Роза Мардахаева: «Джуури должен жить!»
«Обещаю его чтить и передавать следующим поколениям!»
Яна Любарскаякорреспондент STMEGI.com
Роза Мардахаева (до брака Данилова) — бывшая жительница Дербента, а ныне израильтянка, одна из ярких участниц он-лайн группы, изучающей джуури через вотсап, хотя наша героиня, не столько осваивает язык, сколько поддерживает и развивает свои знания: ведь прекрасно знает его. О том, почему важно никогда не забывать речь предков и необходимо разговаривать на своем древнем языке сегодня, какими бывают дети-аутисты и можно ли им помочь в рамках специальной школьной программы, мы и побеседовали с Розой.
***
- Роза, откуда вы родом?
- Родилась и выросла в Дербенте, в многодетной семье. Обожаю Дербент, Дагестан, где получила все самое лучшее, что есть в жизни: любовь, уважение, воспитание, традиции, обычаи своего народа, умение почитать старших. Шесть братьев моего отца из восьми, вместе с бабушкой и дедушкой, жили в одном большом дворе — дружно, сплоченно. Язык джуури был мне знаком с рождения, исключительно на нем общались мои бабушка и дедушка. Любовь к языку, к песням, к поэзии, к написанному на горско-еврейском языке впитала с молоком матери. По окончании школы поступила в Махачкалинский университет на филологический факультет, глубоко познавая русский язык и литературу. Параллельно, на последних курсах мне посчастливилось поработать диктором вещания на татском языке вместе с О. Изгияевой, улыбнулась удача познать огромную роль Б. Сафанова в развитии родного языка и литературы на нем.
- Действительно захватывающее начало!
- По окончании университета вышла замуж, вернулась в Дербент, работала в школе учителем русского языка и литературы, трудилась в газете «Ватан» с Михаилом Гавриловым, с его сыном Семеном Гавриловым, который сегодня живет в Хадере и пишет прекрасные стихи, мы очень близкие друзья. Конечно, на протяжении многих лет старалась что-то создавать, писать, какие-то маленькие стишки, но никогда не освещала эту деятельность публично.
- Насколько я знаю, вы состоите в группе по изучению джуури, созданной вашими единомышленниками?
- Верно, в последнее время поддерживаю горско-еврейский язык в группе вотсапа по инициативе моей близкой подруги Эльмиры. Новое сообщество вдохновило меня на какие-то увлекательные переводы, на новые сочинения.
- Давно ли вы в Израиле? Как устроились после репатриации?
- Совершила алию в 1994 году, через два года в Израиль приехали мои родители, все мои братья и сестры сегодня живут здесь. Мое общение с родственниками проходило на джуури. Помню, отец праздничными и шаббатными вечерами, за трапезой рассказывал нам об истории еврейского народа, вспоминал рассказы, сказки. Эта любовь сохранилась в моем сердце и поныне, очень хочу ее передать своим внукам, мечтаю, чтобы джуури процветал, развивался, никогда не умирал. Мои будни проходят в школе, в ее стенах преподаю, занимаюсь методической деятельностью со студентами, которые хотят работать с детьми-аутистами, это очень ответственное, нужное дело. Влюблена в свою профессию, выполняю ее с большим энтузиазмом и гордостью.
- Кто такие аутисты?
- Аутисты — дети с нарушенной коммуникацией. Каждый шаг, каждую новую вещь в жизни им нужно запоминать и изучать. Если их не научат педагоги, они не познают тех или иных аспектов нашего бытия. Имеется 300 видов аутистов, от легких проявлений до расширенных. Среди аутистов есть очень умные дети, вундеркинды. Задача любого учительского коллектива: научить этого ребенка кодам жизни, параллельно погружая мальчика или девочку в общеобразовательное обучение. Основной опыт, необходимый нам ежедневно при выполнении тех или иных задач, такие ребята получают именно в школе. Отмечу, что не составляю какие-либо медицинские пособия на их счет, а занимаюсь воспитательной работой и преподаю. Немало современных израильских студентов также изучают жизнь аутистов на профессиональном уровне, а практику проходят в наших школах. Одной из них является учебное заведение, где я преподаю и веду методическую работу для учащихся вузов.
- Насколько легко дети-аутисты интегрируются в обычную жизнь?
