Полиция Берлина возбудила уголовное дело против сооснователя Pink Floyd за выступление в форме СС
Полиция Берлина возбудила уголовное дело по подозрению в подстрекательстве в отношении сооснователя легендарной группы Pink Floyd Роджера Уотерса после концерта в Берлине, на котором он был одет в форму нацистского офицера, сообщает британское издание Jewish News.
Во время своего концерта на Mercedes-Benz Arena 17 мая Уотерс вышел на сцену в длинном кожаном плаще с красной нарукавной повязкой, напоминающей нацистскую, с изображением скрещенных молотков вместо свастики, и в перчатках (этот символ использовался в фильме Pink Floyd «Стена») и в какой-то момент стал стрелять холостыми патронами из имитации немецкого автомата времен Второй Мировой.
Спустя неделю после скандального концерта отдел государственной безопасности Берлинского государственного управления уголовной полиции возбудил уголовное дело по подозрению в подстрекательстве ( ст 140, абз. 4 Уголовного кодекса Германии). Об этом СМИ рассказал главный инспектор полиции Мартин Хальвег.
«Контекст носимой одежды считается способным одобрять, прославлять или оправдывать насилие и произвол нацистского режима что оскорбляет достоинство жертв и тем самым нарушает общественный порядок. После завершения расследования дело будет передано в прокуратуру Берлина для правовой оценки», — добавил начальник полиции.
Надувная свинья со звездой Давида на концертах Роджера Уотерса
После концерта Уотерса в Берлине министерство иностранных дел Израиля в «Твиттере» написало: «Доброе утро всем, кроме Роджера Уотерса, который провел вечер в Берлине, осквернив память Анны Франк и шести миллионов евреев, убитых во время Холокоста».
Вчера, в воскресенье, 28 мая состоялся еще один германский концерт Уотерса во Франкфурте. Власти города пытались запретить выступление, но суд отклонил их требование, сославшись на конституционную свободу творчества. Однако решение суда побудило еврейскую общину города организовать демонстрацию протеста рядом с концертным залом, где проходило выступление музыканта.
Масла в огонь подлило обстоятельство, что концерт проходит в городском Фестхалле, где в ноябре 1938 года перед отправкой в концлагеря содержались и подвергались жестокому обращению более 3000 городских евреев.
Участники акции протеста держали в руках таблички с текстами типа «Израиль, мы на твоей стороне» и пели «Аам Исраэль Хай». Это происходило и во время самого выступления, которое все же состоялось, одному из протестующих удалось выбежать на сцену, размахивая флагом Израиля, после чего он был выеден охраной.
Сооснователь Pink Floyd политизирует свои театрализованные шоу, выражая поддержку антиизраильскому движению BDS и делая политические заявления, граничащие с явным антисемитизмом. Роджер Уотерс ранее сравнил смерть палестинской журналистки «Аль-Джазиры» Ширин Абу Акле со смертью еврейской девушки Анны Франк, еврейки, погибшей в нацистском лагере смерти Бельзен. Дневник Анны после Второй Мирововй войны стал одним из главных документов, благодаря которому Холокост получил широкую огласку по всему миру.
Сам музыкант обвинения в антисемитизме категорически отрицает, а свое появление на сцене в костюме, стилизованном под униформу СС, называет «посланием против фашизма».
Иосиф Уткин: прерванный полёт
Почти все лирические стихи Уткина военных лет можно назвать народными песнями
«Мне еще рано писать автобиографию. Я могу дать о себе только некоторые биографические сведения. Любителей "хороших" биографий огорчу. Я не сын "папы от станка" и не "отпрыск сиятельного дворянина". В 1903 мать меня родила в Хингане, в Китае, где мои родители служили на КВЖД».
Эти строки всё-таки именно из автобиографии революционного поэта, участника гражданской и Великой Отечественной войн, Иосифа Уткина, написанные в 1928 году. Он был младшим в многодетной — шестеро по лавкам, седьмой, Оська, в колыбели — семье. Отец трудился обходчиком на Китайской восточной железной дороге, на маме — дом и воспитание ребятни. Едва младшенькому сравнялось два, переехали в Иркутск, где Иосиф прожил до 16 лет. В то время они не бедствовали. Известно, что для подготовки Иосифа к поступлению в гимназию был нанят репетитор на полном пансионе и с отдельной комнатой!
Но спокойное, зажиточное существование длилось недолго. Какая-то обида кошкой чёрной пробежала между родителями, и отец ушёл, бросив на произвол судьбы жену и детей, когда Оське исполнилось 11 лет. Да ещё и война с германцем. Старшего брата тут же «забрили» в армию.
— Семья без хлеба. Мать мечется. Надо работать. Где работать? Кому работать? Мне, мальчишке. Где придётся, — вспоминал с горечью Уткин.
Потому и учиться будущий стихотворец стал неважно: часто пропускал занятия. Его выгоняли, потом за одарённость и слёзные просьбы матери принимали снова. Он продавал газеты, был маркёром в бильярдной, «мальчиком» на кожевенном заводе... В бильярдной ещё и от завсегдатаев-учителей приходилось прятаться!
И вдруг события понеслись вскачь, словно Время пришпорило дни, недели и месяцы. Скинули царя! Февральская революция! Временное правительство! Красные банты на лацканах мундиров и фраков! Флаги, митинги, лозунги и взволнованная толпа. Ссыльные, политические освободились, спешат в столицу. И — Октябрьский переворот в Питере!
