В Берлине решили переименовать станцию метро в «Улицу Глинки», что вызвало критику ряда СМИ в Германии и обвинения в адрес русского композитора в антисемитизме. Телеканал RT Deutsch решил разобраться в обвинениях со стороны мейнстримных СМИ, опросив специалистов — биографа музыканта, музыковеда Екатерину Лобанкову и главного драматурга Франкфуртской оперы Норберта Абельса.

Как писала Bild, в Берлине переименуют станцию метро «Улица Мавров» из-за возможного «расистского» подтекста. На смену придёт «Улица Глинки» по названию проходящей неподалёку от неё улицы, названной в честь русского композитора.

В издании заявили, что Глинка был антисемитом, а одна из его самых известных работ — «Князь Холмский» — посвящена еврейскому заговору.

Кроме того, еврейская газета в ФРГ Jüdische Allgemeine опубликовала заметку под названием «Плохой выбор», в которой указывается, что называть станцию метро таким образом — спорная идея.

В качестве обоснования автор публикации говорит, что опера Глинки «Иван Сусанин» якобы пропитана русским национализмом.

Кроме того, по его словам, опера «Князь Холмский» является «чисто антисемитским героическим эпосом».

Также утверждалось, что композитор называл Московскую консерваторию, основанную Антоном Рубинштейном, «фортепианной синагогой».

«Антисемитизма, конечно же, у Глинки не было. И он дружил и общался со многими известными творцами, художниками еврейского происхождения. Например, он дружил с Мейербером, он дружил с Джудиттой Пастой и Джудиттой Гризи и восхищался их творчеством», — заявила биограф Глинки Екатерина Лобанкова в интервью RT Deutsch.

По её словам, «Князь Хомский» называют оперой, но это не совсем так.

«Это драма, которую написал близкий друг Глинки — Нестор Кукольник. А Глинка написал музыку к драме… С точки зрения сюжета Глинка не участвовал в его построении», — сказала она.

Лобанкова также рассказала, что Глинка был разозлён на Рубинштейна, но из-за появившейся конкуренции.

«Конечно, Глинка был очень разозлён на Антона Рубинштейна. Надо понимать контекст, надо понимать историю. И здесь, как историк, я вижу в таком обвинении столкновение прошлого мировоззрения, прошлого мышления и современного мышления. Ведь во времена Глинки самого понятия «антисемитизм» вообще не существовало. Антон Рубинштейн принадлежал к новому поколению музыкантов», — пояснила она.

Лобанкова отметила, что когда Рубинштейн «приходил на авансцену музыкальной культуры, то Глинка чувствовал себя» уязвимым.

«Он принадлежал прошлому поколению русских музыкантов, он чувствовал здесь конкуренцию. И вот эта конкуренция… что как будто бы его музыка становится ненужной, как будто бы она уходит в прошлое», — объяснила специалист.

Она добавила, что речь идёт о личной обиде.

«Ещё очень важный факт, что именно в Берлине Глинка познакомился с девушкой Мари, которую он очень уважительно называл «иудейского происхождения». Это он писал в записках… Именно Мари он посвятил шесть этюдов для вокала», — рассказала она.

Ситуацию прокомментировал RT Deutsch и профессор драматургии музыкального театра Университета искусств Фолькванг, доцент мировой литературы в медиакампусе Франкфурта Норберт Абельс, заявив, что рассматривает обвинения против Глинки в широком контексте.

«В Германии сейчас проходит очень большая волна чистки. Берутся за «Пеппи Длинный чулок». Берутся за «Джима Баттона». Берутся за «Маленькую ведьму». Берутся за «Рони, дочь разбойника», — сказал он.

Он опроверг обозначение русского композитора как «националиста», обосновав это постановкой оперы Глинки «Иван Сусанин» в опере Франкфурта, над которой он работал вместе с режиссёром Гарри Купфером.

По его словам, «Иван Сусанин» — это вечная притча, которая может ставиться во все времена и во всех местах, поскольку в произведении идёт речь о сопротивлении, которое человек от всего сердца оказывает тоталитарной системе.

Что касается «Князя Холмского», Абельс указывает на то, что это вообще не опера, а музыкальное оформление драмы Нестора Кукольника.

«Что при этом умалчивается, так это, к примеру, тот факт, что Глинка вставил в него еврейскую мелодию, что он вообще очень усиленно занимался еврейской народной музыкой», — заключил он.