Мордэхай Раханаев – бывший ответственный секретарь ВСПГЕ, поэт, писатель, приехавший в Израиль из Нальчика. За свои 43 года этот неординарный молодой человек успел многое – совершить репатриацию на Святую Землю, пройти службу в израильской армии, глубоко погрузиться в творчество, начав писать рассказы и стихи, в том числе на джуури, жениться и растить с очаровательной супругой двоих детишек, попробовать себя в самых разных профессиях, чтобы прокормить семью, ведь одной поэзией, как известно, сыт не будешь, завести массу прекрасных друзей, близких по духу, найти маститых педагогов в литературной стезе.

- Мордэхай, расскажите, пожалуйста, о своих горско – еврейских родственниках, о предках.

- Родился в столице Кабардино - Балкарии 43 года назад, до 16 лет рос в Нальчике, мои родители до седьмого-восьмого колена также - нальчикские. Если говорить о предках, мамин прадед и дед отца являлись родными братьями и главными раввинами города, один из них преподавал в хедере. Мамин прадед учился в Вильно, по возвращении обучил своего младшего брата на раввина. Папин отец сражался на войне и освободившись после блокады Ленинграда, контуженным вернулся домой. Мамин отец в 17 лет призвался на фронт в 1944-м году и прослужил до 51-года в морфлоте. Фамилия моего отца - Раханаев, девичья фамилия мамы - Амирова, она принадлежит к династии раввинов. Мои родители до первого класса по-русски вообще не разговаривали, считаясь местечковыми евреями, обитая в районе еврейской Колонки. Учителя мамы сначала не представляли, как девочка сможет учиться, осваивая новый язык, однако вопреки злопыхателям, она вскоре стала лучшей ученицей школы, ее фото украшало местную доску почета. У мамы также числятся серьезные успехи по немецкому языку, в нашем семейном архиве имеется фото, на котором она стоит с представителями из ГДР, ее пригласили как лучшую ученицу на экскурсию с немцами. Мой папа, будучи мальчишкой, представлял свою школу в Нальчике на разных олимпиадах по математике.

- У вас есть братья или сестры?

- Нас в семье трое: мой брат Тимур Меир, обитающий сегодня с семьей в Москве, женившийся на горской еврейке из Кубы. Моя сестра Марина Мемей со своей семьей живет в Хайфе, в одном доме с нами, корни ее мужа - из Грозного. Я женился в 31 год, а сегодня с родителями, женой и детьми живем вместе, корни моей супруги также уходят в столицу Чечни. Мой сын любит петь, по моему настоянию год проучился в музыкальной школе по классу скрипки, дочка посещает кружок рисования.

- Когда приехали в Израиль, при каких обстоятельствах?

- Прилетел в Израиль в 16-тилетнем возрасте по программе «Наале» и привык к новой стране, как и остальная молодежь. В Нальчике закончил среднюю школу, за месяц прошел специальный семинар, сдал экзамены и психотест, после чего в 1992-м году попал на историческую родину. Совершив репатриацию, поступил на подготовительные курсы («Мехину»), потом, по стечению обстоятельств вместо ВУЗа отправился работать, прошел армию, служил в пограничных войсках и продолжил работу.

- Ваши коллеги представили мне вас, как поэта Дмитрия – Мордэхая Раханаева. Так кто же вы больше, Дмитрий или Мордэхай?

- Расскажу здесь небольшую предысторию по поводу моего имени, а также объясню, почему прошу называть меня Мордэхаем. За небольшое время до моего рождения, когда еще не имели понятия об УЗИ, мамины родственники назвали меня Димой в честь одного музыканта, приезжавшего в Нальчик петь на мероприятиях, частого гостя в семье моей бабушки, благословенна ее память. Когда я родился, меня так и записали в метрике. Зато после церемонии брит-милы дед по отцу сказал, что я увидел свет на праздник Пурим 12 адара, а Пурим - 14 адара, и мне следует дать имя Мордэхай, что и записали на небесах. Это для меня важнее светских документов.

- При каких обстоятельствах началось ваше увлечение литературой?

- С юности много читал, порой вслух, в начале двухтысячных узнал, что в Хайфе, где я живу, открыли литературную студию, и меня попросили ее возглавить. Тогда, пришлось серьезно заниматься поэтикой, которую затем преподавал в этом чудесном клубе литераторов – любителей, писателей, поэтов. Группа наша началась с трех, четырех человек, а я довел ее до 43-х участников, данный проект стал самым крупным литературным оазисом в Хайфе. В 2006-м году меня познакомили с представителями Союза русскоговорящих писателей – горских евреев, с радостью вступил в него, стал заместителем главы нашего кавказского Союза писателей в Израиле.

- Что было дальше? Когда принялись писать на горско-еврейском?

- Ввиду нехватки времени не смог часто посещать наше объединение, и меня на посту сменила активистка, общественный деятель, организатор онлайн-чата «Язык матери» Фрида Юсуфова. А произведения на джуури начал создавать, благодаря нашему известному литератору Эльдару Гуршумову. Однажды маэстро сказал: «Ты состоишь в Союзе писателей горских евреев, почему же пишешь только по-русски?!» Его слова меня очень сильно затронули, уже на следующую встречу я принес ему на суд стихотворное четверостишье на джуури. Благо Эльдару Гуршумову оно понравилось. С тех пор стартовала моя горско-еврейская карьера, стал регулярно переводить с других языков песни на джуури, мне постоянно поступали заказы на переводы. Первый мой литературный сборник вышел в 2006-м году и назывался «Недопетые песни мои». Яркая журналистка, моя давняя знакомая по Союзу писателей горских евреев Хана Рафаэль написала по этому поводу статью на сайт «СТМЭГИ». И по сей день вместе с Эльдаром Гуршумовым работаем над русским текстом нашего горско-еврейского альманаха, иногда просто прихожу его проведать, тем более супруга маэстро, Мила Гуршумова – интеллигентная женщина, от нее веет аристократией, она - очень гостеприимна, тепла, приветлива, параллельно продолжаю общаться со многими своими собратьями по перу.