— С приходом советской власти у меня в 15 лет началась «активная политическая жизнь». — шутил Иосиф.
Адмирал Колчак назвался диктатором, и повёл себя соответственно: аресты, пытки, расстрелы. Поднял голову антисемитизм. На евреях срывали зло и грабили их всевозможные атаманы, белочехи и просто бандиты.
Вернулся с фронта Уткин-старший, братья вместе идут в рабочую дружину и участвуют в антиколчаковском восстании, которое возглавили большевики. А в мае 1920 Иосиф, один из первых иркутских комсомольцев, отправляется добровольцем на Дальневосточный фронт. Его брат к этому времени уже погиб от рук сторонников Колчака.
Судьбоносным для Уткина стал 1922 год: ему предложили писать для иркутской газеты «Власть труда». Там, на газетных страницах, размещают первые, на скорую руку набросанные стихотворные репортажи-отклики Иосифа на то, чем жила в те годы страна.
Уткина отправляют учиться на журналиста в Москву. С 1924 года журналы «Огонёк», «Прожектор» и «Смена» печатают стихи начинающего поэта о гражданской войне.
Настоящий же успех приходит с поэмой «Повесть о рыжем Мотэле, господине инспекторе, раввине Исайе и комиссаре Блохе» - поэма о переменах, внесённых революцией в жизнь еврейского местечка.
Вечер во ВХУТЕМАСе. Публичные чтения, полный зал. Вначале голос Иосифа слегка дрожал от волнения: в первом ряду с суровым лицом — сам Маяковский! Но волнение прошло. В тишине звонко раздаются слова поэмы:
Итак, еврейское местечко, где
И дед, и отец работали.
А чем он хуже других?
И маленький рыжий Мотэле
Работал
За двоих...
И аудитория внемлет истории о портном из местечка, мечты которого о справедливом мире, о любимой девушке воплощаются лишь с приходом Революции и разрушением прежнего мира:
О, Время!
«Плохо»… « Хорошо»…
Оно и так и этак вертит,
И если новым срок пришел,
То значит старым - время смерти
Да, если новым срок пришел,
То, значит старым – Фертиг (конец).
В 1927 году вышла «Первая книга стихов», где были и произведения о революции и гражданской войне. Современник Иосифа, партийный деятель Александр Мильчаков вспоминал:
— Уткин пришел в революцию юношей. Видел и "тифозные перроны", и "у проруби багровый лед", и партизанских матерей, запоротых "шомполами в штабе офицерском"... Потому у него так взволнованно и прозвучало: "В брони, в крови, в заплатах – вперед, вперед, вперед! – страдал и шел двадцатый неповторимый год».
В следующем году по приглашению Максима Горького три молодых поэта, включая Иосифа, посетили знаменитого основателя соцреализма в литературе на острове Капри.
— Сейчас у меня живут три поэта: Уткин, Жаров, Безыменский, — сообщал Горький в письме, — Талантливы. Особенно первый. Этот далеко пойдет. Натура»!
С 1925 года Иосиф работал заведующим литературным отделом в «Комсомольской правде». После окончания института журналистики Уткина поставили во главе отдела поэзии в Издательстве художественной литературы.
Когда началась Великая Отечественная, Уткин вновь был в первых рядах добровольцев. С августа 1941 года он воюет в брянских лесах и пишет в качестве военного корреспондента. В сентябре под Ельней он ранен, ему оторвало 4 пальца на правой руке.
И опять шинель - как лодка.
Я плыву куда-то... это
Сестры грустные в пилотках
На руках несут поэта!
После ранения Иосиф не только не перестает писать, но добивается возвращения в строй. За военные годы выходят его книги «Фронтовые стихи» и «Стихи о героях». Летом 1942 года Уткин отправляется на фронт как специальный военный корреспондент Совинформбюро, газет «Правда» и «Известия».
Почти все лирические стихи Уткина военных лет можно назвать народными песнями. В минуты затишья, на привале, у партизанского костра под гармонь или a cappella пели бойцы уткинские строки:
Тяжёлое – забудется,
Хорошее – останется.
Что с родиною сбудется,
То и с народом станется,
С её лугами, нивами,
С её лесами-чащами.
Была б она счастливою,
А мы-то будем счастливы.
С этими песнями воины Красной Армии дошли до Берлина, завершив разгром фашистской клики.
Самому Иосифу не посчастливилось встретить Победу. Трагическая катастрофа оборвала жизнь поэта. 13 ноября 1944 года самолёт, на котором Уткин возвращался из партизанского края, потерпел катастрофу: пилот садился в густом тумане и задел деревья у самого аэродрома.
Голосок на левом фланге оборвётся, смолкнет вдруг...
Будто лермонтовский ангел душу выронит из рук...
P.S.
Интересно, что Иосиф Уткин был женат на приёмной дочери Христиана Раковского, ученика Плеханова, соратника Троцкого, одного из самых успешных советских дипломатов начала 20-ых годов. Раковский был осуждён по делу «Антисоветского правотроцкистского блока» на 20 лет и расстрелян 11 сентября 1941 года. При всём этом Иосифа репрессии никак не коснулись.
Очевидцы передавали, что погибший поэт держал в руках томик стихов Лермонтова.