18 июня на немецком телевидении впервые вышло ток-шоу под названием «Freitagnacht Jews». Что это такое? Пятничный еврей? Ведущий Даниил Донской вначале тоже сомневался: «Я долго думал, хочу ли я ставить на себе эту печать. Хочу ли я, чтобы меня представляли: "Даниил Донской, еврей"? Да, я еврей, но я, вероятно, не стал бы напоминать об этом в светской беседе». Донскому 31 год, он родился в Москве, вырос в Германии и Израиле, получил образование в Лондоне. И он задается вопросом: «После этого шоу я могу быть просто актером или музыкантом? Или отныне я навсегда останусь еврейским музыкантом, еврейским актером?».

Многие в Германии вообще не имеют представления о жизни еврейской общины. По оценкам, в стране проживает около 200 тыс. евреев. Даже спустя 76 лет после окончания Второй мировой войны и падения нацистского режима многие из них не чувствуют себя в достаточной безопасности, чтобы демонстрировать свое еврейство. И даже если они это сделают, то немецкое общество все равно поставит узкие рамки — в качестве «еврейских экспонатов, подтверждающих, что немецкое общество успешно примирилось со своим убийственным прошлым», — так пишет Макс Чоллек в своей книге «Дезинтегрируйтесь!», ссылаясь на концепцию «театра памяти», сформулированную психологом Михаэлем Бодеманом. Как и в спектакле, речь идет «не о людях, а о ролях, которые они играют — об их символическом значении как представителей уничтоженного», — пишет Чоллек, которого Донской пригласил в своё шоу и представил как ученого, поэта, жителя Восточного Берлина и еврея.

Большие фабричные окна, старый простой деревянный стол и приглушенный свет винтажных ламп создают у зрителя ощущение, что он попал в стильный берлинский лофт. Программа выходит в пятницу вечером не случайно: Донской приглашает своих гостей на совместную трапезу в Шаббат, еврейский день отдыха, который начинается с заходом солнца по пятницам и заканчивается в субботу с наступлением темноты. Поскольку соблюдающим евреям запрещено включать в это время электронные устройства, программа записывается не по пятницам, а «ортодоксальные евреи могут получить к ней доступ в любое удобное для них время, независимо от ограничений Шаббата».

«Холокост, антисемитизм, Израиль,— говорит Донской, — вот три слова, которые приходят на ум в Германии, если речь заходит о еврействе. В остальном, по его словам, — белые пятна. Донской хочет исправить это и обсудить вопросы типа: «Чему вы учитесь у своего прошлого? Что вы хотите передать своим детям? За что вы боретесь? Используете ли вы свое прошлое — или бежите от него?». Макс Чоллек, появляясь в студии, сходу заявляет, что не будет говорить об антисемитизме. Он считает, что евреям бесполезно разговаривать на эту тему: «Вы постоянно заняты разговорами об этом, в то время как люди уже все знают. Каждый, кто хочет знать, знает, что евреи не правят миром».

Конечно, быть евреем в Германии — болезненная история. Но не только то, что связано с евреями, но и то, что связано с мигрантами, с мусульманами, с различными меньшинствами — тоже не так просто, говорит Чоллек. «Конечно, те, кто ущемлены, хотят, чтобы все для них скорей изменилось к лучшему. Но у тех, кто потерял близких, кто был лишен собственности, кто видит, что их имущество продолжает использоваться другими людьми, у них совсем другие запросы. Особенно, когда наступают не лучшие времена, как сейчас».

Даниил Донской тоже почувствовал это. В интервью для западногерманского радио (WDR 2) он рассказал, как через несколько дней после выхода его программы в Интернете известный праворадикал турецкого происхождения Аттила Хильдманн спровоцировал «шквал нечистот». В ответ Донской выпустил песню, которая также звучит во вступлении ток-шоу, она называется «Еврей. Для многих это все еще грязное слово». В какой-то момент Донской читает рэп: «Антисемитизм — это спорт в Германии».

То, что еврейское телешоу выходит в 2021 году, связано с тем, что в Германии отмечается 1700 лет еврейской жизни. При этом гости находят иронические слова по этому поводу: «Это национальная фантазия, что немцы всегда были здесь, а евреи пришли», — говорит Чоллек. А режиссер Дани Леви (фильмы «Все на цукера», «Мой Фюрер, или Самая правдивая история об Адольфе Гитлере» и др.) считает, что весь этот праздник скорее «плохо для евреев, чем «хорошо».

Среди гостей восьми получасовых серий также начинающая реформистский раввин и ЛГБТ-активистка Хелене Браун, главный редактор журнала ZEIT-MAGAZIN Саша Хаймович и семья, с которой Донской дружит с детства. За единственным пока исключением всех героев объединяет только их еврейство. И вот тут-то и начинаются дискуссии: что это вообще такое? религия? национальность? Гости так же расходятся во мнениях о том, кем или чем они являются на самом деле, как и о том, чего они хотят. Кто-то хочет больше нормальности, но Даниил Донской сомневается, что в Германии когда-нибудь будет еврейская нормальность, и что она вообще желательна.

Под этими широкими углом зрения подробно обсуждаются еврейские школы и лагеря отдыха, обрезание, однополые свадьбы и еврейское кино. Бритни Спирс, порнография, тщеславие и самокритика также присутствуют. Донской беседует с психологом, писателем, палестинцем по происхождению, Ахмадом Мансуром, о том, как он вырос в Израиле и покинул его. И почему люди в Германии предпочитают говорить об антисемитизме в мусульманских общинах, а не в центре немецкого общества.

Каждая программа длится всего 25 минут. У зрителя всегда создается впечатление, что разговор прекращается именно тогда, когда он становится по-настоящему захватывающим. Даже молодые зрители, привыкшие к социальным сетям, продержались бы немного дольше. Если упоминаются такие термины, как Песах и Мошиах, которые понятны не каждому зрителю, они поясняются в короткой вставке (Песах — праздник в честь освобождения еврейского народа из египетского рабства). Никому из гостей не приходится неловко объяснять то, что для него или нее является само собой разумеющимся. На этом шоу веселятся, играют, даже выпивают и часто громко смеются. Некоторые гостьи изображают «типичных еврейских мам», старающихся сосватать неженатого Донского. Шоу — это парадокс на двух ногах, как говорит Донской: «Мы стремимся к сближению, но подчеркиваем различия».

Какой в этом смысл? Наверное, кроме развлечений, можно назвать три вещи. Зрители, не являющиеся евреями, узнают и лучше понимают, что значит быть евреем в Германии сегодня. Еврейские зрители обретают чувство общности. И каким-то образом это немного меняет дискурс понимания, может быть, даже больше, чем немного.