— В детстве я мечтала стать известной писательницей, — делилась воспоминаниями Рита, — вроде получившей Нобелевскую премию Сельмы Лагерлеф, и даже написала, подражая ей, итальянскую сагу.
Детей всячески поощряли к учебе, но вместе с тем глава семьи был против того, чтобы дочери посвятили себя профессиональной карьере:
— Девочки, это помешает вам исполнять долг жены и матери! Так что об университете не мечтайте!
У Паолы — талант художника, и тут Адамо не очень противился. А вот Рите пришлось выдержать настоящий бой за свое будущее.
Скрепя сердце отец покорился. Ведь девушке исполнилось двадцать. Пора бы замуж. А упорная девица, за восемь месяцев подтянув латынь, греческий и математику, поступила в медицинский колледж Турина! Она училась у известного специалиста по клеточным тканям Джузеппе Леви. В его классе Рита поняла, что значит сосредоточенно, со всей тщательностью и скрупулезностью подходить к любой научной проблеме.

В 1936 году Рита получила степень доктора медицины и хирургии. Она записалась на трехгодичный курс специализации по неврологии и психиатрии, не зная, что предпочесть. От сомнений ее избавил Муссолини — вышла «Хартия расы». Отныне «неарийцы» Италии отлучались от любой профессиональной и академической деятельности. Рита уехала в Бельгию как гость неврологического института. Вернулась домой, не став дожидаться немецкого вторжения. Семья решила пережить смутные времена, ограничив все контакты с миром. В свой спальне Рита устроила лабораторию для исследования тайн клеток. В прошлом ее мэтр, скрываясь от нацистов, нашел убежище поблизости и стал ассистентом своей бывшей подопечной. Семье Риты и близким пришлось не раз переезжать: они жили в неприметных деревнях, где местные не имели привычки доносить на соседей, потом до конца войны их приютило подполье Флоренции. В бегах, между заданиями Partito di Azione («Партии действия») Рита находила время читать, учиться, исследовать! Когда войска союзников изгнали фашистов из Тосканы, начинающий ученый Леви прошла весьма суровую школу, работая медиком в лагере беженцев. Рискуя жизнью, она боролась с тифом и другими инфекциями, призвав на помощь все свои знания и навыки.
После войны была совместная работа в Вашингтонском институте Сент-Луиса с профессором Виктором Гамбургером по исследованию развития нервной системы на эмбрионах цыплят. Там, в лаборатории, Леви открыла чудо роста и преобразования клеток, которое до нее никому не удавалось подсмотреть. Нерв менялся на глазах: его клетки делились, перемещались, отмирали, поглощались тканью... Рита разгадала секрет, как заставить поврежденный нерв возродиться. Благодаря ее работе сильно продвинулись исследования в сфере лечения онкологии и болезни Альцгеймера. В 1958-м Рите предложили должность профессора. Она преподавала до выхода на пенсию в 1977 году. После завершения карьеры, неугомонная и целеустремленная, она оставалась приглашенным профессором. В 1968-м Риту избрали в Национальную академию наук США — десятую женщину за всю историю учреждения. Еще более удивительно, что в 1974-м Леви, будучи еврейкой, стала членом Папской академии наук и первой за все время женщиной-академиком! Начиная с 1963 года на нее дождем сыпались награды: премии всех значимых фондов по борьбе с параличом, итальянская премия Фельтринелли, премия Ласкера за медицинские исследования... А многочисленные ордена и медали — свидетели не только научных заслуг Леви, но и ее мужества и отваги во время войны.
В 1986 году Рита Леви была удостоена Нобелевской премии по физиологии и медицине за открытие факторов роста нервных клеток.
С годами Рита выработала несколько принципов, которые, по ее мнению, обеспечили ей долгую жизнь: подъем в 5 утра, еда один раз в сутки — в обед, сон — в 11 вечера. — По вечерам я иногда позволяю себе миску бульона или апельсин. Главное — не еда, а умственная работа. Ум надо нацелить на постоянное решение задач, не давать ему обращаться к огорчениям и обидам.