Юбилей последнего ныне здравствующего главного обвинителя на процессах против нацистских военных преступников в Нюрнберге отмечен многими СМИ. О знаменитом американском юристе и общественном деятеле пишет корреспондент Judische Allgemeine Сибилла Пайне. Пять лет назад, к 95-летнему юбилею, о нем был снят фильм «Закон, а не война».

«Выполняя свою довольно омерзительную задачу, я представлял себя, врачом на поле боя, у которого нет времени на чувства. Я не помню, чтобы я был зол или давился слезами. То, что я чувствовал, было просто душевной глухотой».

Молодому солдату армии США было поручено собрать доказательства военных преступлений нацистов. Сначала он изучал регистрационные книги смертей. За каждым именем стояла дата и причина смерти: «тиф», «застрелен в бегах» или какая-то другая ложь. Редактор газеты «Вельт» Себастиан Губернатор называет поездки в бывшие концлагеря «командировками в ад». Ференц видел горы трупов в Эбензее, внешнем лагере Маутхаузена. Там заключенные после освобождения поймали охранника, избили его, привязали к носилкам и затолкали в крематорий, он горел и кричал, Бен Ференц молча стоял рядом. То, что он испытал, уже не могло отпустить: «Увиденное оставило неизгладимое впечатление», — пишет он в своей знаменитой книге «Воздаяние ужаса».

Бенджамин Ференц — последний оставшийся в живых к настоящему времени главный обвинитель Нюрнбергских процессов. В 1947-1948 он вёл так называемые «процессы айнзатцгрупп» против 24 руководителей СС, обвинённых в массовых убийствах на территории Советского Союза. 11 марта американскому юристу исполняется 100 лет. Историческая роль этого свидетеля века выходит за рамки тогдашних процессов над военными преступниками. Ведь Бен Ференц не только ввел в судебную практику термин «геноцид», он еще считается одним из «акушеров» Международного уголовного суда. В 2009 году, будучи почти 90 лет от роду, он символически произнёс первое обвинительное заключение в Гааге.

Его биография удивляет не только выдающимися жизненными достижениями этого уникального свидетеля чудовищного 20 века. Очевиден исключительный характер маленького человека (рост Бена Ференца 1,54 метра): прямолинейный и неподкупный, он всегда оставался человечным при всей бесчеловечности пережитого. Вот цитата: «понимание точки зрения ближнего, как бы ты ни был далёк от нее, — это бесценное умение, которое иногда помогает сделать жизнь терпимой». Даже его суждения о народе, породившем преступников, оставались неоднозначными: «Я лично убежден, несмотря на концлагеря и другие ужасы, свидетелем которых я стал, что есть миллионы немцев, которые являются хорошими людьми.»

Ференц родился в 1920 году в румынской Трансильвании в семье ортодоксальных евреев, после эмиграции семьи в США он рос в Нью-Йорке в весьма скромных условиях. Он получил образование в одной из самых престижных средних школ страны, изучал юриспруденцию, а затем помогал одному профессору в работе над книгой о немецких военных преступлениях. Это стало поворотным пунктом его жизни.

Вскоре после войны американцы нашли папку с «сообщениями о событиях из СССР». С немецкой тщательностью в ней были перечислены преступления айнзацгрупп (оперативных отрядов) СС против евреев и цыган, а также военнопленных на оккупированных территориях СССР. Эти сообщения стали основой для «процесса айнзацгрупп», на котором 27-летний Ференц, будучи главным прокурором, поддерживал обвинение. Ни на одном другом Нюрнбергском процессе не было вынесено столько смертных приговоров (14), хотя некоторые затем были заменены тюремным заключением.

Обвиняемые, которые избежали виселицы, не слишком долго оставались в западногерманских тюрьмах. Мало кому из них пришлось отбывать свое и без того не слишком суровое наказание в полном объеме. Удручала ложь и изворотливость эсэсовцев перед судом, но самым ужасным было сочувствие к ним части немцев, требовавших освобождения убийц. Тем не менее американцы позаботились, чтобы около тысячи охранников концлагерей были приговорены к смертной казни в Дахау без каких-либо обременительных формальностей. Ференц пожимает плечами, думая сегодня об этих импровизированных судебных разбирательствах. «Это сделали убежденные люди. Но процесс — это не то, чем можно было бы гордиться. Мы обсуждали это сегодня в связи с убийством Бен Ладена. Подождать и устроить ему суд или застрелить его? Трудный вопрос. Где справедливость? Не спрашивайте меня, я не знаю. Просто прекратите воевать!»

Ференц живет сегодня в Нью-Йорке и по сей день удивляет своей невероятной жизненной силой.

Ежедневно он делает 20 приседаний и выжимает одной рукой 25 раз по 10 кг. Легендарный боевой дух, по-видимому, был вынесен Ференцем из колыбели. «Я был крошечным ребенком, с большой головой, с короткими руками и ногами, и все думали, что я не выживу, и нет смысла платить за обрезание, которое стоило одну курицу. И так они ждали 30 дней, прежде чем меня обрезали. Я истолковал бы это как еврейский оптимизм», — говорит сегодня Ференц. И так же, как маленький Бенджамин вопреки всем шансам боролся за выживание, так юрист и по сей день борется, чтобы государства и народы регулировали свои конфликты цивилизованным способом в международном суде, а не агрессивными войнами. Он говорит: «Какого мира вы хотите? Вы хотите мир, который может взорваться в любую минуту? Если вы не хотите такого мира — сделайте что-нибудь! И я думаю, что вы сможете!» И продолжает: «Война развращает людей, независимо от национальности, делает из людей убийц! И они считают, что они герои, тем больше, чем больше они убивают».

Хотя Бенджамину Ференцу поставили четыре стента, «маленький большой человек» по-прежнему ежедневно занимается спортом, рассылает твиты и электронные письма по всему миру, у него напряженный график. Есть и личные проблемы, осложняющие жизнь — избрание президентом Дональда Трампа и болезнь Альцгеймера у жены. Но прежде всего Бен по-прежнему любопытен ко всему новому. «Будущее, обусловленное революцией информационных технологий, сегодня невообразимо. Я жалею, что не смогу так долго задерживаться, чтобы увидеть, как все идет. Желаю миру удачи!»