Видная ультраправая израильская активистка была вынуждена пересмотреть свои убеждения после того, как узнала, что ее биологические родители были мусульманами. Об этом она призналась в репортаже израильского телевидения, показанном в воскресенье.

22-летняя Ор Лейблер стала известной фигурой как среди мусульман, так и среди евреев в Старом городе Иерусалима, пишет Times of Israel.

После 11-дневной войны между Израилем и правящей в Газе террористической группировкой ХАМАС в прошлом году, она стала все больше общаться с ультраправыми группами в столице, отмечает 13 канал, посещала акции протеста, организованные «Лехавой», ультраправой еврейской организацией, которая выступает против смешанных браков евреев и неевреев, и открыто пропагандирует экстремистскую идеологию, навеянную взглядами Меира Кахане.

Хотя она живет на юге Израиля, она еженедельно ездила на работу в один из самых опасных районов Иерусалима, расхаживая при этом с израильским флагом. Некоторые назвали ее деятельность преднамеренной попыткой провокации, что она категорически отрицает.

Лейблер регулярно делилась в соцсетях видеозаписями своих столкновений с арабами у Дамасских ворот Иерусалима, расположенных к югу от района Шейх-Джаррах, где сложилась напряженная обстановка.

«Любой, кто поддерживает Палестину, является потенциальным террористом, - говорила она. — У меня проблема с палестинцами, которые не признают государство Израиль... которые не признают меня как еврея, которому здесь место. Я вижу в них убийц по всем признакам».

И все же открытие, которое она вскоре сделает, будет для нее совсем не простым.

Лейблер была удочерена, когда ей было 30 дней от роду, ее биологические родители, по слухам, были наркоманами.

Ее приемные родители, еврейская пара с севера Израиля, дали Лейблер новый шанс на жизнь. Лейблер говорит, что в детстве она доставляла своим родителям много хлопот, «постоянно ища новые способы переступить границы».

Хотя она описывает своих приемных родителей как «поддерживающих и любящих», в возрасте 18 лет она уехала из дома и потеряла с ними связь: «После того как мне исполнилось 18 лет, я решила, что их путь не совпадает с моим».

В этот момент Лейблер примкнула к «Лехаве» и постепенно стала активным членом организации.

«Меня всегда интересовали видеоролики, выкладываемые "Лехавой"... это вызывало у меня желание встать и что-то сделать», — сказала она, утверждая, что истинная цель организации — «борьба с ассимиляцией».

Она решила открыть свое дело об усыновлении после того, как родила сына в возрасте 20 лет, во время службы в ЦАХАЛе.

«Я хотела узнать, о своих корнях», — сказала она.

В итоге социальный работник рассказал ей, что ее биологический отец был мусульманином, а биологическая мать родилась еврейкой, но затем приняла ислам.

«В тот момент весь мой мир рухнул, — сказала она, осознав, что она 20-летняя, будущая мать-одиночка, переживающая кризис идентичности. «Моя идентичность внезапно разбивается вдребезги, — сказала она. — Кто я на самом деле?»

Лейблер сказала, что никогда не имела ничего против мусульман или ислама, но называет свое открытие сильным ударом по своей еврейской идентичности.

«Раньше я стояла перед зеркалом и говорила себе: "Я не мусульманка, не может быть, чтобы я была мусульманкой". Когда ты уже сформировал свое мировоззрение, ты уже знаешь, в какую сторону тебе двигаться, влево или вправо, и тут тебя осеняет — подожди, но мне здесь не место».

В конце концов Лейблер решила встретиться со своими биологическими родителями, надеясь получить ответы на вопросы о своем прошлом и, возможно, будущем.

Однако идеологические разногласия между Лейблер и ее родителями, возникшие за 20 лет, оказалось слишком трудно преодолеть.

Она сказала, что обняла своего отца «из уважения, но никакой теплоты не почувствовала».

Некоторое время спустя Лейблер вспомнила, что получила сообщение от подруги, в котором говорилось, что ее биологическая мать оставила комментарий к одному из ее видео на TikTok.

Комментарий, размещенный на видео, где Лейблер противостоит арабам в Иерусалиме, гласил: «Это моя дочь, мне стыдно за нее».

По словам Лейблер, этот комментарий заставил ее еще больше укрепиться в своих крайних убеждениях. Однако, став молодой матерью-одиночкой два года спустя, Лейблер сказала, что хочет попытаться возобновить отношения со своими биологическими родителями. По ее словам, встреча с ними и противостояние с ними дадут ей возможность немного успокоиться.