Однажды писатель Петр Вайль собрал под один переплет несколько стихов разных авторов и эпох, назвав этот сборник «Стихи про меня». Стихи эти объединены всего одним аспектом – все они соответствуют духу и настрою самого Петра Вайля и сопровождаются либо какой-нибудь историей, либо размышлениями.
В преддверии 21 марта, Международного дня поэзии, я долго размышляла, чего бы такого отчебучить, чтобы креативно поздравить коллег по творческому цеху, но потом подумала: зачем изобретать велосипед, если Вайль его уже изобрел, да еще так удачно.
Итак, встречайте: моя праздничная пятерка стихов – если и не про меня, то как минимум не прошедших мимо.

ПОСЛЕДНЯЯ ГРОЗА

Фрида ЮСУФОВА

Последняя гроза и перекаты грома.
Повадился к нам в сад кочевник-дождь.
И стайки птиц кружат над крышей дома
И склевывают дождевую гроздь.

Ушло тепло, и осень близко, близко,
И бродят, как вино, в горах дожди.
И давят тучи цвета тамариска
На сердце, полоненное в груди.

Цепляет ветки, словно арфы струны,
Стучит по черепице. И гроза
Вступает в царства горные, как гунны,
Как армии халифа и хазар.

Скажите, вы точно знаете, что увидите, если сейчас посмотрите в окно? Давайте отвернемся и проверим. Каков результат?
Рискую оказаться записанной в шовинистки, но я твердо уверена, что именно лирика, стихотворный блюз обо всем и ни о чем одновременно – чисто женская вотчина. Вспомним Ахматову: «В стихах всё быть должно некстати, не так, как у людей». А кто у нас мастер на это? Вот то-то же!
Однажды кто-то из друзей меня спросил: «Как, по-твоему, могу ли я считать, что Пастернак – более сильный поэт, нежели Пушкин?» Человек имел в виду этическую сторону вопроса, опасаясь личными предпочтениями нарушить негласную поэтическую иерархию. «Вполне, – успокоила я. – Я, например, из всех известных мне поэтов никого не назвала бы сильнее Цветаевой». Тогда он задумался и вдруг сказал: «Пожалуй, объективно такого нет...»
Так что же в результате у вас за окном? Лично у меня сейчас не начало израильской весны, а августовский ливень и ярко-красная рябиновая гроздь на ветру, я даже не хочу проверять и разочаровываться. А это значит – автор добился своего.

ДВЕ ЗВЕЗДЫ

Семен ГАВРИЛОВ

В небе две полночные звезды
Покоряют Млечную дорогу,
Закрывая друга от беды
И любовью отводя тревогу.

Где-то рядом стая Гончих Псов,
Лебедь сонный расправляет крылья
И Медведица с большим ковшом
Медвежонка маленького ищет.

Добрый месяц освещает путь…
Сотни звезд… Ты для меня всех ярче,
Две звезды влюбленных радость-грусть
Делят на двоих, улыбку пряча.

Рядом с ними стая Гончих Псов,
Лебедь сонный расправляет крылья
И Медведица с большим ковшом
Медвежонка маленького ищет.

Новый день… Рассвет стучит в окно…
Звезды исчезают в небе чистом.
Сколько нежности, любви тепло
Подарил мне ночью взгляд лучистый.

Вдаль умчится стая Гончих Псов,
Лебедь-птица в небе растворится…
Где-то под созвездием Весов
Медвежонку бочка меда снится…

Сразу оговорюсь – это не зависть и не желание примерить чужие лавры, поскольку больше всего ценю в творчестве именно креативность. Это, можно сказать, недоумение или даже легкий укор себе: ну почему среди моих поэтических идей не оказалось именно этой, такой замечательной, такой необычной и в то же время лежащей на поверхности.
В детстве я обожала и греческие мифы, и звездное небо, без труда находила звезду Альферац – это значило, что на небо вышла Андромеда и ей грозит опасность от выпущенного Посейдоном морского чудовища. Но рядом храбрый Персей, а где-то еще дальше живет Меркурий, он же Гермес. Он уже надел свои крылатые сандали и спешит Персею на помощь...
Словом, могу только пообещать звездную сказку в стихотворной форме со ссылкой на вдохновивший фактор.

РАССЕЯННОСТЬ

Дмитрий РАХАНАЕВ

Неужели я вновь обратился в ребенка?
Трепещу, лепечу неуверенным слогом.
Как же долго я ждал и учился я столько,
Чтоб, дождавшись тебя, всё рассеять в итоге.

Сколько разных сердец опьянял я речами,
Самоцветом играл каждый сказанный образ.
Но исчезло все в миг, когда мы повстречались…
Всё пытаюсь сказать, но дрожит снова голос.

Но ты знай: для тебя мое сердце богато,
И слова подберу, много красочных фраз.
Это только на время ушло всё куда-то,
Но вернется и вновь заструится не раз...

