Жители кибуца Эйн-Геди у Мертвого моря в 1960-е годы. Фото: Архив кибуца Эйн-Геди

Мейрав Аялон из кибуца Эйн-Геди стоит рядом с местом, где в 1960-х годах купались дети в прибрежных водах Мертвого моря

Сегодня самый соленый водоем в самой низкой точке Земли катастрофически сжимается, и в Эйн-Геди вообще нет пляжа, до воды нужно идти около 5 км по провалам почвы; спа-курорт (что теперь звучит насмешкой) в Эйн-Геди закрыт.

Две причины упадка Мертвого моря хорошо известны.
Во-первых, из малых сезонных рек поступает недостаточно воды, и Сирия, Иордания и Израиль отбирают ее на человеческие нужды.
Во-вторых, заводы на израильском и иорданском берегах откачивают воду для извлечения ценного калия, брома и магния из соленых вод в массивных испарительных бассейнах и восполняют только около половины потраченной воды.

Знак в Тверии, показывающий текущий уровень Галилейского моря на 208,9 метра ниже уровня моря, 9 мая 2020 года. Уровень воды считается низким, если он опускается ниже 208,8 метров.

Какое-то время надежды возлагались на проект канала Красное море – Мертвое море: опреснение морской воды возле иорданского портового города Акаба, отправка питьевой воды в иорданские города, а оставшейся соленой воды – около 250 миллионов кубометров в год – в Мертвое море.
Проект, оцененный в 10 миллиардов долларов, недавно был закрыт Иорданией после того, как Израиль много лет не мог утвердить необходимое финансирование со своей стороны.

Надежда появилась на этой неделе в виде предложения Министерства охраны окружающей среды Израиля, в котором рекомендуется вернуться к рассмотрению этого проекта: на первом этапе в Мертвое море доставят 400 млн кубометров соленой воды.
Если это смешивание окажется успешным – некоторые исследования предупреждали, что объем более 400 млн кубометров в год может привести к образованию гипса на поверхности озера – на втором этапе в Мертвое море закачают 750 млн кубометров.
Предполагается, что ежегодный приток около 750 миллионов кубометров из Средиземного и Красного морей может стабилизировать умирающее Мертвое море.

Вплоть до 1930-х годов каждый год около 1200 млн м³ текло на юг в долину реки Иордан из Галилейского моря, большая часть достигала Мертвого моря и помогала поддерживать стабильный уровень воды. Но в том же году южный конец Кинерета перекрыли дамбой, чтобы обеспечить водой растущее население Галилеи, и оттуда теперь вытекает всего 10 млн кубометров.

Опреснительная установка в Хадере, 16 мая 2010 г. Фото: AP Photo / Ariel Schalit

Израиль собирается завершить строительство трубопровода для подачи опресненной воды из Средиземного моря в Галилейское, что может высвободить больше воды для стока на юг. Однако, Средиземноморское побережье Израиля уже переполнено опреснительными станциями (пять работают, две создаются), и они используют огромное количество энергии из ископаемого топлива, создавая опасность для экологии. И пока нет планов открыть шлюзы дамбы, так как с точки зрения государства воды Галилейского моря должны использоваться в качестве аварийного водного резерва страны.

«Мне неприятно это говорить, но я не вижу никакой надежды для Мертвого моря», – говорит Клайв Липчин, директор Центра трансграничного управления водными ресурсами Института экологических исследований Арава на юге Израиля.

Мертвое море сегодня примерно вдвое меньше, чем в 1976 году. Оно опустилось на 436 метров ниже уровня моря и ежегодно опускается еще на 1,1–1,2 метра, оставляя после себя бесплодный ландшафт на слое подземной соляной породы.
Пресная вода зимних дождей растворяет эту породу, создавая множество подземных воронок, которые проваливаются случайным образом, угрожая людям и машинам, и уходит глубоко: корни растительности наверху не достают до воды, и растения высыхают. Много лет израильское правительство составляло карту рисков, чтобы дороги или другие сооружения не попали в зону возможного обрушения.

