Казахстан обрел независимость в 1991 году. Здесь проживает маленькая, но разнообразная еврейская община. Ее сплоченность и организаторские способности руководства позволили преодолеть множество проблем, включая новейшую — Covid-19. 12 мая казахстанские власти начали снимать жесткие ограничения карантина. Тогда главный раввин страны Ешая Коген сообщил: в общине нет ни одного случая заражения.

Сплоченность, единство в сообществе помогли минимизировать риски, связанные с COVID-19. В начале пандемии Коген и другие религиозные лидеры приняли превентивные меры: с помощью социальных сетей собрали добровольцев для оказания помощи более уязвимым членам сообщества, обеспечивая регулярные поставки продовольствия. Они также перенесли религиозные службы и обучение в онлайн-режим.

«Сообщество сильное, потому что оно единое», — сказал Коген.

Еврейскую общину Казахстана Коген возглавляет с 1994 года. Все местные раввины являются приезжими, и все они являются членами хасидского движения «Хабад-Любавич», базирующегося в Бруклине, Нью-Йорк.

Ешая Коген

Коген переехал в Казахстан из Израиля почти 25 лет назад. Его коллеги, которые начали приезжать сюда после 1991 года, родом из Украины, России, США, Канады и Австралии.

В то время как большинство хасидских дворов имеют тенденцию к замкнутости, движение «Хабад-Любавич» известно активной работой с секулярными евреями. Движение управляет сетью общинных центров, школ и пунктов оказания социальной помощи в более чем 75 странах, включая Казахстан. Существует также миссионерский компонент: некоторые участники движения известны как эмиссары, они перемещаются по всему земному шару, чтобы укрепить еврейские общины.

30-летняя Мина Либеров и ее муж, раввин Саадия Либеров, переехали в Алма-Аты из Бруклина с детьми четыре года назад. Раввин вырос в Бразилии, его родители – хабадские эмиссары, и он не привык жить в отдаленном месте и миссия создания еврейской общины для него непривычна. У раввина есть лицензия на шхиту, и его навыки были необходимы в Казахстане. Мина Либеров выросла в религиозной семье в Бруклинском районе Краун-Хайтс, она занимается программированием с ребятами в алматинской синагоге. «Цель Хабада — помочь евреям во всем мире, поэтому мы переезжаем в страны, где живут наши соплеменники, чтобы оказать им поддержку», — сказала она Eurasianet.

Численность населения Казахстана — около 18,5 миллионов человек, количество евреев составляет от 3000 до 4000 человек. Главный раввин утверждает, что община «растет». Помимо Алматы есть сообщества в Нур-Султане, Караганде, Костанае, Павлодаре, Усть-Каменогорске и Шымкенте.

Хабадники занимают руководящие посты в общине, но она включает в себя широкий спектр еврейских сообществ и этнических групп. Мина Либеров считает, что пандемия COVID-19 сблизила еврейскую общину с помощью Zoom и других сетевых коммуникационных платформ. «Мы все вместе молимся, и раввин общается с нами онлайн, — сказала она. Мы стараемся как можно больше сотрудничать».

Мордехая Морозова и его жену Шошану, которым 28 и 26 лет соответственно, в Шымкент из Краун-Хайтс отправили в качестве эмиссаров в августе прошлого года. Они переехали с тремя детьми. По словам Шошаны, с момента их прибытия все больше и больше евреев посещают службы. Шымкентское сообщество, которое, по ее оценкам, составляет около 100 человек, состоит в основном из русскоговорящих молодых семей.

По признанию рабанит Шошаны, получив предложение переехать на юг Казахстана, в город, находящийся вблизи от узбекской границы, они с мужем не сомневались. С самого начала они оба хотели стать эмиссарами. «Наша миссия — заботиться о других евреях и приблизить их к иудаизму. Это то, что мы хотим сделать как молодая пара», — сказала она.

Разнообразие еврейской общины Казахстана — итог трагических событий 20 века. До 1930-х годов в Казахстане проживало относительно немного евреев; большинство происходило от отставных солдат, которые помогли завоевать регион в конце 19 века. Их число начало расти во время большого террора в конце 30-х годов, когда тысячи евреев со всего Советского Союза были отправлены в трудовые лагеря или иным образом сосланы в Казахстан. Другие бежали в Центральную Азию от нацистов во время Второй мировой войны.

Среди депортированных той поры был раввин Леви Ицхак Шнеерсон из Днепропетровска. ОН был отцом Менахема Мендла Шнеерсона, седьмого ребе ХАБАДа.

Леви Ицхак Шнеерсон умер в Алма-Ате в 1944 году. Его могила возле алматинской синагоги стала местом паломничества. Всего за несколько месяцев до его смерти в городе появился молодой раввин по имени Гилель Либеров, двоюродный прадед Саадии Либеров, раввина из Бруклина. По факту он стал лидером евреев послевоенного Казахстана. Поскольку религиозная практика при коммунистическом режиме всячески ограничивалась властями, Гилель держался в тени. Он умер в 1982 году, и еврейская община оставалась без лидера вплоть до 1994 года, когда приехал раввин Коген.

Подготовка мальчика к бар-мицве в Алматы

Израиль также оказывает помощь еврейской общине Казахстана. По-прежнему много казахстанских евреев эмигрирует в Израиль в поисках новых экономических возможностей. Но многие сделали бизнес в Казахстане, фактически став коммерческим мостиком между странами.

Посол Израиля в Казахстане Лиат Вексельман высоко оценила в конце 2019 года расширение двусторонних торговых связей. «Израиль считается страной стартапов, и у него есть много передовых, самых современных технологий в областях, которые являются приоритетными для правительства Казахстана. Нам удалось создать прочные партнерские отношения», — цитирует Вексельман Еврейский новостной синдикат.

Раввин Коген подчеркнул, что еврейская община Казахстана поддерживает взаимно открытые и уважительные отношения с правительством страны. Последнее в равной степени защищает то, что власти считают «традиционными» религиями, включая ислам суннитского толка, православие, католицизм, лютеранство и иудаизм.

Политический аналитик Комиссии США по международной религиозной свободе Джейсон Мортон встретился с раввином Когеном в мае прошлого года. Он согласен с тем, что правительству выгодно работать с еврейской общиной как для развития международной торговли, так и для укрепления международного имиджа Казахстана.

«Я думаю, что Казахстан хочет, чтобы его считали этаким центром религиозного плюрализма, — сказал Мортон. — Таким образом, защита еврейской общины является частью более широкой пиар-кампании правительства, в которой Казахстан предстает уникальным местом, где царит толерантность».