Книга сотрудника «Яд Вашем» Рича Браунштейна Holocaust Cinema Complete («Полный гид по кино о Холокосте) — это путеводитель по жанру, ставшему весьма популярным. Читатели будут удивлены его откровенностью.
О Холокосте было снято не менее 440 фильмов, и Рич Браунштейн видел почти все. Как научный института «Яд Вашем», читающий лекции на тему «Отражение Холокоста в кинематографе», Браунштейн имеет личный и профессиональный интерес к просмотру и каталогизации такого количества изображений еврейских страданий. «Просветительская работа в сфере Холокоста сродни работе с онкологией, поскольку вы должны отбросить свои личные чувства», — делится он.
Недавно Браунштейн опубликовал «Holocaust Cinema Complete», объемистый справочник, посвященный теме Катастрофы в кинематографе. Книга, поступившая в продажу в сентябре, содержит статистику по содержанию фильмов, эссе о методах их создания, описания и критические обзоры, а также информацию для педагогов, желающих использовать фильмы в учебных программах. Помимо полнометражных художественных лент в книгу включены фильмы, снятые для телевидения, и мини-сериалы продолжительностью менее трех часов.
Браунштейн утверждает, что видел «все фильмы, которые можно посмотреть» (за исключением не вышедших в прокат, таких как «День, когда клоун плакал» Джерри Льюиса). В книге он высказывает свое неприукрашенное мнение о таких вершинах жанра, как «Список Шиндлера», «Жизнь прекрасна» и «Кролик Джоджо» — и поклонникам этих фильмов может не понравиться его мнение.
Браунштейн родился в Портленде, штат Орегон. До переезда в Израиль в 2003 году он был продюсером, сотрудничал с знаменитым режиссером-комиком Дэвидом Цукером («Голый пистолет», «Очень страшное кино») и создателями «Южного парка» Мэттом Стоуном и Треем Паркером. Темой Холокоста он впервые заинтересовался после прочтения романа Леона Юриса «Суд королевской скамьи».
В интервью JTA Браунштейн рассказал о своем наблюдении за реконструкцией Холокоста, о том, что в его книге квалифицируется как «фильм о Холокосте» и как общественность и педагоги должны подходить к этому жанру.
— Как вам пришла идея составить каталог фильмов о Холокосте?
— Я начал коллекционировать фильмы, когда мне было чуть за 20. В Лос-Анджелесе у меня было более тысячи фильмов на кассетах VHS, но я понимал, что этот формат скоро исчезнет. Поэтому я начал с цифрового формата, но все это время я вел базу данных, в которой отделял еврейские фильмы и фильмы о Холокосте от других. Так что я всегда был внимателен к этой теме.
После переезда в Израиль я встретился с родственницей, которая училась в Израиле по программе организации Young Judea. Я спросила ее, что она изучает, и она ответила: «У нас есть курс еврейского кино. Мы только что посмотрели «Рядовой Бенджамин» [комедия 1980 года с Голди Хоун в главной роли убитой горем вдовы-еврейки, которая уходит в армию].
Я сказал: «Рядовой Бенджамин» — это не еврейский фильм. В нем есть еврейский персонаж, но это не делает его еврейским фильмом». Так получилось, что я был знаком с директором этой программы по образованию— мы с ним вместе выросли в Портленде. И вот я пришел к нему и сказал, что бесплатно проведу занятие по фильмам о Холокосте. И он сказал: «Отлично, бесплатно — это очень хорошая цена».
Потом моя дочь стала старшеклассницей, а большинство израильских школьников ездят в Польшу на экскурсии, и она была представителем своего класса. Кто-то спросил ее, будет ли она представлять государство Израиль в «Яд Вашем», на их международной конференции. Я посмотрела программу, и один из семинаров, который они проводили, был посвящен использованию документального фильма Клода Ланцмана «Шоа» на занятиях.
Я позвонил директору, с которым не был знаком, и сказал: «Я думаю, это самая большая глупость, которую я когда-либо слышал — вы думаете использовать 10-часовой документальный фильм на уроке. Ученики заснут. Проводить симпозиум, на котором вы выступаете за то, чтобы люди использовали "Шоа" в педагогических целях, — это безрассудство». И он сказал: «Похоже, вы знаете, что делаете, так что мы предлагаем выступить вам». И его отзыв приводится на переплете моей книги.
— Как вы думаете, почему снято так много фильмов о Холокосте?
