Бывший судья Верховного суда Израиля Габриэль Бах, член группы, которая занималась делом Адольфа Эйхмана, скончался 18 февраля в возрасте 94 лет, сообщает «The Jerusalem Post».

Карьера Баха длилась 46 лет с 1951 по 1997 год, в том числе 31 год в военной прокуратуре и в Генеральной прокуратуре, 13 из них с 1969 года в качестве государственного обвинителя и заместителя генерального прокурора, а затем в 1982 году 15 лет в качестве члена Верховного суда, где он считался либеральным судьей.

Бах родился в Германии в 1927 году как Герт Габриэль Бах и вырос в Берлине при правлении нацистов. В октябре 1938 года, за месяц до «Хрустальной ночи», семья бежала из Германии в Амстердам. Бах говорил, что его буквально «вышвырнул из Германии» охранник платформы, который пинком втолкнул его в поезд, везший его семью в Амстердам. В 1940 году он и его семья сели на корабль, направлявшийся в Палестину, и отпраздновали на корабле его бар-мицву. В возрасте 16 лет Бах присоединился к военизированной организации «Хагана».

После установления независимости Израиля он изучал право в Университетском колледже Лондона, прежде чем вернуться, чтобы начать свою юридическую карьеру. В Генеральной прокуратуре Бах участвовал в двух громких делах: процессе о клевете на Кастнера и процессе Эйхмана. В первом случае речь шла об адвокате и журналисте Рудольфе Кастнере, которого в 1953 году обвинили в сотрудничестве с нацистами во время Холокоста в его родной Венгрии. После того как окружной суд Тель-Авива постановил, что Кастнер «продал душу дьяволу», сотрудничая с нацистами в попытке спасти евреев, Бах подготовил правительственную апелляцию на приговор против него. Верховный суд принял апелляцию, которую Бах подал в 1958 году, и оправдал Кастнера, убитого за несколько месяцев до вынесения решения.

В деле Эйхмана Бах был назначен юрисконсультом «Бюро 06» — специальное полицейское подразделение, которому было поручено расследование дела одного из главных организаторов Холокоста. Вместе с генеральным прокурором Гидеоном Хаузером и Яковом Бар-Ором Бах подготовил и огласил обвинение нацистского военного преступника, что способствовало осуждению и казни Эйхмана. В своих воспоминаниях Бах писал: «Когда его, узника, вели в мой кабинет, я на мгновение увидел себя ребенком с семьей в Германии, там на перроне, и леденящая мысль пронеслась у меня в голове — как легко это могло быть ловушкой. В тот момент было нелегко сохранять нейтральное выражение лица, бесстрастное выражение лица».

Бах был удовлетворен не только обвинительным приговором, но и смертным приговором Эйхману. «Я считал, что в случаях преступлений против человечности и массовых убийств должна применяться смертная казнь», — заявил он «Ynet» в прошлом году. У Баха, жителя Иерусалима, остались жена Рути и много детей и внуков.