Туристы идут по воронкам через соляную равнину, которая когда-то была Мертвым морем, примерно в 20 километрах к югу от кибуца Эйн-Геди, 15 января 2021 года. Фото: Менахем Кахана / AFP

Провал открылся под местом, где когда-то проходила дорога. На заднем плане виден заброшенный курортный поселок кибуца Эйн-Геди, 20 января 2022 года. Фото: Сью Суркес / Times of Israel

Сегодня осталось только три пляжа вдоль всего западного берега того, что осталось от Мертвого моря, и все они платные. Еще одна популярная пляжная зона – в Эйн-Бокек, скоплении курортных отелей, окружающих большой открытый пляж – но это берег огромного пруда-испарителя площадью 80 км2, расположенного там, где когда-то было озеро.

Завод Dead Sea Works вырос из частного калийного завода, основанного в 1930 году. В 1961 году кнессет предоставил концерну исключительные права на следующие 69 лет. В 2030 году истечет срок аренды, и концессия на добычу будет вновь открыта.
Франшиза принадлежит ICL Group, дочерней компании холдинга Israel Corporation семьи Офер. Израиль входит в число ведущих мировых производителей калия. После последних политических событий резко возрос дефицит калия, что привело к заоблачным ценам. CL ясно заявила о своем желании выиграть новую концессию.

Люди отдыхают на берегу огромного пруда-испарителя на пляже Эйн-Бокек на Мертвом море, 18 июля 2016 года. Фото: Gershon Elinson

Вид на фабрику Dead Sea Works 2 февраля 2018 года. Фото: Issac Harari

Завод Dead Sea Works в южной части Мертвого моря. Фото: Йоси Замир

Завод на берегу Мертвого моря, 2 февраля 2018 г. Фото: Исаак Харари

В первоначальном договоре аренды 1961 года не было никаких экологических гарантий, и они не были добавлены, когда концессия была пересмотрена в 1990-х годах, хотя к тому времени осознание экологических проблем начало становиться мейнстримом. ICL не заинтересована в наполнении Мертвого моря водой, отметив, например, в своем годовом отчете за 2020 год, что чем меньше воды, тем больше концентрация минералов.

Новый контракт должен сократить площадь концессии и ограничить количество воды, которое может быть откачано. Но ICL имеет репутацию «борца»: протестует и судится по поводу любых выплат, от налогов до роялти и других лицензионных отчислений.
Более того, согласно новостному сайту Calcalist, ICL до сих пор не заплатила ни цента в суверенный фонд благосостояния, созданный для уплаты налогов на добычу полезных ископаемых и газа.
Организация по защите окружающей среды Adam Teva V'Din в ближайшее время обратится с призывом потребовать от государства обязать ICL платить за всю воду, которую она использует: возможно, это ограничит аппетит компании.

Канал, по которому вода, перекачиваемая вверх по склону, поступает в испарительные бассейны на заводе Мертвого моря.Фото: Сью Серкс / Times of Israel

Депутат Мосси Раз, который возглавляет комитет Кнессета, курирующий суверенный фонд благосостояния, заявил в январе, что правительство должно оценивать участников торгов на основе того, сколько сверх налоговых требований они готовы платить за права на добычу полезных ископаемых. Другие считают, что правительству следует рассмотреть возможность полного отказа от концессий на добычу полезных ископаемых.
У политиков и заинтересованных сторон есть восемь лет, чтобы проработать эти вопросы.

По словам профессора Надава Ленского, главы обсерватории Мертвого моря Геологической службы Израиля, уровень Мертвого моря стабилизируется, как только концентрация соли станет настолько высокой, что уровни испарения резко упадут и будут уравновешены небольшим количеством пресной воды, которая все еще течет от Галилейского моря и течет на запад и восток. Пройдет несколько сотен лет, прежде чем это произойдет.

Согласно данным за 2019 год, чтобы восстановиться до прежнего уровня, Мертвому морю потребуется более миллиона кубометров воды в год. Это было бы сложной задачей в любом месте, не говоря уже об одном из самых политически чувствительных и пораженных засухой мест на Земле.

Автор: Сью Суркес
Сокр. пер. М. Якубович