Московский еврейский театр «Шалом» осенью приедет в Израиль с гастролями и представит русскоязычным израильтянам одну из ключевых постановок своего репертуара. «Моня Цацкес — Знаменосец» по повести Эфраима Севелы уже несколько сезонов собирает полные залы.

Гастроли театра пройдут с 16 по 24 октября и станут одной из заметных театральных премьер русскоязычного культурного сезона.

Номинант театральной премии «Золотая маска» стал спектаклем, в котором разговор о войне, еврейской памяти и человеческом достоинстве звучит без музейной тяжести и театрального пафоса.

В основе постановки повесть Эфраима Севелы, одного из самых узнаваемых еврейских авторов русскоязычной литературы. Его проза держится на редком сочетании боли, иронии, внутренней свободы и жизнелюбия. Севела писал о катастрофе не языком памятника, а языком живого человека, который боится, любит, шутит, теряет и всё равно продолжает держаться.

Главный герой, Моня Цацкес, еврей из литовского Поневежа, попадает в Красную армию. Всё, что происходит с ним, трагично, но звучит почти как анекдот. Война разрушает привычный порядок мира, страх становится частью повседневности, а человек всё равно сохраняет доброту, находчивость, чувство юмора и способность не предать самого себя.

Режиссёр спектакля, художественный руководитель театра «Шалом» Олег Липовецкий, видит в повести Севелы материал, точно совпадающий с миссией современного еврейского театра. «Мы, прежде всего, разговариваем со зрителями о том, как оставаться собой в любые времена, в любой ситуации, о самоидентификации в сегодняшнем мире», говорит Липовецкий.

Эта мысль определяет внутренний нерв постановки. «Моня Цацкес — Знаменосец» не превращает военную историю в героическую открытку и не делает из еврейской судьбы архивный экспонат. Спектакль соединяет горькую печаль и светлый юмор, фронтовую хронику и еврейский анекдот, личную судьбу и память народа.

Липовецкий формулирует принцип спектакля предельно точно: «Смех уничтожает страх. Когда не хочется бояться, нужно смеяться над своими страхами». В этой фразе заключена не эффектная театральная метафора, а смысловая основа постановки. Смех здесь не смягчает трагедию и не делает её удобной для зрителя. Он становится способом сопротивления, последней внутренней территорией свободы, которую человек способен удержать даже в обстоятельствах, лишающих его почти всего.

На сцене всего четыре блестящих артиста театра: Антон Шварц, Николай Тарасюк, Антон Ксенев и Карина Пестова. Они создают десятки персонажей, мгновенно меняя возраст, характер, интонацию и внутренний ритм роли. Минимализм сценического решения делает спектакль точнее: в центре остаются слово, голос, пауза, взгляд и энергия актёра.

Для израильского зрителя имя Эфраима Севелы звучит особенно лично. После эмиграции из СССР в 1971 году он жил и работал в Израиле, а во время Войны Судного дня добровольцем участвовал в защите страны и был ранен. Поэтому приезд спектакля по его повести в Израиль воспринимается не как обычный гастрольный маршрут, а как возвращение текста в пространство, где биография автора, еврейская память и современная реальность вступают в прямой диалог.