О книге Фриды Юсуфовой «Ковроплетение горских евреев»
Книга «Ковроплетение горских евреев» является своего рода памятником тем женщинам-мастерицам, благодаря которым древнее искусство не было утрачено
Хана Рафаэлькорреспондент СТМЭГИ
Предлагаю вашему вниманию беседу с женщиной, которая посвятила годы кропотливой работе по сохранению культурной памяти своего народа. Фрида Юсуфова — исследователь, собиратель архивных данных, автор фундаментального труда о ковроплетении у горских евреев — не просто описала это ремесло, но восстановила целую живую ткань судеб, имён и традиций. Её книга «Ковроплетение горских евреев» является своего рода памятником тем женщинам-мастерицам, благодаря которым древнее искусство не было утрачено.
«Ковры окружают нас с младенчества, – какой горский еврей, а тем более, если он из Азербайджана, не родился на ковре, не засыпал, глядя на причудливые узоры, не делал первых шагов на мягком ворсе? В самом раннем детстве, будучи любознательным ребёнком, я подолгу внимательно разглядывала затейливые узоры бабушкиных ковров», — из книги Ф.Б. Юсуфовой «Ковровое искусство Азербайджана».
– Сегодня наша встреча посвящена выходу вашей очередной книги, рассказывающей о славных ковровых мастерицах Красной Слободы и об этом ремесле в целом. Как возникла идея написание этой книги?
– Идея написать эту книгу пришла ко мне очень давно, в те далёкие времена, когда я жила в Баку. Дело в том, что самая младшая сестра моей свекрови, Шушан Азариё Юсуфова-Гаврилова (в честь которой названа моя младшая дочь, известная израильская писательница). Шушан Азариё была наставницей и бригадиром ковроткачих в 1930-1938 гг. в ковровой артели Еврейской слободы Губы. В революционные 20-ые годы их семью сослали из Баку, но, к счастью, не в Сибирь, а в Еврейскую Слободу — потому что все своё бакинское имущество они отдали добровольно, включая бондарный цех, два дома по улице Бондарной (Димитрова) №53-55 и две нефтяные вышки, в Балаханах и Сураханах. Шушан в 10 лет пошла в артель ученицей, а в 13 стала бригадиром и наставницей ковроткачих — настолько быстро и на высоком уровне она освоила ремесло, а затем стала создавать свои собственные узоры.
Шушан Юсуфова-Гаврилова
Шушан была очень ловкой, коммуникабельной, а в те времена было непросто привлекать женщин к работе и организовывать их. В артели, располагавшейся прямо в Еврейской Слободе, сформировалась целая плеяда ковроткачих, которых она обучила. К этому моменту у неё уже было много учениц. Работать девушки шли с 13-14, а учиться — иногда и с 10-12. Юных ковровщиц стали называть народными умелицами. Руководители артели придавали серьёзное значение подготовке кадров. Так, Морголут Ханукаева и Хая Илизарова пришли в артель в возрасте 12 лет и увлеклись искусством ковроделия. Их наставницами были известные искусные ковроткачихи того времени: Пурим (фамилия мне неизвестна) и Шушан Азарийо Юсуфова.
В конце 1938 г. Шушан выдали замуж в Ленинград за Натаниля, сына известного губинско-дербентского купца Рафоиля Гэвриля. Натанил был студентом Ленинградского горного института, где учился вместе со своим другом и родственником Александром Ханукаевым, который в будущем станет профессором и вообще известнейшей личностью.
В суровом блокадном Ленинграде 1942 года вся семья Гавриловых — Шушан, Натаниль и их девятимесячный сын Доник погибают. Об этой трагедии рассказал нам друг их семьи Александр Ханукаев и подруга Шушан, Лидия Ханукаева, когда я и моя свекровь Мазанту Азарьё Биньми Юсуф встречались с ними в 70-х годах в Ленинграде. Эту печальную история, кот семья моей свекрови – пронесла сквозь годы.