- Очень много аутистов сегодня трудится в хайтеке, в армии, многие занимают хорошие должности, находясь на среднем и высшем уровне развития, создают семьи, рожают детей.
- С джуури картина ясна, а как быстро дался вам иврит?
- С ивритом я была знакома еще в Дагестане, так как мои подруги, работавшие со мной в школе, имели отношение к его изучению. Например, одна из них, Ада Сафанова, руководила курсами иврита при синагоге в Дербенте, там же преподавала моя вторая подруга. Тяга к истокам своего народа, к его древнему языку, присутствовали в моей душе всегда, хотя никогда не думала уезжать. Несколько месяцев изучала азы иврита, а в 1994 году мы в одночасье решили лететь в Израиль. То, что выучила к тому моменту, оказалось каплей в море. Ощущала себя глухой, немой, было очень грустно и страшно не иметь привычного общения. Приехав с тремя детьми и с мужем, зубрила иврит ночами, днями, заучивая слова, читала газеты на иврите, откуда пыталась переписывать незнакомые фразы. В принципе, за три месяца, каким-то чудом одолела три степени ульпана и пришла учиться в в школу высокого иврита в Кфар-Сабе, для людей с высшим образованием. Оттуда, через полтора месяца, благодаря своим способностям, поступила на курс организаторов воспитательной работы при интернатах. Меня ждало пять с половиной месяцев интенсивного обучения с утра до вечера, включая пятницу, после чего начала вкалывать воспитателем в интернатах. Буквально через несколько месяцев, параллельно с учебой, поступила в институт, сдав ряд экзаменов, требуемых местными образовательными стандартами. За короткий срок прошла переквалификацию на учителя в экспериментальной школе. В Израиле иногда получаю газеты на горско-еврейском языках, выходящие в еврейском государстве, постоянно слежу за развитием творчества наших соотечественников через портал STMEGI.com. Часто бываю в Америке, где живут двое моих сыновей , со своими внуками стараюсь говорить на джуури.
- Почему важно не забывать горско-еврейский язык?
- Джуури — речь наших отцов, дедов, один из красивейших языков мира! На нем общается в наше время весьма ограниченное число людей. Но то, что могу сказать на горско-еврейском, мне гораздо тяжелее выразить на любом другом языке, это история моих предков, богатейший пласт нашей культуры, который обязательно должен развиваться и жить. Обещаю его чтить и передавать следующим поколениям!
Читайте также
Все материалы рубрики
Ирмие Адамов: славный сын Дагестана и горско-еврейского народа
75 раненых бойцов и командиров вынес с поля боя с их оружием санинструктор Адамов
Лидия Эммануиловалитератор, живет в Израиле
Тема героев Великой Отечественной войны, неважно, генералов или рядовых, занимает особое, почетное место в литературе, в средствах массовой информации. И это нам очень понятно и близко, ведь это были и есть, хотя ряды их, к сожалению, все уменьшаются и уменьшаются – великие патриоты Родины, служившие верой и правдой стране, не жалея своей жизни. А близко, естественно, потому, что мало семей, кого не коснулась эта страшная трагедия, повлекшая за собой гибель миллионов и миллионов жизней.
Данная заметка посвящена биографии человека, который имеет право называться как героем войны, так и заслуженным, уважаемым человеком в гражданской, послевоенной жизни.
