В аэропорту имени Бен-Гуриона чернокожую женщину несколько часов оскорбляли и унижали на расовой почве местные сотрудники службы безопасности, которые отказывались поверить, что она работает на еврейскую организацию, пишет издание The Jerusalem Post.

Ее электронное письмо с подробным описанием этого возмутительного опыта было переправлено президентом правления известной еврейско-американской организации в адрес Уильяма Дароффа и Дайан Лоб, генерального директора и председателя Конференции президентов крупных американских еврейских организаций (Conference of Presidents of Major American Jewish Organizations, COP).

Женщина, назовем ее «Б», имеет темный цвет кожи и недавно начала работать в еврейской организации. Президент этой организации пишет в COP: «Я думаю, что важно, чтобы вы оба знали, как обращались с лидером еврейской организации, завершавшей свою в остальном крайне позитивную поездку в Израиль». Он попросил двух глав COP подумать о том, как «выразить наше недовольство израильскому правительству».

Проверенный и эффективный голос организованного американского еврейства на протяжении более полувека, правозащитная зонтичная организация COP оказывает широкую поддержку Израилю, противодействует глобальной кампании по делегитимации Израиля и еврейского народа, продвигает особые отношения между США и Израилем, укрепляет безопасность и процветание Израиля и решает критические проблемы, стоящие перед мировым еврейством. Тем удивительнее то, что случилось.

Это электронное письмо было передано правительству Израиля, а затем оно попало в The Jerusalem Post.

Что же произошло в Бен-Гурионе? Б. очень подробно написала о том, что произошло, когда она уезжала из Израиля после успешного визита, бывшего частью ее функций в организации: «К сожалению, когда я 1 июля готовилась вернуться в США, я получила ужасный опыт со службой безопасности в израильском аэропорту. Началось с того, что один из секьюрити отметил меня для дополнительной проверки».

Ее пригласили в зону тщательного досмотра, и начальник службы безопасности сообщил, что устройство в ее сумочке «подозрительно». Она объяснила, что «TSA рекомендует перевозить его на самолетах из-за типа батареи» (Администрация транспортной безопасности – Transportation Security Administration, TSA, является агентством Министерства внутренней безопасности, Department of Homeland Security, обеспечивающим безопасность пассажиров в Соединенных Штатах. – Прим. пер.).

Затем «безопасник» спросил Б. о ее профессии. Она сообщила, что работает на руководящей должности в американской еврейской организации, назвав ее. «Выражение его лица выглядело удивленным, и он снова спросил, работаю ли я в еврейской организации. Он подвел меня к моим вещам на тележке и потребовал у меня подтверждение моей занятости – все, что подтвердило бы место моей работы», – сообщила Б.

«Я открыла телефон и показала ему электронные письма с моей подписью. У меня также оказался бейдж организации и ключ-карта для работы. Я показала ему их и спросила, не грозит ли мне опоздание на рейс. Он ответил: «Надеюсь, что нет, но посмотрим». Пока женщина ждала, она заметила «непропорциональное количество цветных людей в зоне дополнительного досмотра, которых задерживали и допрашивали».

Б. пришлось присесть и дождаться возвращения представителя службы безопасности. Он вернулся и снова попросил ее рассказать о своей работе. «Я сообщила, что руковожу внутренним отделом», – продолжает она. Затем он снова спросил: “Вы говорите мне, что еврейская организация наняла вас для управления финансами?” Я сказала: да, это один из отделов, которые я курирую, и можете поискать меня в Гугле. Он покачал головой и ушел».

Несмотря на то, что она прибыла в аэропорт на 4,5 часа раньше, она застряла, задержанная службой безопасности, а тем временем на ее рейс шла посадка. «Он спросил, почему я в Израиле. Я сообщила, что наша организация только что совместно организовала мероприятие в АНУ – Музее еврейского народа (на территории кампуса Тель-Авивского университета в Рамат-Авиве, Тель-Авив; ану – «мы» в переводе с иврита. – Прим. пер.), и я была в гостях у коллег».

Затем он спросил имена ее коллег, адреса офисов и названия отелей. Женщина была вынуждена перечислять имена людей, которых она посетила, и названия отелей, в которых останавливалась. «Я снова предложила ему использовать Гугл для подтверждения моей личности».

Она спросила, сможет ли улететь домой, и отметила, что посадка на ее самолет завершается. Сотрудник службы безопасности ответил: «Посмотрим».

В 00:40 она все еще стояла в зоне безопасности, и ее рейс должен был вылететь через 10 минут. «Он опять ушел, вернулся и спросил меня, почему я путешествую одна. Мне этот вопрос показался странным, поскольку многие взрослые по всему миру отправляются в профессиональные путешествия в одиночку. Я снова ответила, что приехала по работе».

И добавила: «Мне было так больно, что я, наконец, расплакалась. Увидев мои слезы, сотрудник сообщил, что позвонил и задержал самолет, но мне нужно торопиться. Мои вещи были раскиданы после обыска по нескольким корзинам для досмотра. Я поспешно побросала все обратно в сумку и побежала к воротам. Меня отпустили из службы безопасности в 00:42».

Б. завершила электронное письмо своим коллегам так: «По моему мнению, это был явный случай проявления расизма, и прессинг не закончился, пока я не заплакала. Это было совершенно неприемлемо. Он не верил, что я, чернокожая женщина, могу быть одним из руководителей еврейской организации. Кроме того, он не предпринял очень простых шагов по поиску в Гугле, чтобы подтвердить мою личность. Вместо этого он продолжал меня допрашивать, пока я не была эмоционально сломлена».

Управление аэропортов Израиля отписалось по запросу The Jerusalem Post: «Целью проверки безопасности является безопасность пассажиров и всего рейса. Нам очень жаль, если пассажир пострадал».

Комментарии COP прозвучали так: «В американо-еврейских организациях есть много сотрудников, которые не являются ни белыми, ни евреями, есть и чернокожие. Это не поможет нам отстаивать интересы Израиля в США, если наши ведущие сотрудники вернутся и расскажут о подобном опыте своим друзьям и семьям, – резко высказалась Дайан Лоб. – К сожалению, Б. – не первый человек, которого я знаю, кто пережил подобный опыт, и я бы хотела, чтобы в будущем подобное это не случилось ни с кем другим».

Цвика Кляйн; перевод Марии Якубович