Окончательное же решение приступить к работе над этой книгой я приняла, когда в очередной раз мне на глаза попалась пожелтевшая фотография начала 20 века из семейного альбома. На ней запечатлены три юные мастерицы с только что сотканным ковром «Хиле-Авшан». В центре Шушан Азарийо Юсуфова, бригадир–наставница ковроткачих из Красной Слободы, сестра моей свекрови Мазанту Азарийо. Рядом с ней — её двоюродные сёстры Тейло и Йофо Исаковы.
Эта фотография и несколько других стали отправной точкой моего путешествия в мир ковроделия горских евреев. Глядя на лица этих девушек, я поняла, что «за каждым ковром стоит судьба, за каждым узором — история семьи, за каждой нитью — молитва».
Морголут Ханукаева
В моей книге, которую я называю каталогом, я рассказываю историю легендарных ковроткачих — всего их более 250. Многие из них — ученицы Шушан или ученицы её учениц. Когда Шушан уехала в Ленинград, дело продолжили девушки, которых она обучила — их ремесло не прерывалось.
– Насколько сложно было собирать материал для этой книги?
– Многие годы собирала данные буквально по крупинкам — было очень сложно. После длительного изучения (опросы, выяснения, поездки, интернет-путешествия) я установила, кто изображён на многих уникальных фото с ковроткачихами и купцами из Еврейской-Красной Слободы, а также из горных районов Азербайджана, где особенно широко было распространено это ремесло. Эти фото, бережно хранимые, любезно предоставлены потомками семей Агаруновых, Осиповых, Сасуновых, Лалаевых, Шаломон и др., с которыми я знакома и дружу много лет. Безмерно рада что, почти все фото надписаны. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить эти семьи за уникальные фотоматериалы.
Ковер "Пирбедиль"
Помимо ковроткачих, в книге можно найти материалы о купцах из числа горских евреев, которые имели магазины знаменитых азербайджанских ковров в Москве и даже в Стамбуле, а позже — в Лондоне и во Франции. В книге также приводятся имена реставраторов ковров и данные о натуральных красителях, которыми окрашивали шерстяную пряжу, и конечно много исторических фотографий, предоставленные их наследниками, поэтому информация в книге основана на живых источниках.
Одна из старейших (ей далеко за 90) ныне здравствующих легендарных ткачих — наставница, бригадира, преподаватель — с которой я очень близко знакома, предоставила фото своей бригады и слава Всевышнему, что она в своём преклонном возрасте имеет светлую память, назвав всю свою бригаду по именам и фамилиям: это Шунамит-Рая Хаимова.
Шунамит-Рая Хаимова
К сожалению, я не успела пообщаться лично с одной из самых известных ткачих и наставниц Красной Слободы, которая одной из первых репатриировалась с семьёй в Израиль и жила в Акко: Гевер Шоул Иното. Её наставницей была Шушан Азариё Юсуфова. Живя в Акко, я познакомилась с её дочерью Марал, которая сама была преподавателем, известной мастерицей и наставницей юных ковроткачих.
Сейчас Марал в преклонном возрасте, живёт в Акко и, к большому сожалению, тяжело болеет. В знак благодарности первый экземпляр каталога я подарила ей и другим семьям ткачих.
Марал
– Известно, что в книге много изображений ковров. Какая часть из них содержит еврейскую тематику?
– Именно это и подтолкнуло меня к созданию второго каталога. В Музее ковра в Азербайджане я увидела ковры с явными символами иудаики: вытянутые магендовиды и меноры (стилизованные подсвечники) в орнаментах. В конце книги помещены три каталога с изображением ковров — в основном с танахическими символами и еврейской тематикой.
Хая Илиизир
Первый каталог ковров состоит из моей личной коллекции и частных собраний моих друзей. В нем несколько ковров с иудаикой и танахической символикой. В кайме знаменитого старинного ковра «Пирэбэдиль» изображены ивритские буквы, на другом ковре — по углам «Менора», на одном из ковров изображена синагога, на другом ковре изображено «Жертвоприношения Ицхака».
Во втором каталоге представлены ковры врача-терапевта из Красной Слободы Лазера Абрамова — самобытного художника-дизайнера, ковроведа, коллекционера, специалиста в области декоративно-прикладного искусства. Имея уникальную коллекцию старинных ковров с иудаикой, он сам создаёт пиксельные рисунки своих ковров, а затем отдаёт ткачихам-мастерицам, которые ткут ковры по его рисункам, которые он дарит своим детям и родным.
