Памяти еврейских воинов
25 ноября активисты Еврейской общины Тулы приняли участие в вечере, посвящённом 100-летию...
25 ноября активисты Еврейской общины Тулы приняли участие в вечере, посвящённом 100-летию Константина Симонова и событиям, описанным в первой части его трилогии «Живые и мёртвые!».
Мероприятие, организованное городским советом ветеранов, прошло в Тульском государственном музее оружия. Членов еврейской общины пригласили для получения сведений о евреях-военнослужащих 110-й и 172-й дивизий.
Подавляющее большинство погибших под Могилевом туляков долгое время числились пропавшими без вести
Тульский краевед-исследователь, Евгений Барышников вручил землякам и родственникам бойцов копии архивных документов на военнослужащих, пропавших без вести в боях за город Могилёв летом 1941 года.
На вечере были показаны фрагменты из фильма «Живые и мертвые» о событиях, происходивших под Могилевом летом 1941 года, где гитлеровцам противостояли 110-я и 172-я стрелковые дивизии, переброшенные на фронт из Тульской области, где они формировались и базировались.
Подавляющее большинство погибших под Могилевом туляков долгое время числились пропавшими без вести. В составе 172 дивизии находился военный госпиталь. Медперсонал и четыре тысячи раненых при отступлении армии оказались на территории захваченной гитлеровцами.
В ночь, когда немецкая армия вошла в Могилёв, врачи и медсёстры переписали истории болезни евреев, коммунистов и офицеров, записав их рядовыми или местными крестьянами.
Таким образом госпиталь какое-то время работал, и вылеченные бойцы уходили к партизанам. Когда предатель донёс фашистам о подпольной работе врачей, то медперсонал и больные были арестованы и расстреляны.
Были зачитаны записи из военных дневников Константина Симонова, где упоминался боец 172-й дивизии Израиль Черняк, награждённый орденом Красного Знамени.
Копии архивных записей на пропавших без вести рядового Израиля Черняка, военного техника Арона Горина, рядового Самуила Штерна и политрука Якова Бакмана вместе с капсулой могилёвской земли были переданы председателю еврейской общины Ерухому Шальмиеву.
Евгений Барышников рассказал, что помимо тех сведений, что он передал представителям общины, у него есть еще много материалов по погибшим и пропавшим без вести евреям-военнослужащим из 110-й и 172-й дивизий. В ближайшее время планируется встреча с ним в Еврейской общине Тулы.
Работа, связанная с установлением данных по евреям-красноармейцам, – одна из наиболее сложных, и члены общины безмерно благодарны Евгению Ивановичу за то, что он делает так много для увековечения памяти евреев, погибших в годы Великой Отечественной войны.
Алеф-бет – учи алфавит!
В этой недельной главе Торы Иаков покидает свой дом в южном Израиле (точнее, сбегает оттуда) и отправляется в...
В этой недельной главе Торы Иаков покидает свой дом в южном Израиле (точнее, сбегает оттуда) и отправляется в родной город своей матери, Ханар.
Мидраш учит нас, что в пути его ограбил, украв всё имущество, его собственный племянник Элифаз, сын Эсау.
Это был одинокий человек в крайне неблагоприятных условиях, обманутый и ненавидимый собственным тестем…
После того как он на 14 лет задержался в великой Академии-ешиве того времени, главой которой был пра-пра-правнук Ноя Эбер, он наконец прибыл в Ханар. Там его хитроумный дядя Лабан обманывал его при первой возможности – даже приветствуя, он поцеловал его лишь для того, чтобы проверить, не спрятал ли тот во рту драгоценные камни.
Он женился на обеих дочерях Лабана и оставался в доме своего тестя на протяжении 20 лет (подвиг, достойный восхищения даже в абсолютно нормальной ситуации…). Здесь он взрастил 11 или 12 колен и дочь так, как это было принято в доме его деда Авраама и отца Исаака, а затем наконец вернулся в Израиль.
Это был одинокий человек в крайне неблагоприятных условиях, обманутый и ненавидимый собственным тестем, работавший с утра до ночи на благо своей семьи, вдалеке от своих родных и отчего дома на протяжении более трех десятилетий лет.
В довершение всего в его памяти запечатлелся его брат-близнец Эсау; если бы он попал к нему в руки, то Иаков хладнокровно убил бы его за то, что тот украл у него благословение.
Он мог бы с легкостью поддаться обстоятельствам и давлению и создать в доме нездоровую атмосферу, создав неблагополучную семью, в которой дети слышали бы скорее «Не смей, а то убью!», нежели «Я люблю тебя». В которой дети знали бы, что отличаются друг от друга, но не могли бы оценить, почему они разные.
Социологи наверняка сказали бы, что он повлиял бы на детей и вырастил людей, настроенных резко против «архаичных», «обременительных» ценностей их праотцев.
Но так не случилось: каждый ребенок в отдельности и все вместе сохраняли лояльность к его наследию, почитая Иакова и поддерживая традиции еврейского народа.
Человек, остающийся твердым в своих убеждениях, упорно сопротивляющийся ненависти и вражде, вызывает восхищение!
У вас нет ни малейшего понятия о ценностях, даже если вы выучили, как расщепляется атом или знаете 4/5+4-000=__
Мои собственные бабушки и дедушки, как с маминой, так и с папиной стороны, выросли в СССР при советской власти и знали, что миллионы их еврейских братьев и сестер пали за утопические мечты Карла Маркса и товарища Ленина.
А их соседи и друзья, а также братья и сестры одного моего дедушки, гибли за привлекательную бессмыслицу, мои храбрые предки (и многие другие) вызвали бурю, опасную для их жизни. Сегодня их потомки, количество которых возросло в три раза, продолжают их дело.
Так в чем же они черпали силы и решительность?
Ответ кроется в истории Иакова.
Каким образом он узнал, что важно? Четырнадцать лет он был погружен в молитвы и изучение Торы. Четырнадцать лет чистой святости. И лишь после этого он осмелился войти в мир бизнеса, в котором, между прочим, феноменально преуспел.
Подобным образом и силы, черпаемые в ешивах, где учились мои дедушки, становятся той самой отдачей.
У вас нет ни малейшего понятия о ценностях, даже если вы выучили, как расщепляется атом или знаете 4/5+4-000=__. Да, знания необходимы, но маленькие и впечатлительные дети должны сперва и прежде всего погружаться в изучение ценностей и веры – в Тору.
Начинай учить ребенка алеф-бет – и только затем преподавай ему весь алфавит.
И уже через несколько лет (время летит…), когда твои собственные еврейские внуки споют «У меня есть маленький Дрейдл», сидя у тебя на коленях, ты будешь счастлив, что сделал это.
Автор: Леви Автзон




