Когда поэтесса Сара Рахмани-Лазарева читает свои стихи, зрители всегда внимательно слушают её напевную, богатую речь на горско-еврейском языке и начинают дружно аплодировать. Недавно на вечере кавказской культуры в Хадере Сара исполнила своё стихотворение «Зуун джуурирэ вир мэсохит» («Не забывайте родной язык»). Сара постоянная участница общинных мероприятий и активный член чата «Zuhun Dedeyi». Она занимается также переводами с иврита на родной язык. В настоящее время Сара работает над переводом биографии поэта Хаима Нахмана Бялика.

- Сара, расскажи, пожалуйста о своих корнях.

- Я родилась в семье Рафоиля и Мазанту Лазаровых в посёлке Красная Слобода (Губа, Азербайджан). В нашей семье было семеро детей, я была шестым ребёнком. Я потеряла отца в возрасте 10 лет. Мой отец был очень трудолюбивым, спокойным и дружелюбным. Его называли Рафоил кук Кэлэбэбэ Илизир Мээз. Предки моего отца, выходцы из Ирана, поэтому и жили в мэхэлэ (квартале) Гиляки, получившем название от иранского города. Мээз, так звали деда моего отца, выращивал на высоком холме марену (натуральный краситель для ковровой пряжи). С тех пор этот холм носит его имя: Дахор-Мээз. Мой дед, Кэлэбэбэ Илизир Мээз, был сионистом и не раз посещал Эрец Исраэль, из-за чего в 1936 г. был репрессирован и с тех пор считается без вести пропавшим. Моя мать, Мазанту (в дев. Ханукаева), — дочь Тури и внучка Юшвага Шоула. Наш прадед Юшваг Шоул был знахарем, народным целителем. Дед, Писах Юшваг Шоул, до революции был состоятельным человеком, землевладельцем. Мой папа работал в колхозе, затем в магазине, мама трудилась на ковровой фабрике.

- Каким тебе запомнилось слободинское детство?

- В нашем районе Гиляки я была заводилой, часто собирала группы детей для игр. С младших классов очень любила читать. Когда приходила библиотеку, то библиотекарша запрещала мне брать книги русских и зарубежных классиков. Она говорила: тебе, мол, рано ещё читать романы. Но я с пятого класса стала читать книги и старалась фантазировать и представлять себя на месте героев. Дома предпочитала спать на веранде, мама всегда удивлялась, почему я сплю там, а не в своей комнате. А мне нравилось лежать там в тишине ночи, слушать журчание реки Гудьялчай и смотреть на звёзды. Я любила слушать также песни, и соседи не раз жаловались маме на меня за громкую музыку. Часто собирала соседскую детвору, выбирая среди них актеров, ставила с ними сценки. За это меня уважали все сверстники нашего района.

- Где ты училась и какую специальность приобрела до репатриации?

- В школе я была активисткой и училась на отлично. Но у меня не было возможности по семейным обстоятельствам продолжать учёбу в вузе: надо было помогать маме, поднимать братишек и сестёр. Пришлось учиться в местном ПТУ, а затем устроилась на работу на ковровую фабрику, где была лидером, лучшей работницей, занималась общественной деятельностью. Как-то к нам на фабрику прибыли сотрудники азербайджанского ТВ, и начальство предложило взять интервью у меня. В начале я сказала, что наши азербайджанские ковры — одни из лучших на свете и имеют большой спрос за рубежом. После этой передачи соседская детвора бегала за мной и распевала эту фразу, дразнила, а я в ответ: «А вам что, завидно?» Затем работала по специальности: обучала ковроткачеству старшеклассников на учебно-производственном комбинате в Губе.

- Имея столь явные творческие и лидерские задатки, ты могла бы стать прекрасной актрисой или начальником производства, если продолжила бы учебу в высшем учебном заведении…

- Да, всё может быть… Но я хочу сказать, что наш маленький горско-еврейский народ богат своей культурой, фольклором и талантами. И на протяжении многих веков отличался своей скромностью и сдержанностью. Выставлять напоказ, особенно женщинам, свой талант, умение выражать свои способности считалось не очень достойным. В прошлом, если человек, особенно девушка или женщина, начинал сочинять стихи и песни, играть в народном театре и петь, над ним начинали насмехаться. Ведь женщина испокон веков считалась хранительницей домашнего очага. Чаще женщина не имела права голоса, живя в патриархальной семье, была покорна не только мужу, но и его многочисленной родне. Поэтому те таланты и способности, которые она имела, никого не интересовали. Представительницам прекрасного пола была отведена особая роль: воспитание детей и ведение домашнего хозяйства.

- Сара, скажи, пожалуйста, как проходила твоя абсорбция и смогла ли ты в Израиле достичь того, о чем мечтала в детстве?

- Мы репатриировались в Израиль в 1991 г. В Израиле я встретила свою судьбу, уроженца Иерусалима, потомка выходцев из Ирана Моти Рахмани. У нас две дочери. Я работаю менеджером в рекламном агентстве. У нас две дочурки, обе студентки: Эля и Ревиталь, которая работает в канцелярии одного из министерств в Иерусалиме. Я очень горжусь своим горско-еврейским народом и нашими талантливыми людьми из любимого чата «Zuhun Dedeyi». Счастлива, что окружена такими славными и добрыми друзьями. Мне доставляет радость то, что я имею отношение к кавказской общине и стремлюсь делать все, чтобы наше культурное наследие не было забыто.

P.S. Во время подготовки интервью к публикации мне удалось пообщаться с коллегой из Нью-Йорка Любой Юсуфовой, которая очень обрадовалось, когда узнала об этом материале и попросила дополнить статью своим мнением. «С Сарой Рахмани я знакома уже пять лет, она удивительный человек: добра, умна, талантлива и к тому же прекрасно владеет нашим родным языком. Её стихи легко ложатся на слух, бередят душу. Пишет она на нашем богатом литературном джуури. И хочу пожелать ей достичь в своем творчестве новых высот. Сара не только талантливая поэтесса, но и замечательная актриса, она прекрасно справилась с ролями свекрови-хусур и матери-дедей в аудиоспектаклях «Хусур нэ хусур» и «Бэбэхо нэ фэрзэндо», которые я поставила».