Фрида Юсуфова за ткацким станком
В третий каталог вошли ковры Альберта Рафиева из Красной Слободы, члена Союза художников и сообщества ковроделов Азербайджана. Он также является самобытным художником-дизайнером и коллекционером. Альберт Рафиев — автор серии ковровых работ «Праздники и традиции горских евреев Красной Слободы со знаками и символами иудаики».
– Кто ещё помогал вам собирать информацию и из каких стран?
Конечно, в моём каталоге есть фото старинных ковров и информация о них, предоставленная моими родными и друзьями из России, Германии, Америки, Канады и, конечно, из Израиля. Тесно общаюсь со своими друзьями и коллегами из СРПИ и ВСПГЕ по всему миру, провожу в этих странах мероприятия от своего Всемирного конгресса горско-еврейских женщин, от Международного конгресса «Содружество народов мира», также в рамках других международных проектов. Я бываю в Канаде, США, Москве, Германии.
Встречаюсь со своими учениками из чата «Zuhun dedei», где живут потомки ковроткачих, красильщиков, торговцев коврами, с которыми я общаюсь. Сейчас работаю над новой книгой. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить всех, за предоставленные фото. Все, кто предоставил фото и небольшую информацию о коврах получили в подарок мой каталог.
Премьера фильма Р. Асадова «Традиции из глубины веков» состоялась в Иерусалиме
Эстафету показов приняла Русская городская библиотека Иерусалима
Хана Рафаэлькорреспондент СТМЭГИ
Как мы уже писали, в самом начале февраля в посольстве Азербайджана в Тель-Авиве состоялась премьера азербайджано-израильского документального фильма Руфата Асадова и Центра Sholumi «Традиции из глубины веков», а уже 10 февраля эстафету показов приняла Русская городская библиотека Иерусалима, где состоялся очередной просмотр картины, посвящённой художнику и ковроделу Альберту Рафиеву.
Показ был организован председателем столичного отделения Ассоциации «АзИз» Александром Аграновским и его заместителем Эльхананом Аароном. Фильм продолжил своё культурное движение по Израилю, собирая вокруг себя тех, кому близка тема памяти, традиции и духовной преемственности. Показ превратился в вечер памяти, музыки, воспоминаний и живой связи поколений.
Русская городская библиотека Иерусалима давно стала площадкой диалога культур. В её стенах уже не в первый раз звучит имя Руфата Асадова, здесь показывали и другие его работы, посвящённые истории евреев Азербайджана. Вечер открыл Александр Аграновский. Он говорил о важности подобных встреч, о том, что культурная память не может существовать в вакууме — она живёт только тогда, когда её разделяют многие.
Затем слово было предоставлено директору библиотеки Кларе Эльберт. В своём обращении она тепло поблагодарила Александра Аграновского и исполнительного директора Ассоциации «АзИз» и руководителя Центра Sholumi Шауля Симан-Тов — за то, что библиотека из года в год становится местом проведения значительных культурных мероприятий. Клара Эльберт напомнила, что в прошлом году библиотека отметила своё 30-летие. Три десятилетия – срок, за который формируется не только фонд книг, но и особая атмосфера. «Мы всегда рады таким встречам, — подчеркнула она, — потому что они наполняют стены библиотеки живым дыханием истории».
Следующим к микрофону вышел Эльханан Аарон. Его выступление носило особенно личный характер. Он рассказал о своём детстве в Азербайджане, о поездках в Красную Слободу. Слова постепенно перешли в музыку. Эльханан исполнил лирическую песню на азербайджанском языке, и в зале возникло ощущение, будто расстояние между Иерусалимом и Азербайджаном исчезло.
После этой проникновенной вступительной части начался показ фильма. Картина «Традиции из глубины веков» — это не просто биографический очерк, это размышление о корнях, об идентичности, о художественном языке как хранителе памяти. В центре повествования путь Альберта Рафиева, начинающийся в Красной Слободе. Через архивные материалы, воспоминания, детали ковровых орнаментов режиссёр создаёт многослойный портрет человека, который сумел соединить традиции Азербайджана и духовное наследие горских евреев.