— Я не думаю, что фильмов о Холокосте так уж много. Я думаю, что по отношению к общему количеству фильмов о Второй мировой войне, например, это крошечная доля. Мы знаем о фильмах о Холокосте только потому, что 25 процентов всех фильмов о Холокосте американского производства были номинированы на «Оскар». А в период 1960-2015 каждый второй год одним из лучших фильмов на иностранном языке, номинированных на премию «Оскар», была картина о Холокосте. Поэтому вы думаете, что они сыплются на вас, как снежинки в метель, но это не так. Они просто очень хорошо нацелены и очень хорошо продаются, и у нас есть голод, особенно в еврейской общине, чтобы эта история была рассказана должным образом.
Я думаю, что процент хороших фильмов о Холокосте значительно выше, чем хороших фильмов не о Холокосте. То есть, я думаю, что если я рекомендую в своей книге 50 фильмов о Холокосте из 450, это означает, что я рекомендую 11% фильмов о Холокосте. Я не могу рекомендовать 11% фильмов, из тех что я видел, не имеющих отношения к Холокосту.
— Вы используете в книге систему категоризации. Не могли бы вы нам ее разъяснить?
— Нельзя сравнивать яблоки с апельсинами; нужно сравнивать яблоки с яблоками. Я создал эти категории, это сетка. Первая графа — «фильм-жертва». Если фильм снят во время Холокоста и в основном о евреях, то это фильм-жертва, и таких фильмов около 100. Если фильм был снят в основном во время Холокоста и в нем рассказывается о том, как нееврей спасает евреев, то это «фильм о праведнике». Если фильм снят после Холокоста и в основном о выжившем, то это «фильм о выжившем». Если после Холокоста и в основном о нацисте, то это «фильм о преступнике».
У меня возникла небольшая проблема с этой системой из-за «Выбора Софи» и «Бесславных ублюдков», которые не подходят ни под одну из этих категорий, но явно являются фильмами о Холокосте, поэтому я добавил категорию «Разное или касательное».
— Вы считаете «Гарольд и Мод» и «Люди Икс» фильмами о Холокосте. Является ли фильмом о Холокосте любой фильм, если Холокост там просто упоминается?
— Нет, совсем нет. Есть множество фильмов, которые не являются фильмами о Холокосте в моих глазах, но другие люди считают их таковыми. Самые известные из них: «Книжный вор» (драма 2013 года о молодой девушке в нацистской Германии, которая крадет книги, чтобы поделиться с еврейским беженцем) и «Звуки музыки» (знаменитый мюзикл 1965 года о богатой семье в довоенной Австрии, в котором несколько персонажей — нацисты). Ни один из них я не считаю фильмом о Холокосте.
В «Гарольде и Мод», если подумать, она живет в вагоне поезда. И там есть сцена, где она едет в вагоне с Гарольдом, и он указывает на зонтик над ее очагом, а она говорит: «Это было, когда я была ребенком в Вене», и она плачет. А потом она говорит: «Но это все было раньше». Она явно выжила, а потом они показывают татуировку. Дело не только в том, что она выжила, и Хэл Эшби вписал это в фильм. Все ее существо сформировано ее опытом.
«Люди Икс» тоже, не то чтобы это был великий фильм, но не бывает «Людей Икс» без Магнето, страдающего в первые три минуты в Освенциме. Мутанты — это метафора евреев во время Холокоста, и это не скрытая метафора. Магнето сносит ворота Освенцима! Конечно, это фильм о Холокосте.
Иэн Маккеллен в роли Магнето в фильме "Люди Икс: Последняя битва"
— Наши читатели уже знают, что ваш любимый фильм о Холокосте — «Серая зона», драма 2001 года о евреях, работавших в зондеркоманде в Аушвице-Биркенау. Какие фильмы о Холокосте вам нравятся меньше всего, и что отличает плохой фильм о Холокосте?
— Это зависит от того, как далеко в канализацию вы хотите, чтобы я спустился, потому что есть фильмы, которые просто ужасны. Давайте поговорим о фильме «Чтец» [драма 2008 года, основанная на романе Бернарда Шлинка и принесшая Кейт Уинслет премию «Оскар»]. «Чтец» — это история о женщине из Восточной Германии после войны, которая очень, очень сексуальна. Но она не умеет читать. И вот она заключает с молодым человеком очень сомнительную сделку: если он ей почитает, они могут заняться сексом. А потом, после всего этого жаркого секса, мы узнаем, что эта очень милая женщина была нацистской охранницей, которая вместе с другими женщинами-нацистками заперла 300 евреев в сарае и сожгла его. И ее отдают под суд. Но она не может адекватно защитить себя, потому что она неграмотна, и мы должны сочувствовать этой женщине, которая убила 300 евреев в сарае, потому что она неграмотна. Это очень странно. Это странная идея.