- Интересно…

- Кстати, когда познакомился со своими коллегами, такими же горскими евреями, увлеченными литературой и поэзией, они стали приносить мне на проверку свои стихи, как подпольному редактору (смеется*). Основы грамматики русского языка знал еще со школы Нальчика, продолжил изучать ее в Израиле. В основном черпал знания, умения и навыки из русской литературы, из академических переводов с французского на русский и т.д, мои кумиры - Бальзак, Дюма, вся литературная плеяда того времени. Помогал набирать штат авторов, колумнистов, писателей и журналистов на портал «Стмэги», как обладатель огромного числа таких вот талантливых знакомых. В данном интервью также особенно хочется отметить Инессу Матвеевну, моего педагога из Нальчика, музыканта, культуролога. Мало кто знает, что первая пьеса была переведена мною на джуури еще в России, когда мне исполнилось 15 лет. С тех пор Инесса Матвеевна, великолепный музыкант и композитор мечтала поставить мюзикл на горско-еврейском языке, для чего мы даже нашли режиссера и все-таки выпустили музыкальный спектакль. В 2014-м году помогал детям из Хадеры осуществить наш первый небольшой проект под названием “Ханука”, а грандиозное мероприятие «Мегилат Эстер» состоялось уже на Пурим 2015-го года, его режиссером стал Моше Йохананов, композитором - Хизгилов Роман, идея принадлежит той самой Инессе Матвеевне (благословенна ее память). Следующий наш спектакль был посвящен Дню Победы и продемонстрирован в еврейском государстве 9-го мая, а последнее мероприятие «Братья Маккавеи» реализовалось в том же 2015-м году, уже к Хануке.

- С чего стартует ваш рабочий день, как зарабатываете на жизнь, чтобы прокормить семью, ведь одной поэзией в Израиле сыт не будешь?

- Мой день начинается в синагоге с утренней молитвы, далее еду на работу. Тружусь мясником в супермаркете, а также профессиональным массажистом, физиотерапевтом, после работы в мясной лавке, при наличии клиентов, отправляюсь делать массаж. Вечерами играю со своими любимыми детьми, сыном и дочкой.

- Что для вас вообще значат такие слова, как: поэзия, журналистика, писательская деятельность? Досуговое времяпрепровождение, заполнение свободного времени или нечто большее?

- Считаю, что поэзия – это состояние души, образ жизни. Даже прозу пишу, немного ее поэтизируя. Может поэтому мои статьи могут кому-то показаться слегка слащавыми, похожими на очерки. Что касается журналистики - в последнее время забросил создание статей и писательское ремесло, на это пока не остается времени. Кстати, слово «журналист» на горско-еврейском звучит как «Хабер – бер» - в точности «переносчик вестей».

- Помните ли нечто волнительное, страшное, грустное или забавное из службы в армии?

- Не могу забыть, как на нашу базу обрушился страшный камнепад, а мы с другими военнослужащими, полураздетые бегали по территории, пытаясь понять, что происходит. Однажды в мой военный джип кидали бутылки с зажигательной смесью. А вообще, пройти армию без чувства юмора солдату будет весьма сложно, там на вас лежит постоянная и серьезная ответственность. Кстати, еще в армии писал свои сочинения в ночную смену, на дежурстве в районе Рамаллы, сидя на некой возвышенности, погруженной в облака, где бывает очень сыро. Потому, бумага с моими рассказами часто намокала. Жаль, но с той армейской поры ничего из написанного не сохранилось.

- Кого считаете своими учителями в литературе?

- Взрослел на Есенине, Блоке, Андрее Белом. В грамматике мне пару важных вещей подсказал Борис Ханукаев - писатель, поэт и профессиональный музыкант, за что останусь ему благодарен всю жизнь, ведь я, к сожалению, музыкантом не являюсь и даже в душе не всегда позволяю себе петь. Последний присутствовал на презентации моей книги, а моим редактором стала Маргарита Казакова. Именно Борис Ханукаев меня хвалил, верил в меня, дал важные знания по ритмике, с его подачи я начал «шлифовать» свои стихи. А тому, как преподнести свои поэтические произведения, выработав грамотную ораторскую речь, учился у мастодонта Эльдара Гуршумова, именно этих личностей могу сегодня смело назвать своими педагогами.

- Откуда черпаете оптимизм и веру в лучшее в наше, столь непростое карантинное время?

- А у меня имеется свой небольшой чат, под названием «Дышащие поэзией», где собрались творческие люди, писатели, художники, мои сестры и братья по перу, люди, близкие по духу, израильские горские евреи. Именно они помогают не терять оптимизма, дарят тот самый духовный подъем. Также невероятно поддерживают моя связь с Всевышним, вера в Б-га и конечно – моя семья, любимая жена, родители, дети.

- Супруга не ревнует вас к чату «Дышащие поэзией»? Вы наверняка проводите там много времени вместо того, чтобы сделать что-то полезное по дому…

- Ревнует конечно, но у нас есть давний талант сглаживать острые углы в семейной жизни, легко переводим все разногласия в творчество! (смеется*).