Особую символику вечеру придавало присутствие самого героя. Живущий в Москве Альберт Рафиев приехал на показ вместе с братом, прибывшим из Вашингтона, и двумя сёстрами, живущими в Ор-Акиве. Семейное присутствие усиливало ощущение подлинности происходящего.
После финальных кадров фильма к микрофону пригласили режиссёра Руфата Асадова. Он рассказал о работе над картиной, о поиске архивных материалов, о стремлении не просто зафиксировать биографию художника, но и показать внутреннюю философию его творчества.
Затем выступил продюсер фильма Шауль Симан-Тов, он говорил о роли Центра Sholumi в сохранении культурного наследия, о том, что подобные проекты являются мостами между поколениями и странами.
Лия Мигдашиева, научный консультант последних фильмов Асадова, говорила не только как историк, но и как уроженка Красной Слободы. Её выступление придало вечеру не только академическую глубину: она подчеркнула, что документальное кино становится важным инструментом сохранения коллективной памяти.
После неё слово получила Сара Рахмани. Прежде чем перейти к поэзии, она поделилась личными впечатлениями от увиденного. Говорила не как сторонний зритель, а как человек, выросший в тех же местах, о которых шёл рассказ в фильме. В её голосе звучала благодарность — за бережное отношение к памяти, к корням, к живой ткани культуры. Когда Сара объявила, что прочтёт стихотворение, посвящённое Азербайджану, написанное на языке джуури, в зале воцарилась особая тишина. И именно в этот момент произошло то, чего никто не планировал. Альберт Рафиев тихо поднялся со своего места и направился к стоявшему в зале фортепиано. Он не сказал ни слова. Просто сел за инструмент — и первые аккорды азербайджанской «Баяты-Шираз» мягко легли под поэтические строки. Так родилась спонтанная музыкально-поэтическая миниатюра — соединение слова и звука, памяти и чувства. Это был не заранее подготовленный номер, а естественный отклик художника на поэзию, на атмосферу вечера, на ту общую волну воспоминаний, которая объединила зал. Исполнение было тонким, проникновенным, почти исповедальным. И в этот момент фильм словно вышел за пределы экрана — он продолжился в живом дыхании музыки и слова, уже не как кино, а как общее переживание.
После музыкального сюрприза Альберт Рафиев выступил сам, а затем ответил на вопросы зрителей. Вопросы касались и художественной техники, и семейной памяти, и судьбы Красной Слободы сегодня.
Важно отметить, что среди пришедших были не только выходцы из Азербайджана и представители горско-еврейской общины. В зале присутствовали люди из разных общин Иерусалима. И это стало ещё одним подтверждением универсальности темы – ведь разговор шёл о памяти, традиции и культуре как о ценностях, выходящих за пределы национальных рамок. Вечер завершился в атмосфере домашнего тепла. Люди не спешили расходиться, продолжали беседовать, делились воспоминаниями, благодарили организаторов.
Показ в Иерусалиме стал логическим продолжением израильской премьеры фильма и ещё одной важной точкой в его культурном путешествии. Фильм «Традиции из глубины веков» подтверждает: искусство остаётся мощным инструментом сохранения памяти. А подобные вечера напоминают, что традиция жива не в архивах – она жива там, где звучит музыка, где читают стихи на языке предков, где художник сам садится за фортепиано и продолжает рассказ без слов.
Иерусалимский вечер стал подтверждением простой и одновременно глубокой истины: культура живёт там, где есть люди, готовые её беречь и поддерживать. А то чувство искреннего, почти семейного тепла, с которым зрители покидали зал, стало самым точным показателем того, что фильм достиг своей главной цели – он не просто рассказал историю, он объединил людей вокруг неё.
Успех показов в Тель-Авиве и Иерусалиме – лишь первая глава в культурной судьбе фильма. Впереди у «Традиций из глубины веков» встречи в других городах и странах, где живут евреи-выходцы с Кавказа, в культурных и образовательных центрах, где изучают историю еврейских общин Востока. Каждая новая аудитория станет продолжением того разговора, который начался в Израиле – разговора о корнях, памяти и ответственности перед прошлым.