Даже не столь важно, что речь в стихах идет о смутившей лирического героя незнакомке. Всё оказалось гораздо глубже, речь негласно зашла о двух ипостасях человеческого сознания – разуме и душе. Разум это копилка, сопровождающая человека на всех этапах взросления; искренняя душа – спутник ребенка, она уже знает всё наперед, но чем дальше, тем труднее ее услышать.
Умение иногда превращаться в ребенка, по мнению Евтушенко, и есть подлинная взрослость. Почему? Наверное, потому, что в эти редкие моменты душа одерживает верх над разумом и человек становится способен на что-то гораздо большее, чем от него ожидают. Хорошее или плохое – это уже зависит от моральных качеств самой души, но определенно большее. Наверно, во многом к душе все-таки стоит прислушиваться, ведь только в гармонии с ней человеческий разум способен приходить к максимально правильным выводам.

«ОСКАР» ВРАГАМ

Борис ХАНУКАЕВ

Враги, обрадуйтесь почину:
я каждому из вас по чину
за нрав крутой и за личину,
за все неловкие уроки,
где находил свои пороки,
дарю свой «Оскар» – стихостроки!

Здоровья вам и всё такое,
чтоб не давали мне покоя.
В борьбе живите много лет,
Коль без меня вам жизни нет.

Коротенькая и очень меткая отповедь печоринской фразе «...я люблю врагов, но не по-христиански, они меня забавляют, волнуют мне кровь...». Очень часто меня посещала одна крамольная мысль: почему же у нас нет 11-й заповеди: «Не сотвори себе врага»? А правда, почему? Может, потому, что иногда недоброжелатели и даже ненавистники, сами того не подозревая, становятся катализатором раскрытия таланта в полной мере.
Воображаемый враг – своеобразная игрушка слабака, «печорина», если угодно – «моськи», упорство и бескомпромиссность которой – просто мишура. Такому человеку всегда скучно, всегда хочется доказывать свою исключительность путем борьбы с ветряной мельницей. «Врагов», как правило, выбирают ярких и значимых, даже не от зависти, а от «слоновости» этого врага.
Когда-то в детстве мы с друзьями смотрели «Неуловимых мстителей», а потом играли в Ксюшу, Яшку и Валерку. Врагами, разумеется, никто быть не хотел, их приходилось искать на стороне, в основном это были «большие парни». Помню, как мы с воем и улюлюканьем выскакивали из засады наперерез очередному Сидору Лютому и под звонкие проклятья разбегались кто куда. Действительно забавляет, действительно волнует кровь... У нас это прошло через неделю. У некоторых десятилетиями не проходит, жаль мне таких.

***

Лев АБРАМОВ

Взвился огонь беспощадного взрыва…
Замерли стрелки на круге седьмом...
Крик изумленных сиренных надрывов…
Нас убивают – а мы живем!

Бомбы живые, посланники ада,
В ад и вернутся дорогой прямой:
«Детские жизни – на прелести сада»?!! –
Бог не приемлет подмены такой!

Ложь «паркинсоника» множится скопом,
Есть понимание в мире большом:
Под чутким присмотром «гуманной» Европы
Нас убивают – а мы живем!

Полет европейской «гуманной» натуры
Лишь тень Холокоста подпортила вновь.
Сердца «гуманистов» – большие структуры:
Качают им нефть, а не красную кровь.

И что изменилось за двадцать столетий?
Вернулись из странствий, живем под огнем.
Лишь пуля ждет очереди в пистолете…
Нас убивают – а мы живем!

Под этим огнем поднялось государство:
Война, мир короткий – и снова война.
Но в сад превратилось песчаное царство,
Проснулась Земля от глубокого сна.

Не вам отнимать, «амалеково» племя,
Ту землю, что Бог заповедовал нам!
Живите как люди – и сжалится время:
А мир принесет процветанье и вам.

Так плюнем в лицо террористу-садисту!
Пусть мы одиноки в страданье своем!
К чертям всех политиков-эквилибристов!
ДА! НАС УБИВАЮТ! НО МЫ ЖИВЕМ!

В армии у нас был старший прапорщик, друз. В служебной «тойоте» в качестве подвески он прицепил палестинский флажок. А теперь давайте представим израильский флажок в палестинском городе; правда, мне это никак не удается...
Английский писатель Иэн Макьюэн, приняв иерусалимскую книжную премию, в ответной речи осудил Израиль и приравнял его к ХАМАС. Домой отправился живой и здоровый, хотя желающие разбить ему нос наверняка были...
В своем неудержимом желании смыть с себя пятно Холокоста Европа предоставила арабским беженцам все права – и уже через очень короткий срок потеряла свое обличие так, как никогда не теряла его за долгие годы галута. Эх ты, Европа...
Где-то однажды слышала фразу: «Меня потрясает гнев человека, гневающегося один раз за всю жизнь». Сегодня мир потрясает гнев народа, вставшего на свою защиту один раз за 2000 лет. При этом народа, не потерявшего человеческое обличье, даже будучи прижатым спиной к морю. Миру более понятен гнев дикарей, в XXI веке убивающих и умирающих ради 70 призрачных красавиц и на другое, видимо, не способных.
Такова человеческая природа, что тут скажешь...
Да! Нас убивают, но мы живем! Иногда даже пишем стихи...

С праздником, уважаемые поэты!
Автор: Материал подготовила Мария Евдаева