Оригинальные переводы произведений Шекспира с английского на иврит имеют любопытное прошлое и могут быть старше, чем вы думаете.

И сегодня значимость шекспировских пьес такова, что Бард (в собственном лице, или в лице философа Фрэнсиса Бэкона, или графа Оксфордского, или графа Ратленда) никогда не исчезнет из нашего культурного поля. Его пьесы бессмертны и полны вечного смысла по крайней мере на елизаветинском английском. А их переводы – отдельная сложнейшая тема.

Один из самых известных переводов произведений Шекспира на иврит – безусловно, перевод «Ромео и Джульетты», сделанный Исааком Эдвардом Сэлкинсоном. Многие полагают, что он создан в эпоху развития еврейского ишува и растущего государства Израиль, когда популяризация мировой классики на иврите была чрезвычайно актуальной практикой.

Это, увы, совсем не так. Потому что случилось гораздо раньше.

«Ромео и Джульетта» Шекспира, переведенные на иврит Сэлкинсоном. 1878 год

Хаскала – еврейское просвещение – началась задолго до первого сионистского конгресса в 1897 году и уж конечно, задолго до того, как Элиэзер Бен-Иегуда, отец современного иврита, начал свой проект стандартизации иврита, чтобы он стал языком современного еврейского народа.

Справка.
Хаскала (от сехель – здравый смысл, интеллект), – идеологическое мировоззрение, которое возникло в 1770-х годах, а его последняя стадия завершилась примерно в 1881 году с ростом еврейского национализма. Ставило своими целями сохранение евреев в качестве отдельного, уникального этноса, моральное обновление и оптимальную интеграцию евреев в общество, включая изучение языка и принятие современных ценностей, культуры и внешности.

Но революция иврита была начата такими людьми, как Исаак Эдвард Сэлкинсон. Они стремились сделать шедевры нееврейского мира доступными для евреев, которые не владели письменными языками стран в которых жили. Именно тогда революционные маскилим (приверженцы движения Хаскалы) работали над преобразованием иврита из языка религии в язык литературы.

Исаак Эдвард Сэлкинсон

Литовский еврей Ицхак Салькинсон родился в белорусском Шклове в 1820 году.

Его отец был хорошо известным во всем регионе ученым, хотя и не был раввином. Когда Ицхак был еще маленьким, мать умерла, а отец снова женился. Мальчик сильно страдал от мачехи, но был очень близок с отцом. В 17 лет он решил идти в Могилёв, чтобы там совершенствоваться в науках. Уже тогда у него проснулся интерес к Хаскале. Но боясь призыва, сначала он бежал в соседнюю деревню, где его приютил корчмарь. Там он подружился с местным хазаном и помог тому разобраться с религиозными вопросами. Тем временем корчмарь решил выдать за образованного и симпатичного Ицхака свою внучку. Но хазан помог юноше ускользнуть и добраться до Вильно.

В Вильно Сэлкинсон познакомился с прогрессивной семьей Элиашевич и под влиянием отца семейства начал изучать грамматику иврита и немецкого языка, в чем невероятно продвинулся. Влюбился в дочь Элиашевича и на этой волне сделал свой первый перевод. Уже в этом переводе – первом акте пьесы Шиллера «Коварство и любовь» (на иврите – «Nechelim veAhavim»), его талант оказался совершенно очевиден. Однако, поскольку дочь Элиашевича не ответила на его чувство, он покинул их дом и начал путешествовать; планировал приехать в Германию и возобновить учебу, но по непонятным причинам изменил решение и поехал в Лондон.

Там он встретил христианских миссионеров, в 1849 году обратился и стал Исааком Эдвардом Сэлкинсоном, в 1856 году был назначен пресвитерианским пастором и проповедовал в венской англиканской церкви. После его обращения община, которую он оставил, от него отреклась, призвав на его голову гнев Г-день.

Именно тогда он начал серьезно работать над разными переводами и посещал популярные салоны. Там встретил Переца Смоленскина, известного интеллектуала и редактора еврейского периодического издания «Рассвет». Смоленский, осознав значительный талант Сэлкинсона к переводу, призвал его начать переводить великую литературу мира на иврит.

Противоречия движения «Хаскала» – этого важного и необходимого этапа в истории еврейства, которое, с одной стороны, привело к росту ассимиляции, а с другой – посеяло семена национального еврейского возрождения, отразились и в деятельности Сэлкинсона, в отношении к нему со стороны еврейского образованного общества.

С одной стороны, он делал великие западные романы доступными для большинства евреев, но с другой стороны, он обратился – и недвусмысленно поощрял евреев делать то же самое. У него были поклонники и ненавистники. Его другу Перецу Смоленскину было трудно его защищать, а многим евреям того времени было трудно принять переводы еврея, принявшего христианство.

Тем не менее, Исаак Сэлкинсон остался в нашей благодарной памяти. Он перевел «Ромео и Джульетту» и дал героям ивритские имена. Эта книга, «Рам ве-Яэль», доступна для чтения в Национальной библиотеке Израиля.

Он был известен верностью оригинальному тексту, сохраняя дух иврита, который характеризовал как библейский и литургический язык, и бережно сохранял шекспировский пятистопный ямб.

В дополнение к «Ромео и Джульетте» Сэлкинсон перевел и «Отелло», изменив название с «Отелло, венецианский мавр» на «Итиэль Ха'Куши Ми'Венеция».

Шекспировская трагедия «Отелло, венецианский мавр», переведенная на иврит Сэлкинсоном; 1874 г.

Несмотря на трудности, с которыми он столкнулся, соединяя шекспировские миры Ромео, Джульетты, Отелло с их изложением на древнейшем языке, Сэлкинсону удалось это сделать вполне успешно. Пьесы Шекспира вошли из английского в еврейский мир.

Древняя культура в очередной раз приняла в себя новые ценности.