Стив Бушеми и Дэвид Аркетт в фильме "Серая зона"
«Мальчик в полосатой пижаме» [британская драма 2008 года о ребенке нацистского охранника, который подружился с еврейским мальчиком, заключенным в Освенциме] — та же идея... Это было абсолютное крушение поезда. Это был просто ужасный, ужасный, ужасный фильм.
Прославление нацистов, гуманизация варваров — это для меня жесткое табу. Я буду придерживаться этой линии. И в этом моя главная претензия к «Списку Шиндлера». Оскар Шиндлер был отталкивающим, отвратительным, ужасным человеком, когда были убиты первые пять с половиной миллионов евреев. Ему было все равно, он участвовал в этом. А потом вдруг у него проснулась совесть, и он стал нормальным человеком. Он не стал хорошим человеком. Можно подумать, что кто-то, кто был винтиком, кто сотрудничал с немцами с 1936 года, возвысился.
Я знаю, это невероятно трудно услышать и сказать, но почти все фильмы о Холокосте, которые когда-либо выходили в Канаде, и режиссером которых был канадец, я не могу рекомендовать. Все они ужасны.
— Ваша книга построена отчасти как учебное пособие. В целом, как, по-вашему, следует использовать фильмы о Холокосте в образовательных учреждениях?
— Фильмы о Холокосте должны быть дополнением к урокам. Если вы преподаете Холокост, используя фильмы о Холокосте, то вам следует пересмотреть свои методы преподавания, потому что они не являются началом обучения Холокосту. Они являются его завершением. Итак, если вы хотите рассказать о том, что произошло в Биркенау, вы можете, если ваши ученики достаточно взрослые, достаточно зрелые, показать «Серую зону». Но не раньше, чем вы потратите несколько месяцев на объяснение того, что это за место.
Вы можете рассказать о Ваннзейской конференции, показать фильм «Заговор» [снятая в 2001 году для телевидения драма о планировании Окончательного решения] — замечательный фильм с Кеннетом Браной и Стэнли Туччи. Это один из лучших фильмов, которые я когда-либо видел. Но если вы не знаете, о чем они говорят, то это пустая трата времени.
— Что бы вы хотели, чтобы кинематографисты и зрители имели в виду, когда речь идет о создании или просмотре фильмов о Холокосте?
— Давайте с самого начала определим, что каждый исторический повествовательный фильм, будь то «Линкольн», «Арго» или «Аполлон --13», — это беллетризованный рассказ о том, что произошло. Каждый повествовательный фильм — это вымысел. Если намерение состоит в том, чтобы представить что-то правдивое, что произошло, тогда это поднимает планку, и вы должны быть в состоянии определить, какие элементы правды уместны, а какие не имеют отношения к делу.
Есть разница между просмотром «Бесславных ублюдков» и «Списка Шиндлера». Все должны знать после просмотра «Inglourious Basterds», что Адольф Гитлер не был убит в кинотеатре. Но вы не знаете, когда смотрите «Список Шиндлера», что евреев не вели в душ двойного назначения, в котором действительно была вода, но который был герметично закрыт, и что евреи, идя туда, думали, что их могут отравить газом. Искажение сцены в душевой в «Списке Шиндлера» настолько вопиюще, что разрушает достоверность фильма.
Вторая вещь — в контексте всего кинематографа, где он находится? Нужна ли мне еще одна такая тема? Каждая история, в принципе, уже была рассказана. Мы все знаем, в общих чертах, что произойдет. Альтернатив не так много — люди живут или умирают. Но будут ли они рассказывать новую историю по-новому?
Я должен четко сказать: когда я сажусь за любой фильм, о Холокосте или нет, я самый оптимистичный человек в мире. Я хочу, чтобы фильм удался. Я верю во все, что смотрю, пока меня не заставят в это не поверить. И даже тогда я сижу и пытаюсь найти какую-то причину, чтобы полюбить этот фильм.