Крайне правый член Кнессета Ави Маоз, единственный представитель религиозно-националистической партии «Ноам», объявил, что больше не входит в коалицию Нетаньяху, в результате чего в ней осталось 60 депутатов из 120.

«Я не являюсь членом коалиции. По моим подсчетам, в коалиции осталось только 60 депутатов», — написал Маоз через несколько дней после того, как ультраортодоксальная партия «Яадут а-Тора» также вышла из коалиции, сократив ее до минимального большинства в 61 депутата в 120-местном Кнессете.

Маоз не назвал причину своего решения, но оно последовало вскоре после того, как сефардская ультраортодоксальная партия ШАС заявила о выходе из правительства — отказавшись от своих мест в кабинете министров — при этом оставаясь членом коалиции на данный момент. И ШАС, и «Яадут а-Тора» предприняли эти действия в знак протеста против неспособности правительства принять закон, освобождающий студентов ешив от военной службы.

«Премьер-министр очень хорошо знает, каковы условия моего возвращения в коалицию», — сказал Маоз.

Выступая против так называемого «глубинного государства», которое, по его утверждению, захватило министерства юстиции и образования, Маоз ушел с поста заместителя министра в марте этого года, но на самом деле никогда официально не покидал коалицию.

В письме Нетаньяху, в котором он объявил о своей отставке, Маоз утверждал, что клика чиновников «внедряет гиперпрогрессивное, антиеврейское и антинациональное мировоззрение в систему образования и правовую систему Израиля».

Маоз, который в качестве заместителя министра в канцелярии премьер-министра курировал поставщиков образовательных услуг, дополняющих учебные программы в государственных школах, через свое Управление по вопросам еврейской национальной идентичности, заявил, что под давлением «глубинного государства» Министерство образования прекратило с ним сотрудничество.

Ультраконсервативный законодатель также обвинил «глубинное государство» в том, что оно помешало выделению дополнительного финансирования для национально-религиозных школ и детей резервистов, а также заявил, что ни одна часть его коалиционного соглашения с «Ликудом» не была выполнена, в результате чего он являлся заместителем министра только номинально.

Маоз баллотировался на выборах 2022 года в совместном списке с партиями «Оцма Йехудит» Итамара Бен-Гвира и «Религиозный сионизм» Бецалела Смотрича.

Он также ушел из правительства в феврале 2023 года, заявив, что не верит, что ему будет поручена программа «еврейской национальной идентичности», как это было предусмотрено в коалиционном соглашении — обещание, которое вызвало возмущение либеральных сил.

Он вернулся через три месяца, после того как получил полномочия по надзору за поставщиками образовательных услуг в государственных школах в результате решения кабинета министров о выделении ему 285 миллионов шекелей (76 миллионов долларов) на финансирование его Управления по вопросам еврейской национальной идентичности.

Уход Маоза из коалиции оставляет Нетаньяху с правительством меньшинства, но не ставит под угрозу власть премьера, считает Асафа Шапира, директора Программы политических реформ Израильского института демократии.

Ни «Яадут а-Тора», ни ШАС, ни Маоз в настоящее время не поддерживают роспуск Кнессета и не будут требовать досрочных выборов, сказал Шапира Times of Israel.

«С другой стороны, нет 61 голоса, необходимого для принятия законов. Так что теоретически правительство не может принимать законы», — сказал он. Тем не менее, Маоз и «Яадут а-Тора», вероятно, будут рассматривать каждый законопроект по отдельности, сказал он, отметив, что до ухода из правительства харедимные партии уже бойкотировали голосование по коалиционным законопроектам на пленарном заседании Кнессета.

Если Кнессет разделится по поводу законопроекта 60-60, он не будет принят.

Несмотря на текущие трудности, кабинет «выживет как правительство меньшинства, потому что в рамках вотума недоверия альтернативного правительства определенно нет», сказал Шапира. Текущая ситуация «определенно не поможет функционированию правительства, которое и так не очень хорошо. Но если мы говорим о выживании правительства и его правовом статусе, то это обычное правительство».