Об этом для сайта «Гордон» пишет руководитель Ассоциации медицинских центров Израиля МЕДЕС Роман Гольдман:

- Через руки израильских врачей за последние 15 лет прошли сотни и сотни тысяч пациентов из бывшего СССР. Люди приезжают из России, Украины, Казахстана, Молдовы и других стран постсоветского пространства. Приезжают, заранее зная, что придется платить большие деньги, некоторые вынуждены собирать их с помощью пожертвований. Но это не останавливает пациентов, потому что цена вопроса, как правило, жизнь. И очень часто оказывается, что результаты обследования и назначаемое лечение для этих пациентов в Израиле отличаются. По израильским данным – каждый третий диагноз, поставленный таким больным на родине, ошибочен. Отсюда неправильная тактика лечения и печальные последствия – упущенные возможности, запущенные стадии болезни, необходимость в длительном лечении или сложной операции. Это, собственно, не секрет, что Израиль стал огромным приемным покоем для медицинских туристов из разных стран. Это движение одностороннее – если десятки тысяч человек приезжают в Израиль даже не лечиться, а спасать жизнь, то нет израильтянина, который бы лечился, например, в Харькове или Нижнем Тагиле.

К своим коллегам израильские медики относятся с большим уважением, понимая их трудности и в каких подчас условиях им приходится работать. К врачам претензий нет, большая часть, конечно, любит свою работу, среди них немало самоотверженных людей и отличных специалистов. Проблема в системе, вернее – в ее отсутствии. Из-за этого медицина в странах бывшего СССР оказалась как бы на обочине, отставая от западной минимум на 25 лет. И дело не в технологиях, оборудовании или лекарствах. В конце концов, все это продается и покупается. В этих странах, к сожалению, нет такого понятия, как "система здравоохранения", система, главная цель которой – забота о здоровье граждан и снижении заболеваемости и смертности.

Современная медицина на Западе называется evidence based medicine", или – доказательная медицина. Когда вся работа строится на изучении больших групп больных, течение заболеваний, фактов для оперативной выработки современных и единых стандартов диагностики и лечения. Это большая постоянная совместная работа тысяч специалистов, входящих в две главные ассоциации врачей – европейскую и американскую: изучаются результаты исследований, статистика и на основе этих фактов вырабатываются рекомендации, имеющие силу стандарта. В СНГ такого нет. Медицина изолирована от мира и очень плохо взаимодействует с глобальным здравоохранением, а значит, ухудшается качество лечения и усугубляется отставание.

Там медицина практикуется индивидуальная. Доктор сам решает, какой препарат дать, какую тактику выбрать, какой способ лечения применить, часто ни с кем не советуясь. В западной медицине решения принимают мультидисциплинарные команды. Историю пациента смотрят несколько специалистов, разных специальностей и вместе принимают решение, как его лечить и что делать. Если речь идет, например, об остеосаркоме, клинический онколог не назначит химиотерапию без консультации с ортопедом, радиологом и хирургом. В СНГ первый, к кому попал пациент часто назначает свое лечение, не советуясь с другими и не коррелируя его. В итоге, бывают поразительные случаи, когда онкологического больного направляют на операцию, хотя необходимо предварительно провести курс облучения или химиотерапии. Израильские врачи постоянно сталкиваются с последствиями такой работы.

Западная медицина, к которой относится и израильская, – экспертная! Каждый врач имеет узкую специализацию. Врач, специализирующийся в онкологии мягких тканей и костей, не берется лечить рак груди, а хирург, оперирующий печень, не будет делать операцию на коленном суставе. На подготовку узкого специалиста, того же онколога, уходит 15-20 лет, только после этого доктор становится экспертом в своей области. Хирурги начинают самостоятельно оперировать только после 15 лет практики. Здесь всячески поощряется стремление и желание врача учиться. Израильский доктор обязательно проходит стажировку в крупных медицинских центрах Европы или США, причем в течение нескольких лет! Кроме того, например, в Израиле, каждый врач – исследователь, ученый. Специалист высокого уровня обязательно занимается научной работой и все свои результаты отправляет в ассоциации, где они используются для разработки стандартов.

