На этой неделе Дженни Фрэзер присоединилась к еврейским и мусульманским лидерам в скандально известном лагере «Джунгли» (Jungle) в Кале, который стал домом для 4500 людей, стремящихся начать новую жизнь в Великобритании.

Муса – молодой, высокий и сильный парень 24 лет. Он рассказывает свою историю без жалости к себе или своим друзьям – поскольку ни один из них не говорит на английском языке на том же уровне. Все собираются в круг, по-видимому, чувствуя облегчение от того, что кто-то обращает на них внимание. Отсюда лишь полтора часа до британской границы, и всё же скандально известные джунгли Кале сегодня едва заслуживают упоминания в газетах или по телевизору – кроме тех случаев, когда назревает явная проблема.

Душевой блок, организованный французским правительством

Уникальная группа раввинов и имамов посетила эти джунгли в ветреный, промозглый и холодный день, по щиколотку утопая в грязи и видя отвратительные, негуманные условия жизни. Кажется, здесь нет потенциала для терроризма. Скорее безнадежность – вот что бросается в глаза в джунглях Кале.

Если летом здесь было 7000 человек, а сейчас 4500, то куда делись 2500 человек?

Считается, сегодня в лагере «Джунгли» проживает приблизительно 4500 человек, 400 из которых – женщины и дети. Они живут в отдельной, семейной части – и будут первыми в очереди на «переселение» в металлические контейнерные дома, подготовленные в лагере.

Остальные жители – в основном молодые люди – собираются в разных частях лагеря в зависимости от своего происхождения. Здесь есть суданцы, кувейтские бедуины, афганцы, курды, эфиопы и эритрейцы – и некоторые сирийцы, хотя их не так много, как можно было бы предположить.

Муса находится в лагере уже в течение четырех месяцев, приехал из Судана.

Надпись на стене напротив входа-выхода в лагерь – «Лондон зовет»

Санитария и гигиена практически отсутствуют, суданская палатка состоит из кое-как скрепленного брезента и деревянного настила на полу. При входе мерцает маленькая печка, чтобы можно было вскипятить чайник.

Муса рассказал, что учился медицине в Дарфуре (Судан), но из-за неустойчивой ситуации в стране переехал сначала в Чад, где был пойман при попытке спасти членов семьи и провел год в тюрьме за нелегальное пересечение границы.

Автоприцеп скорой помощи, припаркованный в море грязи

Освободившись, он поехал в Ливию и провел еще год там. Затем на лодке, на которую контрабандисты посадили 50 человек, взяв у каждого примерно по 1300 евро, направился в Италию. И в конечном итоге прибыл Кале. «Я хочу чувствовать себя в безопасности, но я не чувствую себя в безопасности здесь, – говорит он. – Я хочу помочь своей семье и добраться до Великобритании. Мы – люди, а джунгли не для людей».

Они проводят дни, бесцельно блуждая по лагерю. У всех есть страшная история о том, что происходит ночью, когда беженцы берут старые велосипеды и едут или идут пешком к терминалу Парома, пытаясь нелегально пробраться в Великобританию.

Несколько знакомых и друзей Мусы погибли при попытке добраться до Британии.
Любое посещение «Джунглей» вызывает больше вопросов, чем ответов. Если летом здесь было 7000 человек, а сейчас 4500, то куда делись 2500 человек? Как работает экономика лагеря – где люди берут деньги, чтобы заплатить за самые простые товары?

Все раввины и имамы, которые поехали в Кале, были явно потрясены тем, что они видели. Теперь группа обсуждает, какие шаги следует предпринять, чтобы осветить и выдвинуть на первый план тяжелейшее положения беженцев в Кале.