Адамов Еремей (Ирмие) Абоевич родился 25 февраля 1913 года в Махачкале. Двухэтажный дом его родителей стоял на улице Пушкина, там, где сегодня располагается Аварский театр. Отец его, Адамов Обо Пейсахович, был родом из селения Нюгди Кайтагского района, мама, Бетие (Батья), также происходит из того же селения. В семье было двое детей: кроме Ирмие, ещё была сестра, Мирион. После окончания школы юноша Ирмие поступил в Ленинградское военно-медицинское училище имени Н.А. Щорса. Женился Ирмие в 18-летнем возрасте (невесте же было всего 15). Девушку, одну-единственную дочку в семье, Эрке, он взял из рода Хаимовых. В 1933 году у него родился первенец, Анатолий. Всего в семье у Ирмие и Эрке Адамовых родилось восемь детей, но одного мальчика, Яшеньку, по трагической случайности, несчастные родители потеряли, когда тому было 11 лет. Семья Адамовых не избежала раскулачивания и высылки из родных краев, горечи потери отца и всего нажитого имущества, как это произошло и со многими другими семьями, в данном случае, горских евреев. В 1941 году Адамов Ирмие призвался на фронт. Вот данные с сайта «Память народа.ру» : Адамов Еремей Абоевич, санинструктор, младший командир, место службы: 856 сп БрянФ. Награждение 20.08.1942 года, Орден Красного Знамени. В семье Ирмие его дети, как реликвию, хранят газету, в которой описывается , что санинструктор Адамов Еремей вынес с поля боя сотни раненых солдат и офицеров. Статья называлась «Отважный санинструктор» . Младшая дочь Еремея Абоевича с гордостью процитировала мне стихотворные строчки из этой статьи: « в бою не отступит, в разведке не струсит , джигит Дагестана, советский боец». А вот передо мной поздравление товарища Адамова Е.А. от Чиланзарского райкома партии Узбекистана, исполкома райсовета депутатов трудящихся и райвоенкомата с 30-летием Победы в ВОВ и за самоотверженный труд в послевоенные годы. С дрожью в голосе читаю ответ самого Ирмие Адамова секретарю Дагкомитета ВКП (б), в котором он благодарит за то, что его заслуги высоко отмечены Родиной и он, орденоносец, военный фельдшер, верный сын дагестанского народа всегда готов стоять за честь, свободу и независимость своей страны. Не могу удержаться и не привести выдержку из статьи «Один из многих» в красноармейской газете «На защиту Родины»: «75 раненых бойцов и командиров вынес с поля боя с их оружием санинструктор Адамов, около 200 человек получили от него первую медицинскую помощь». И ещё множество документов, связанных с его военной и трудовой деятельностью предоставила мне семья Ирмие Абаевича. В Дагестане, в музее на площади Ленина, долго висел портрет Ирмие Абоевича, как героя ВОВ. Во время войны молодой санинструктор Еремей получил множество наград – орденов и медалей, часть из которых утеряна, а часть в ввиде фотографий семьёй была предоставлена мне для этой статьи об их героическом отце.
После войны Ирмие Абоевич работал директором Дагпотребсоюза в Махачкале. Позже он дополнил своё образование, закончив Дагестанский политехнический институт (заочно). В 1957 году, Ирмие Абоевич был направлен в Узбекистан — осваивать голодные степи. Он поехал туда с семьёй, со старшими пятью детьми (одна из дочерей уже вышла замуж) и младшенькой, двухмесячной девочкой. Там он работал в Министерстве строительства Узбекистана, был управляющим трестом в городе Ташкенте при Совете министров (сохранилась его визитная карточка с указанием этого места работы), в основном, занимался гидромелиорацией, орошением полей. Ирмие Абаевич был человеком высокого ума, с высокими мотивациями, всегда занимал руководящие посты. В городе Махачкале, он работал директором базы Дагпотребсоюза, от этой базы получали различный товар, как продтовары, так и промтовары все торговые точки Дагестана. И поэтому был примером для детей, дал им хорошую дорогу в жизнь: в семье есть инженеры-мелиораторы, медики, экономисты, а старший сын, Анатолий Еремеевич, был заместителем министра мелиорации СССР, дочь, Маргарита Еремеевна, — главным врачом больницы посёлка Шелковской в Чечено-Ингушетии, а по переезду в город Кисловодск была начмедом Главных и Октябрьских нарзанных ванн, и её фотография до сих пор висит там на доске Почёта.
До 1974 года, до самого выхода на пенсию, Ирмие Абоевич продолжал работать в Узбекистане при Министерстве строительства. Выйдя на пенсию, Ирмие Абоевич вернулся с семьей в Махачкалу. Там его настигла тяжелейшая болезнь, паралич, вследствие инсульта и долгие, тяжелейшие пять лет, он находился в таком состоянии. Как и принято в наших горско-еврейских семьях, преданная мужу супруга, Эрке и младшая дочь ухаживали за ним, так как старшие дети уже были определены в своих семьях и, конечно же, тоже навещали отца. Ирмие Адамов умер 21 февраля 1980 года. Потомкм гордятся таким дедом, а их у него: внуков — 15, правнуков — 21.