В современной медицине, которая сейчас развивается очень динамично, невозможно работать без знания английского языка, а в странах бывшего СССР им владеют только немногие врачи. Хотя вся современная литература, научная и практическая, все протоколы и алгоритмы составлены на английском. Без знания этого языка невозможно оставаться в русле последних исследований или пройти стажировку в крупной медицинском центре за рубежом.

Отдельная проблема – средний медперсонал. Медсестра или медбрат в том же Израиле – это дипломированный специалист с высшим образованием, который в некоторых вещах разбирается не хуже врача. По сути, вся текущая работа с пациентом в отделениях израильских больниц держится на медсестрах и медбратьях, а старшая медсестра или старший медбрат отделения во многих вопросах – очень важная фигура в отделении. Отличный хирург может провести блестящую и сложнейшую операцию, но без грамотного ухода, которым как раз и занимаются медсестры, без правильной реабилитации, все ее результаты могут быть утрачены.

В странах бывшего СССР не любят статистику. Она пугает людей и раздражает начальство. Или ее подгоняют для получения нужных результатов. Но в том то и дело, что статистика – основа всего. Она дает реальную картину происходящего, демонстрирует успехи или провалы, и самое плохое в этой ситуации – пытаться ее менять под свои требования. На основе массы данных появляются объективные критерии. Врачи не любят бюрократию, но в данном случае она оправдана. В Израиле на каждое свое действие врач дает пациенту бумагу, где объясняет почему он решил так поступить. Каждый шаг документируется, и все это поступает в общий поток информации, которую тщательно изучают. Стандарты – вот на чем стоит западная, и в частности, израильская медицина с ее успехами. Четкие алгоритмы действий очень облегчают жизнь и врачам, и пациентам, сводят к минимуму вероятность ошибок. Простой пример – во время пандемии коронавируса были очень быстро выработаны четкие инструкции и регламенты для персонала больниц. В медицинском центре "Ихилов" среди 6 тыс. сотрудников не было ни одного медика, заразившегося от пациентов. В России же – уже сотни медработников заразились COVID-19.

Если говорить о причинах такого состояния здравоохранения – дело в акцентах. Еще в самом начале истории государства Израиль здравоохранение было названо одним из трех главных приоритетов в развитии страны. В этом был очевидный смысл – здоровые люди больше работают, больше платят налогов, меньше требуется расходов на выплаты по нетрудоспособности и лечение. Здоровые граждане выгодны государству. Здравоохранение – это интегральная часть эффективной государственной системы, оно не может существовать отдельно. Если не выделяется достаточно денег на создание и оснащение клиник, врачи получают грошовые зарплаты, отсутствует качественное медицинское страхование – возникают все сопутствующие проблемы и растущие расходы на содержание болеющего населения. На Западе чиновники минздрава – это администраторы, которые должны правильно расставлять акценты и распределять деньги, а врачи делают все остальное. В бывших советских республиках – врачи сами становятся менеджерами здравоохранения. Но они ни функционально, ни, зачастую, эмоционально не подготовлены к такой работе – это, по сути, профессии, требующие абсолютно разных профессиональных навыков и знаний.

Трудно придумать отрасль, более интернациональную и космополитичную, чем медицина. В этом деле нет границ или национальностей. У нас, в Первом медицинском центре Тель-Авива, каждый сотрудник твердо знает: в медицине не может быть никаких симпатий и антипатий – только стремление найти истину и помочь пациенту. По большому счету, цель одна – поставить правильный диагноз и вылечить больного. Народная мудрость гласит – хороший терапевт избавит от хорошего хирурга. У системы здравоохранения цель более глобальная – здоровье нации, и без изменения подходов и моделей, отставание в уровне медицины будет лишь усиливаться. По сути, у здравоохранения в странах бывшего СССР есть последний шанс догнать западную систему, иначе неизбежно медицинское банкротство. В XXI веке люди уже не должны умирать от банальных инсультов и инфарктов, если даже рак уже перестал быть смертным приговором.